Ну нет, нет у меня этих сил – я вообще не ведьма. Как можно выполнять такую работу, не обладая достаточными для этого качествами?

Ректор вздохнула и сверилась с часами.

– Мадемуазель Елена, ваше время истекло. Я буду очень рада переговорить с вами ещё раз на подобную тему, но не раньше, чем через неделю, так как у меня очень плотный график. За это время надеюсь, что вы сможете привести в порядок наш зимний сад. Сейчас на территорию всей академии наложена иллюзия… – при этих словах я невольно вскинула голову.

– Иллюзия?!

– Все присутствующие в нашей академии видят изменённый и довольно чистый вид помещений. Но это не значит, что они таковыми являются на самом деле. Ведь мы живём без ведьмы уже больше трёх месяцев. Однако иллюзия рассеется ровно через два месяца. До этого момента вы должны привести в порядок всю вверенную вам территорию. И, повторюсь, начать нужно с зимнего сада. Я уже не говорю о том, что в наших планах на этот год была постройка нового комплекса.

Тут она вздохнула с горделивой улыбкой на губах.

– Вы же понимаете, у нас Академия Искусств, и наши студенты – довольно тонкие натуры. Им нужен своевременный и комфортный отдых. Поэтому у нас давно был план по преобразованию уголка, отвечающего этим требованиям. Так что я очень надеюсь, что мы с вами сработаемся.

Она поднялась и посмотрела на меня свысока.

– Мне очень жаль. Но если вы не сможете оправдать оказанное доверие, то я буду вынуждена… естественно, в интересах академии… активировать печать уничтожения.

Я сложила руки на груди, даже не подумав встать следом, и посмотрела на директрису довольно враждебно.

– Активируйте. Мне не подходят условия вашего договора.

Клянусь, в её глазах промелькнул интерес. Правда, он сразу скрылся, уступив маске спокойной невозмутимости.

– Как я уже сказала, это произойдёт не раньше, чем через два месяца. Но… – тут её голос немного изменился, в нём появились вкрадчивые нотки, – разве вам бы не хотелось узнать, на что вы способны? Вы жили всю свою жизнь как обычный человек, не наделённый ни магией, ни способностями.

– У меня был талант.

– Я читала ваше резюме, – кивнула она. – И это ещё один повод вам задуматься. Не кажется ли вам, что ваш талант идеально ложится на новую должность? Он будто дублирует её. А представьте себе, если это лишь малая доля того, что вы можете на самом деле? Неужели вам не хотелось бы этого узнать?

Я застыла не дыша, понимая, что женщина попала в болевую точку. Кажется, не было никаких других слов, которые смогли бы заставить меня хотя бы попробовать остаться на этой должности или раскрыть собственную магию, в существовании которой я была не то, что не уверена. Наоборот, я твёрдо знала, что её нет вовсе.

Но вот это раскрытие талантов… Когда я и так постоянно училась, узнавала новое и вечно страдала, что не могу всё успеть. Сколько раз мне хотелось, при работе с очередной мебелью, чтобы время шло медленнее! А я за месяц могла сделать лишь один шкаф. Да, он был идеальным! Но грандиозные планы попробовать и это, и то… с каждым днём всё больше отодвигались, а успевала я лишь немногое из запланированного. И это не говоря о том, что хотелось бы увидеть жизнь кроме работы. Но её как будто не было, потому что приходилось каждый раз выбирать: профессиональная деятельность или всё остальное.

И вот тут мне предлагали то, о чём я даже мечтать боялась.

Подчиняясь молчаливому приказу начальницы, я встала с кресла и словно сомнамбула, на негнущихся ногах вышла из кабинета.

Вот же стерва! Словно знала, какими словами меня можно заинтересовать.

Уже идя по коридору вслед за леди Мальмонель в сторону столовой, я задала последний вопрос:

– А где я могла бы научиться бытовой магии?

На секунду мне даже показалось, что женщина хмыкнула. Но возможно, это была лишь игра моего воображения. Потому что её голос, когда она заговорила, был спокоен и вежлив.

– Обратитесь в библиотеку, мадемуазель. Её управляющий может помочь вам найти подходящие книги. А доска знаний сможет подсказать, какие факультеты вам стоило бы посетить в качестве факультатива. И хотя ваша основная работа требует вашей полной занятости, в нашей академии мы никогда не стоим на пути знаний. Так что любой работник имеет право посещать лекции по своему выбору, получив предварительное разрешение ректората и работника библиотеки.

С этим неоднозначным напутствием она властно указала мне на столик в углу столовой, где сидели Аннетта и ещё несколько людей (и нелюдей), которых я характеризовала как работников. Сама же пошла в самый центр, туда, где завтракали преподаватели. Основная часть помещения была отдана студентам – и это был настоящий улей. Они жужжали и переговаривались промеж собой. Тут и там каждую минуту раздавались взрывы смеха.

