Естественно, Нортон намекал на то, чего у нас с Катрин еще не было. А еще это иномирянское «Катя» устами другого дракона и приступ заботы от друга, которому зачастую было наплевать на окружающих, вызвало у меня вспышку раздражения. Но рациональное зерно в его словах было. Я даже сразу понял свою ошибку – Катрин не захочет меня, если все время будет хотеть спать.

Поэтому сегодня я для начала вызвал ее попозже. Чтобы моя иномирянка могла выспаться и чуть больше отдохнуть. Каково же было мое удивление, когда Катрин ворвалась в мою комнату на скорости кометы, словно за ней бежала стая голодных волков. Чепец сбился на левую сторону, без передника горничной, раскрасневшаяся и с чем-то белым на лице. При этом глаза у нее лихорадочно сверкали, а дыхание сбилось. Катрин выглядела так, словно кто-то в коридоре набросился на нее с поцелуями. Стоило представить эту картину, как из моей груди вырвалось яростное драконье рычание:

– Так-так-так, Катр-р-рин. И где же мы ходим?

– По коридорам общежития, – огрызнулась Катрин. – Где еще я могу ходить?

То ли ее тон, то ли упоминание коридоров с темными укромными нишами, то ли все вместе подлило масло в огонь моего недоброго утра.

– Если хочешь ходить где-то еще, только попроси, – рыкнул я в ответ.

– Стоя на коленях? – хмыкнула эта зараза. – Нет, спасибо.

Я поперхнулся воздухом и двинулся к своей законной добыче, чтобы проверить свои подозрения. Подтвердить или опровергнуть. Мне бы очень хотелось их опровергнуть, но, оказавшись рядом с Катрин, я уловил запах другого дракона.

– Кто к тебе прикасался? – собственный голос даже мне показался глубоким и темным.

– Что? – опешила она, резко отпрянув.

– К тебе прикасался мужчина. Другой дракон.

Катрин вскинула на меня глаза, обычно она старалась так не смотреть, а если смотрела, то недобро, но в этот раз наши взгляды встретились. Мой с тихой яростью и ее недоумевающий. Иномирянка нахмурилась и стала выглядеть так, словно решала в голове сложную задачу или вспоминала, куда дела важную вещь.

Может, это длилось минуту или несколько секунд, но я уже готов был взорваться.

– Так это твой друг, – призналась Катрин. – Приходил извиниться и был далеко послан.

– Послан? – не понял я.

– По известному адресу, – пожала плечами девушка и попыталась отодвинуться. То есть сделала шаг назад, но я на инстинктах последовал за ней. – Для вас, драконов, нормально нарушать личное пространство?

Я принюхался сильнее.

– Он тебя тр-рогал, – вынес свой вердикт. Получилось с рычанием, но на этот раз иномирянка даже не дрогнула.

– Да, стер муку с лица.

– Не всю.

Часть белой пудры все еще осталась возле девичьего уха, и я потянулся к ней даже не с целью привести лицо Катрин в порядок, а чтобы стереть запах другого дракона, который успел вклиниться в ее собственный. Но девушка отскочила от меня в сторону так резво, как умела только она: у меня даже мелькнула мысль, что там, откуда прибыла Катрин, было небезопасно, раз она шарахается от простых прикосновений.

– Руки прочь! – воскликнула она. – Или я возьмусь за ту вазу!

– За которую потом сама заплатишь, – по привычке выдал я, потом правда прикусил язык. Я же решил поменять стратегию ее охмурения, а проклятый Нортон все испортил! – Значит, Нортону можно тебя лапать, а мне нельзя? Ты моя, иномирянка!

– Я своя иномирянка. Меня нельзя лапать без спроса. Запомни сам и передай своему дружку! Никаких прикосновений! Пусть засунет их туда, где уже хранятся его извинения!

Меня это остудило. Слегка. Угли ярости все еще тлели, но не так сильно. Катрин не нравилось внимание Нортона, это главное. Осталось только поговорить с другом и попросить его не трогать мою игрушку, не пересекаться с ней и не извиняться.

– То есть ты ему ничего не позволяла? – уточнил я.

– Ты надо мной издеваешься, драконий принц? Хотя что это я? Ты все время надо мной издеваешься.

– Я тоже так подумал, – признался я. – Что сильно нагружаю тебя работой.

