Джим плотно сжала губы и часто заморгала, стараясь всеми силами вырваться из этого наваждения.

Двери открылись, и лакей громко объявил:

– Райнер Сугури Сен’Андроуг правящего рода Расков в сопровождении наследников знатных домов, входящих в Совет Фириат.

Джим машинально посмотрела в сторону двери и чуть не задохнулась. В первый момент ей показалось, что по залу к трону идёт Кассиан: те же длинные чёрные волосы с синим оттенком, та же манера небрежно собирать их в хвост, оставляя только несколько прядей свободно свисать вдоль лица, и даже походка. Непроизвольно сделала шаг в его сторону и на краткий миг встретилась с ним взглядом. Глаза густо-синего цвета смотрели на неё холодно и с брезгливостью. Поразительное сходство единокровных братьев заканчивалось, стоило только поймать этот взгляд.

«Как я вообще могла их спутать? – Джим отвела глаза и отступила обратно за трон. Это происшествие немного встряхнуло её, но она по‐прежнему продолжала ощущать на себе давление чужой воли и изо всех сил старалась не выдать своего состояния.

Райнер едва заметно приподнял брови. Он видел, что девушка его узнала. И, признаться, был немало удивлён.

«Интересно, где мы могли встречаться? Хотя вряд ли. Скорее всего, видела в какой‐нибудь книге портрет моего отца. Его часто рисуют, и он с удовольствием позирует. А все сходятся в едином мнении, что я удивительно на него похож».

Наследник Фириат в окружении своих друзей медленно шёл по проходу, а сам не отводил заинтересованного взгляда от хрупкой девушки, стоящей за троном императора. Он заметил, что она потеряла к его персоне всякий интерес и сейчас была полностью поглощена созерцанием пола. Почему‐то его задело такое пренебрежение к своей персоне.

Джим ничего не видела и не замечала вокруг себя, она осторожно попробовала разорвать подпространство, но тут же почувствовала, будто из неё разом вышибли весь воздух. И чем сильнее она старалась приоткрыть грань, хотя бы на самую маленькую щёлочку, тем сильнее и сильнее сдавливало грудную клетку, грозя сломать рёбра и лишить оставшегося воздуха. Перед глазами поплыло. Она ухватилась за спинку трона и часто задышала. Император повернул голову в её сторону и посмотрел долгим проницательным взглядом. Джим прекратила свои попытки и тут же всё внезапно закончилось. Перед глазами рассеялось марево. Она сделала вдох полной грудью и часто заморгала. А император улыбнулся одними губами, отвернулся и продолжил внимательно слушать речь наследника, положенную по придворному этикету.

«Я не могу обращаться к своей силе, – думала Джим, прожигая ненавидящим взглядом спину сидящего на троне мужчины. – Вот, значит, как ты со мной поступил!»

В зал прошествовали маги. Они остановились возле стола, стоящего на некотором отдалении от трона, и сообщили, что все документы готовы к подписанию. Наследник Фириат вместе со своими свидетелями направился к магам для заключения сделки века. Все гости замерли в ожидании.

Джим подхватили под руку и почти силой потащили к столу. Она взглянула на своего сопровождающего: Сагатар Де’Альмарон ободряюще улыбнулся ей.

«Ну уж нет! – Джим высвободила руку и остановилась посреди зала. – Ни за что!»

Давление на шею усилилось. Она невольно потёрла горло.

– Мы не должны этого делать, – Джим зашлась в жутком кашле. Взглянула на императора, зло смахнула слёзы и обратилась к наследнику: – Райнер Сугури, я никогда вас не полюблю и никогда не буду вашей женой. Всё это ошибка, я не до… – она согнулась пополам, на мгновение ей показалось, что она оглохла и ослепла.

– Джим, прошу, перестань, – прошептал Сагатар на ухо племяннице, пытаясь привести её в чувство. – Ты только хуже сделаешь.

– Она что, сумасшедшая? – тихо поинтересовался огненный асур, дотрагиваясь до плеча наследника и в ужасе взирая на девушку, которую нешуточно корчило в руках знатного вельможи.

– Они, вообще, понимают, чем это представление может им грозить? – за его спиной Гаркан едва сдерживал бушевавший внутри него шторм.

