– Я не такого полёта птица. Поверь, Лили бы скорее подсыпала тебе слабительное, а принцу приворотное.

Я невольно поёжилась, вспоминая злой взгляд красавицы-блондинки из экипажа. А ведь мне скоро предстоит столкнуться с этой особой!

– Да и не верю я во все эти проклятия, – задумчиво сказал Дино. – Вот в то, что сезон снов есть на самом деле, – верю. Теперь верю. У Алера было такое лицо, что не захочешь, а поверишь.

– Какое? – живо спросила я. Интересно же!

Дино заговорщицки ухмыльнулся.

– Такое ощущение, что у него ночью драконьи крылья выросли, а потом ехидно щёлкнули по носу и растворились в ночи с торжествующим уханьем. А его императорскому высочеству осталось лишь хватать воздух и простыню.

Я невольно улыбнулась.

– Что, сон настолько его потряс?

– Не сон, а ощущение несправедливости! Представь: ты принц! Прекрасный, великий, избранный и так далее. Тебе столько всего положено по праву, что караул! Казалось бы, уж драконьи-то крылья явно должны лежать где-то в куче игрушек рядом с золотой погремушкой. Ан нет! Сначала изволь найти истинную любовь, завоевать доверие своей суженой и только потом получишь могущество. – Дино сверкнул улыбкой. – Тяжко? Ещё как. Но нашему принцу теперь с этим жить.

– И его суженой тоже с этим жить, между прочим, – буркнула я. – О ней хоть кто-то подумал?

Дино развёл руками.

– Боюсь, этой прекрасной леди придётся беспокоиться о себе самой. Впрочем, вряд ли Алеру в суженые достался совсем уж хрупкий цветочек.

Да уж. Интересно, кто же это?

А если я?

А если какая-нибудь ревнивая аристократка вроде Лили?

– И что с ними будет? – спросила я вслух. – Принц ведь не сможет жениться на своей истинной любви. Он женится на принцессе.

Дино задумчиво почесал в затылке.

– Честно? Не знаю. У Алера много поклонниц, но истинная любовь… К ней он будет относиться иначе, по крайней мере поначалу. Она может стать фавориткой на какое-то время. Возможно, даже на долгое. Но на «вместе навсегда» я бы на её месте не рассчитывал.

Почему-то в груди кольнуло. Казалось бы, почему? Я ведь с самого начала знала, что Алер снял целый особняк для свиданий и вечеринок. На верного рыцаря он не похож.

И всё же…

– Ведь это истинная любовь, – тихо сказала я. – Которая бывает раз в жизни. О таком сокровище мечтают все. И принц её бросит? Суженую, на которую указало Драконье Сердце? Сердце первого дракона… это же…

Я осеклась. Дино смотрел на меня сузившимися глазами, в которых была странная заинтересованность.

– Откуда ты это знаешь?

«Во сне рассказали», – чуть не ответила я.

Стоп. А если Драконье Сердце – это секрет? И об этом знает, скажем, только принц и его приближённые?

Я прикусила язык, поняв, что чуть не сделала огромную ошибку. Нельзя об этом рассказывать! Вообще обо всём, что произошло во сне!

Но Дино, кажется, понял.

– Если захочешь рассказать кому-нибудь свои сны, – помолчав, сказал он, – будь осторожнее.

Я молча кивнула. Да уж.

– А если ты увидишь моего суженого, не проговорись ему, – попросила я. – Кем бы он ни был, это довольно мрачный и кусачий тип. И ворчун к тому же. Он и так мне не доверяет, а тут…

Дино тихо засмеялся.

– Кого-то мне это напоминает.

Я укоризненно смотрела на него. Ну да, ему всё шуточки!

А потом вспомнила, что Дино не снятся сны. Или снятся, но он не помнит их. И чудо сезона снов проходит мимо него.

– Мне очень жаль, что ты не видишь снов, – тихо сказала я.

– Увы.

Дино сел на кровати и отщипнул кисть винограда. «Интересно, сегодняшний ночной гость будет хрустеть яблоком?» – мелькнуло в моей голове.

Я открыла было рот, чтобы спросить Дино, ест ли принц яблоки по ночам, но Дино уже спрыгнул с кровати и подошёл к зеркалу.

– Смотри, – позвал он.

– Куда?

Вместо ответа Дино поднёс перстень к невидимой мне выемке между зеркалом и стеной. Раздался лёгкий щелчок, и я ахнула: зеркало бесшумно отъехало в сторону.

– Вечером его высочество и его невеста будут смотреть фейерверки с балкона, – сообщил Дино, кивая на широкие окна. – Но потом… Возможно, леди Айрина захочет что-нибудь ужасно вредное? Обнять маму и папу, не делясь с ними королевскими секретами? Пофланировать перед провинциальными юношами? Хорошо провести время?

Я чуть не подпрыгнула.

– А можно?

– А то! Хотя юноши тебе, кажется, не понадобятся, раз уж тебе приснился целый суженый. Поздравляю.

Хм. Чудо – это чудо, конечно, но меня не оставляло чувство, что выбор сделан за меня. Ну уж нет! Выбираю я, а не меня. А суженому стоит знать, что он не единственный, на кого я смотрю! Тем более что и он, видите ли, «встретил кое-кого».

– С удовольствием и погуляю, и повыбираю, и посмотрю, – твёрдо заявила я и улыбнулась под вуалью. – И спасибо, что вытащишь меня отсюда. Спасибо, Дино.

Но вместо ответной улыбки по лицу Дино пробежала виноватая тень.

– Видишь ли… – Он вздохнул. – День ещё не закончился.