Наверное, встречай я ее обнаженным, Катрин удивилась бы меньше. Голубые глаза расширились, брови взлетели вверх:

– До тебя это только сейчас дошло?

Я нарочно пропустил шпильку мимо ушей.

– Иди в мою ванную и приведи себя в порядок, смой с себя запах Нортона, меня он раздражает. После возвращайся, позавтракаешь со мной.

– Я уже завтракала, – ответила Катрин, тем не менее направляясь в туалетную комнату.

Она достаточно долго там копошилась, даже успели доставить мой завтрак. В данном случае наш. Я узнал про стандартные завтраки в немагическом мире Катрин и попросил создать несколько вариантов.

Когда девушка вернулась, то зависла перед столом.

– Это что? – спросила она подозрительно.

– Тост с авокадо и лососем, – принялся я перечислять, – его предпочитают твои соотечественники на завтрак. Это британский завтрак, а это японский, кажется, это называется рис, а это мясо-суп.

– Мисо-суп, – исправила меня иномирянка. Я ждал благодарности, но вместо этого словил новый яростный взгляд. – У вас есть соленый лосось, а вы кормите меня кашей с сыром?

– Доктор прописал для тебя диету, но я решил, что продукты-аналоги из твоего мира тебе не повредят.

– Все доктора одинаковы! – фыркнула девушка и плюхнулась в кресло напротив моего. Она с аппетитом, прямо руками, принялась за тост с рыбой и пастой из зеленого фрукта. Я взял такой же.

Соленое! Фрукт вообще никакой на вкус, а хлеб ничего… Все-таки странные они, эти иномиряне из немагических миров.

– Почему ты была в муке? Тебе подают на завтрак муку?

– Я просто готовила.

– Не готовь ничего больше, это не входит в твои обязанности.

Она вздернула бровь и потянулась за соком. Пока девушка жевала, я озвучил новые правила:

– Можешь вообще не убираться.

– То есть как?!

– Так. Теперь будешь приходить ко мне после моих занятий, и мы будем общаться. И завтракать тоже будем вместе.

– А что мне делать в остальное время?

– Что захочешь, – пожал я плечами и тут же нахмурился. – Кроме общения с другими драконами. Я запрещаю тебе общаться с другими мужчинами, особенно с Нортоном! Обходи его стороной, если не хочешь проблем.

Катрин ничего не ответила, лишь принялась жевать интенсивнее. Как раз принесли десерт. Вообще-то сегодня должны были печь мое любимое печенье, и это было печенье, но другое. Во-первых, кто-то придумал полить его шоколадом. Почему не придумали это раньше, непонятно, потому что тесто оказалось божественным. Я попробовал лишь кусочек, а испытал дикое наслаждение. Идеал сочетания сладости бисквита и шоколадной горчинки. Захотелось зажмуриться и урчать от удовольствия, настолько это было вкусно.

Я действительно зажмурился, а когда открыл глаза, осознал, что Катрин смотрит на меня как-то странно, удивленно или даже насмешливо. Не верит, что это так вкусно?

– Попробуй, – предложил я, подвинул к ней блюдо с печеньем.

– Мне лосось мой милее, – хмыкнула она, а затем вдруг принялась кашлять. Сначала просто кашлянула в кулак, после не смогла уже сдерживаться. А дальше начала задыхаться.

Я бросился к ней, огибая стол, и подхватил раньше, чем она сползла на пол.

5. Катя

В себя я пришла от того, что надо мной кто-то водил руками. Вот так открываешь глаза, а над тобой – дед в стиле Дамблдора, и он такой, вжух-вжух, вжух-вжух! Я не завопила исключительно потому, что голова была мутная, а помимо рук надо мной летали звездочки и блесточки.

– Она пришла в себя! – изрек правду «дед».

И рядом тут же нарисовался принц. Выглядел он не сказать, чтобы очень, я бы даже сказала, очень не. Бледный и хмурый. Вообще-то, это я тут чуть не померла, а он чего? Последнее, что я помнила – это как Кириан уплетает мои мадленки за обе щеки, вот уж ни за что не сказала бы, что этот дракон такой сладкоежка! Потом я хотела куснуть бутерброд, а после начала задыхаться, и… темнота!

– Как ты себя чувствуешь, Катрин? – поинтересовался Кириан совершенно без привычных издевательских или надменных ноток в голосе.