– Всё в порядке! – Император поднялся с трона. – Моя дочь немного не в себе. – Он не отводил своего колючего взгляда от хрупкой девушки, которая продолжала всеми силами сопротивляться ему. – Сделка в любом случае состоится, – усмехнулся, проходя мимо «дочери».

– Я прошу вас! – сдавленно произнесла Джим, протягивая руку и пытаясь остановить императора, но схватила лишь воздух.

– Это даже лучше, если на документе будет моя кровь. Такой договор невозможно будет расторгнуть никогда. – Император взял ритуальный нож и порезал себе руку. Несколько капель коснулись магического пергамента и тут же в нём исчезли. Передал нож наследнику: – Ваша очередь.

– Райнер, – закричала Джим из последних сил. Наследник вздрогнул и, полоснув по ладони сильней, чем нужно было, в изумлении перевёл взгляд на девушку. – Не делай этого!

– Замолчи немедленно! – рявкнул император. Присутствующие в ужасе втянули головы в плечи. – Хватит уже позорить меня перед гостями!

Райнер, не отводя презрительного взгляда от девушки, медленно протянул руку к документу и улыбнулся. И как только капли крови коснулись поверхности пергамента, он вспыхнул ярким светом, а для Джим мир погрузился в темноту.

Глава 15. Жених и невеста

В дверь громко и настойчиво стучали. Джим открыла глаза. Она находилась в комнате, которую для неё выделили. Откинула одеяло и села. На ней снова была длинная ночная сорочка.

Она прошла к столу, зажгла светильник, при этом стук ни на миг не затихал. Надела халат и подвязалась, с сомнением посмотрела на дверь. Джим точно знала, что на них нет ни одного запирающего устройства, это она обнаружила ещё тогда, когда рассматривала императорские символы. Но ночному посетителю, по‐видимому, было важно, чтобы перед ним открыли двери.

«Кто бы это мог быть?»

Бросила взгляд на зарешёченное окно: там царила полнейшая тьма. Осторожно подкралась ближе к двери и долгое время стояла, слушая монотонный надоедливый звук. Тяжело вздохнула и потянула на себя ручку.

– Ну, наконец‐то, – в коридоре стоял Райнер, – я уже битый час стучусь. – Девушка, не раздумывая, тут же попыталась закрыть дверь, но асур подставил ногу и зашипел от боли. – Да подожди ты, поговорить нужно.

– Не о чем нам с тобой говорить, – Джим изо всех сил навалилась на дверь. – Я здесь лишь до тех пор, пока за мной не приедет моя семья.

– Глупая, – асур протиснулся в образовавшуюся щель и отодвинул дверь вместе с девушкой, – вся твоя семья здесь. И твой отец узаконил сделку века, подписав магический договор своей кровью.

– Нет, они мне не семья. И император мне не отец. Тебя обманули. Я предупреждала не делать этого. – Джим отошла в сторону, и асур ввалился в комнату. – Зачем ты здесь?

– Я пришёл поговорить по душам. Всем понятно, что этот брак – политический союз, и я пришёл обсудить с тобой, что нам делать дальше.

– Райнер, – голос Джим звучал твёрдо, – нет никаких нам. Нет, и никогда не будет, – отвернулась и пошла к кровати.

– Может, ты и права, но… – Райнер аккуратно прикрыл дверь, на его лице блуждала загадочная улыбка. Он метнулся вслед за девушкой. Схватил её за плечи, резко развернул к себе и с размаху ударил по лицу. – Во‐первых, никогда не смей поворачиваться ко мне спиной! – Джим кое‐как поднялась с пола, дотронулась до разбитой губы и в ужасе взглянула на него. – Во‐вторых, никому не позволено прилюдно унижать меня. – Он подвернул рукава и откинул полу своего сюртука: на его поясе висел свёрнутый кольцами кнут. – Ты была плохой девочкой, и сейчас за это поплатишься.

– Ты безумен! – Джим со страхом наблюдала, как асур приближается к ней. Оценила расстояние до двери: «Если только через кровать».

Но, видно, её выдал взгляд, потому что мужчина поменял направление и поднялся на разобранную постель, ногой откинул в сторону одеяло и подушку, медленно распустил кнут, наблюдая за своей жертвой с высоты, ласково провёл рукой по ремню из сыромятной кожи.