Впервые за всё время пребывания здесь я почувствовала себя по-настоящему в учебном заведении.

Меня послали – я и пошла. Навстречу выскочил Фриц, который, рассыпавшись в любезностях, повёл меня в сторону раздачи, приговаривая:

– Ох, госпожа ведьма! Видели бы вы себя! Даже не думал, что вы так можете переживать из-за разговора с нашей директрисой. Но ректор действительно очень строга… – тут его глазки немножко забегали, и он, приглушив голос до шёпота, чистосердечно поделился: – Знаете, я даже боюсь к ней приходить со всякими проблемами. Потому что как только придёшь, она так на тебя посмотрит, что прямо как-то сразу жить не хочется. Так что уж мы тут научились сами проблемы решать. Чем меньше попадаешься начальству… – тут он поднял толстый палец к потолку, – тем лучше.

Я не смогла не согласиться. Действительно, к такому работодателю лишний раз и не подойдёшь.

А чтобы уложить в голове всё, что на меня свалилось за последние дни, решила всё же позавтракать. Тем более, что выбор блюд в этой академии поистине был огромным.

Я ковырялась ложкой в салате и мрачно размышляла о своих перспективах. Перспективы, прямо скажем, не ахти. Было такое ощущение, что договор трудоустройства перепутали с договором рабовладения. Всё, что там прописано, – лишь сплошные обязанности. Вариант не работать я в нём не нашла, равно как и вариантов, по каким условиям могу уволиться. Разве что если директриса не захочет выдавать мне заслуженные сто тридцать пять фунтов. Но это маловероятно – такая педантка наверняка держит всё под контролем. Так что шансы привлечь её за неисполнение служебных обязанностей стремились к нулю.

Как там было написано? «Обязуется работать в течение всей жизни…» Я напрягла память, вспоминая строчки и все те кары, что должны были посыпаться на мою голову при отказе от обязанностей. Но внезапно вспомнила и кое-что другое. То, на что изначально не обратила внимания: «…или же до замужества, если таковое произойдёт».

– Эврика! – повернулась к Фрицу и без предисловий спросила: – Ты женат?

Мужчина как раз обгладывал куриную ножку, поэтому сразу ответить не смог. Он постарался как можно скорее закончить жевать, положить обглоданную добычу обратно на тарелку и вытереть жирные руки о скатерть.

– Госпожа ведьма, я же работаю в Академии Искусств. Я такая же творческая личность, как и большинство присутствующих. Поэтому… – тут он немного замялся, подбирая слова, но затем продолжил: – В общем, не сложилось. Девушка, с которой мы общались, не смогла принять особенности моей натуры… Но я не в обиде! – он торопливо помахал жирными пальцами перед моим носом, разбрызгивая во все стороны соус, и добродушно улыбнулся. – Я понимаю, насколько сложно юным прелестницам в таком возрасте сразу осознать все плюсы замужней жизни. Поэтому я смиренно жду своей очереди. В конце концов, я ещё так молод! – от резкого движения рукой тарелка вместе с косточкой полетела на пол, взорвав пространство оглушительным звоном. Но завхоз, казалось, даже не заметил подобной мелочи. – У меня вся жизнь впереди!

Я скептически посмотрела на стремительно лысеющего мужчину, но всё же поддерживающе кивнула. Молод так молод… Потом немного помялась, но решила, что хуже ситуации, в которой я оказалась, быть не может, и поинтересовалась:

– А ты бы не хотел взять в жёны…

– Кого? – заинтересовался он.

– Меня, – скромно похлопала глазками, стараясь выглядеть максимально невинно. Но, видимо, не помогло…

Мужчина резко замолчал и посмотрел на меня с неподдельным ужасом. Аннетта побледнела, а все остальные сидящие за столом вздрогнули и дружно отодвинулись подальше вдоль стола. Я недоуменно огляделась, пытаясь понять, что такого странного я сказала. Ну, подумаешь, мы с ним знакомы всего один день – разве есть преграды для настоящей любви?!

– В-вас? – он смотрел на меня настолько ошарашенно, что я даже оскорбилась. Не он ли сегодня и вчера весь вечер твердил, какая я прекрасная и замечательная со всех сторон?

– Чем же я вам не подхожу, дорогой Фриц?

– Так вы же… ведьма… – он замолчал так, будто это что-то объясняло.

Я поджала губы и непримиримо сложила руки на груди.

– Дорогой друг, объясни, пожалуйста, почему то, что я ведьма, является таким уж препятствием для брака?

Он явно не горел желанием продолжать разговор, потому как протёр платочком резко вспотевшую красную лысину и пробормотал:

– Госпожа… прошу прощения, кажется, меня зовут на кухню. Да, точно, они меня звали, а я забыл! Простите! Думаю, мы увидимся с вами совсем скоро!