Нет, я все, конечно, понимаю, но каждый раз помирать, чтобы он становился нормальным?

– Относительно живой, – ответила я.

– Повезло вам, юная леди, – «Дамблдор» перестал махать руками и поправил очки. – Если бы его высочество не догадался магически очистить вам кровь до моего прихода, мы бы с вами тут сейчас не разговаривали. А так денек – и будете как новая. Пищевая аллергия – это вам не шутки. Почему вы не предупредили, что она у вас есть?

А она у меня есть? На что?

Я вдруг вспомнила, что начинала активно чесаться, и как-то все эти разы приходились на мои попытки попробовать кукурузный хлеб. Или любые виды кукурузы, включая попкорн. Ну то есть да, она у меня есть, я чешусь. От кукурузы! Но чтобы сразу в анафилактический шок?

– Здесь был кукурузный хлеб? – спросила я, наугад ткнув в сторону, где, согласно предположениям и моему умению ориентироваться в пространстве, должен был стоять стол.

– Был, – подтвердил Кириан.

Эти невероятно вкусные тосты вообще не были похожи на то, что мне нельзя! Я так наслаждалась в меру соленым лососем и авокадо, что даже ничего не почувствовала… ни одной кукурузинки!

– Я никогда раньше не умирала от кукурузы.

– Аллергия имеет накопительный эффект, – сообщил лекарь. – Сначала вы можете просто покрыться пятнами, а завтра умереть.

Спасибо за прогноз, добрый дедушка.

– Так что если она у вас есть на что-нибудь еще, настоятельно рекомендую об этом сообщить.

– Нет. Больше ни на что не было.

– Хорошо, – лекарь потерял ко мне всякий интерес и повернулся к Кириану, – в любом случае теперь вы знаете, как действовать, ваше высочество. Иномиряне не всегда способны здраво оценить угрожающую им опасность.

А вот сейчас это было обидно, и вместо слов благодарности за спасение я мысленно посоветовала лекарю пойти по известному адресу. В смысле, в целительское крыло, конечно же, куда еще. Пока они с Кирианом о чем-то там разговаривали, я повернулась на бок и поняла, что лежу в той самой принцевой кровати, которую убирала. Точнее, на! К счастью, одетая! На меня накинули плед, но из моей горничной униформы не вытряхивали, и на том спасибо! Второй раз такого я бы не пережила. Или кто-нибудь другой не пережил бы.

– Ты чем думала?! – зарычали за моей спиной. – Когда все это ела?!

– Жопой, – привычно огрызнулась я. Приютская привычка, ничего не могу с собой поделать.

– Да уж точно не головой! – холодно произнес Кириан. – А ну повернись и посмотри на меня!

Вот тут-то меня и накрыло. Я очень долго держалась, но сейчас на глаза навернулись слезы. Во-первых, я правда только что чуть не умерла. Это незабываемое чувство, когда ты пытаешься дышать – и не можешь, а холод сковывает все тело, и тебя окутывает темнотой. Во-вторых… во-вторых, мне правда очень понравился этот лосось! Я такое пробовала разве что пару раз в нашем мире, и то он был качеством похуже. Не говоря уже о том, как меня кормили в последние дни.

Я проглотила и слезы, и ответ «я просто хотела есть», повернулась и зло посмотрела на него.

– Что?!

– Вздумаешь еще раз такое выкинуть – накажу.

– На гречку поставишь? – уточнила я. – Или выпорешь? Как мистер Грей?

– Как кто?

Люблю, когда принц что-то не понимает! Потому что обычно дурой в наших разговорах выгляжу я. В самом деле, когда мне вообще изучать и познавать этот мир, если он меня почти в круглосуточные уборщицы определил! Интересно, у них тут трудовой кодекс есть?

– Не скажу, – буркнула я и начала подниматься, но Кириан мгновенно надавил мне на плечи, заставляя лечь обратно.

– Спать будешь тут.

– С какой…

– Потому что я так сказал! – рыкнул он, и в меня внезапно ударило силой. Такой, ощутимо-мощной, от которой волоски на шее встают дыбом. – И лучше не зли меня, Катрин, потому что из-за тебя я пропустил зачет, и теперь мне придется сдавать экзамен, который я должен был получить автоматом. До завтра ни ногой из этой комнаты, поняла?

– Куда уж яснее.