– Ну‐у‐у, – ожидающе посмотрел на неё. – Попробуешь? – кивнул головой в сторону двери, сделал шаг в её сторону. – Или всё же будешь покладистой девочкой? – Примерился и изо всей силы рубанул кнутом по воздуху возле самого её лица, при этом не задевая кожи.

Кнут резко щёлкнул. Джим в панике бросилась к двери. Но кончик сыромятной кожи обмотался вокруг её шеи. Она ухватилась за него руками и тут же рухнула навзничь. В глазах потемнело, а из лёгких выбило весь воздух.

Райнер спрыгнул с кровати, одной рукой поднял девушку на ноги и развернул её лицом к стене, разорвал ткань халата и сорочки на спине и ударил кнутом по нежной коже.

Джим в первый момент даже не поняла, что происходит, когда кнут коснулся её, она словно застыла. Её уже однажды так истязали. Она умоляла о пощаде. Просила прекратить. И сейчас это повторяется вновь. И кто? Единокровный брат Кассиана. Она изо всех сил рванулась из его рук. Между ними завязалась борьба.

– Куда ты собралась? Мы ведь только начали, дорогая, – Райнер усмехнулся, накрутил её волосы на руку, натянул так, чтобы она не могла пошевелиться, размахнулся и снова ударил, стараясь, чтобы по коже попадал только кончик кнута. – Я научу тебя послушанию. – Кнут ожог плечи. – Неужели ты думаешь, мне нужна твоя любовь? С чего ты решила, что мне нужна жена?

В отчаянии Джим снова попробовала разорвать наложенные на неё магические оковы. Это вышло непроизвольно. Грудную клетку тут же сдавило, лишая её воздуха, а перед глазами всё поплыло. Она отчаянно боролась с тем, чтобы не потерять сознание. Издала какой‐то невнятный звук и обмякла в руках своего мучителя.

– Что говоришь? – Удары следовали один за другим. – Не расслышал что‐то, прости. – Но девушка вдруг перестала сопротивляться и лишь едва вздрагивала, когда прилетал новый удар. – Ну‐у‐у, так неинтересно, – Райнер отпустил её и отошёл.

Джим, пытаясь взять свои чувства под контроль, прислонилась лбом к холодной каменой стене и не оборачивалась. Лишь какое‐то время спустя она повернулась к нему, придерживая дрожащими руками разорванную рубашку на груди. В её лице не было ни страха, ни боли, там не было даже ненависти. Там читался смертный приговор. Ему.

– Надеюсь, тебя это чему‐нибудь научит, – Райнер медленно сворачивал кнут и улыбался. – И убери этот взгляд. – Не сдержался и вновь ударил девушку кнутом, теперь уже специально задевая по коже возле уха. Джим невольно прикрыла веки, но не отшатнулась и даже не вздрогнула. – Неужели, понравилось?

– Райнер Сугури. – Джим облизала разбитую губу, которая так и продолжала кровоточить. – Однажды я тебя тоже ударю. И остановлюсь лишь тогда, – гордо подняла голову, – когда ты попросишь прощения. И возможно, я даже пощажу тебя, потому что я не глуха к мольбам просящих.

– Ты что, совсем больная? – Асур взирал на девушку, как на сумасшедшую. – Или я из твоей головы остатки мозгов вышиб.

– Клянусь тебе, – Джим не сводила с него глаз. – Так и будет!

Они какое‐то время прожигали друг друга взглядами, а потом Райнер направился к выходу. Он вышел в коридор и закрыл за собой двери. Долго всматривался в темноту. Его не покидало чувство, что за ним наблюдают. Потом развернулся и пошёл в противоположную сторону.

Джим добрела до кровати и повалилась на неё. Почему‐то не было слёз и, как ни странно, она совсем не чувствовала боли. Сколько она так пролежала, глядя в одну точку, она не знала. Но дверь вновь открылась. Девушка безучастно взглянула на человека, укутанного с ног до головы в чёрный плащ, в руках он держал какой‐то большой свёрток.

– Джим! – Царкиил бросился к кровати. Остановился, когда увидел исполосованную кожу на спине девушки. Его голос понизился до шёпота: – Кто это сделал? – Девушка села и равнодушно посмотрела на своего бывшего учителя по медитации. – Это был Райнер?

– Зачем вы пришли? – каким‐то чужим голосом спросила она.