Меня коснулось нехорошее предчувствие.

– И что это значит?

И тут, словно отвечая на мой вопрос, двери гостиной распахнулись, и по паркету послышались чёткие шаги.

– Ваше высочество, пора переодеваться! – раздался женский голос. – Придворные дамы вас ждут.

Я оторопело открыла рот.

Придворные дамы?

И что мне с этим делать?

Я с вопросительным видом повернулась к Дино.

Но увидела перед собой лишь закрывающееся зеркало.

Глава 5

Когда двери передо мной распахнулись, я чувствовала себя не принцессой под лёгкой вуалью, а готовым к бою воином в полных доспехах, воинственно глядящим из-под забрала.

Я не собиралась вести беседы с придворными дамами! Я ни разу не была при дворе, я не знаю, как мне притворяться принцессой Аной, мне даже поговорить с ней не дали, чтобы услышать звук её голоса!

Очень хотелось как следует прокричаться и побить кулаками дверь. Но вместо этого я сделала глубокий вдох и милостиво кивнула сопровождающей меня даме.

Которая прекрасно знала, кто я на самом деле. Так что её ответный взгляд говорил не: «Конечно, ваше высочество, как скажете», а скорее: «Не попадись».

В следующий момент передо мной наконец открылась гостиная.

И шесть молодых дам, неохотно встающих с кресел.

Я плавно прошла вперёд, мысленно радуясь, что у элегантного наряда нет шлейфа. Зато есть закрытые плечи и длинные рукава, чтобы случайно не открыть какую-нибудь родинку, которой нет у принцессы.

Правда, вот сейчас я открою рот, и все родинки тут же станут неважны.

Впрочем, кто мешает мне вежливо помолчать, пару раз шмыгнуть носом и удалиться через четверть часа, сославшись на головную боль? О характере принцессы, надеюсь, наслышаны все.

А четверть часа я как-нибудь вытерплю.

С этой мыслью я, улыбнувшись, и прошла внутрь.

Приветствия длились и длились. Я сидела в золотистом кресле, похожем на миниатюрный трон, и с рассеянным видом кивала, пытаясь запомнить имена.

Черноволосая Вероника, двоюродная сестра Алера, гладко и плавно представляла мне остальных. В душе шевельнулось сочувствие: если Вероника назначена лучшей подругой принцессы Аны, вряд ли ей понравятся её обязанности, когда меня заменит настоящая принцесса, упрямая и капризная. Впрочем, моё ли это дело?

Наконец представления закончились. Я с облегчением выдохнула.

– Рада, что вы наконец присоединились к нам, ваше высочество, – звонко, ясно и отчётливо произнесла Лили. Блондинка молчала всё время до этого, но сейчас в её глазах зажёгся нехороший огонёк.

Так. Рано я расслабилась.

К счастью, раз я принцесса, Лили ничего мне не сделает.

Меж тем одна из девушек зачем-то отошла к дверям, но почти тут же вернулась. Зачем, интересно?

Но спрашивать я не стала. Вместо этого я вежливо улыбнулась и наклонила голову, показывая, что готова слушать.

– Его высочество чересчур занят, чтобы уделять вам своё внимание, – безжалостно продолжала Лили. – Поэтому мы решили взять всё в свои руки.

«Я решила взять тебя в свои руки», – красноречиво говорил её взгляд.

Я напряглась. Обычно такие фразы пересыпаются оговорками, красивостями, вежливостями. Как можно говорить столь прямо с особой, которая стоит гораздо выше тебя?

Но я не стала говорить: «Вы забываетесь». Зачем? Раз уж Лили начала копать себе яму, её остановят свои же.

Но её никто не останавливал.

Я смотрела на Лили и молча ждала.

И вдруг поняла, что её спутницы тоже чего-то ждут. Никто не смотрел на Лили с удивлением и неодобрением. Ни резковатый тон, ни самоуверенная манера не удивили девушек ни на йоту.

Они выбрали Лили своей предводительницей. Все они.

Я нахмурилась. Что здесь происходит?

Лили, явно недовольная моим молчанием, метнула взгляд на девушку, сидящую по её правую руку.

– Может быть, снимете вуаль, ваше высочество? – тут же сладко предложила та. – Ведь вы дома, среди друзей.

Угу. Просто-таки всей кожей ощущаю дружескую атмосферу. Спасибо, хоть горячим чаем на коленки не плеснули.

Я молча покачала головой.

Брови Лили взлетели.

– Как, ваше высочество! – в её голосе сверкнула явная насмешка. – Вы не считаете, что находитесь среди друзей? Неужели вы будете к нам настолько жестоки?

Она только что не смеялась мне в лицо.

Да что происходит-то?!

Одна из девушек хихикнула.

И тут я поняла, что она знает. Знает, что я не принцесса.

Медленно я повернула голову, обводя взглядом комнату. Две девушки тотчас отвели глаза, ещё две избегали встречаться со мной взглядами. Комнатная собачка, положившая морду на колени одной из барышень, приоткрыла морду в мою сторону, словно ухмыляясь.

Да они все знают, кто перед ними! И эта насмешечка в голосе Лили, и кивок в сторону подружки, и мои ощущения…

Я повернула было голову, но вспомнила, что моя дама-охранница исчезла. Я здесь одна, и защитить меня некому. Разве что во всё горло позвать на помощь Дино?

Нет уж. Дино уже один раз мне «помог», да так, что я оказалась вот в этом кресле под вуалью. Отобьюсь сама.

– Погода сегодня хорошая, – сообщила я мирно. Собственным голосом, не хрипя и не гнусавля. – Не так ли?

Девушки переглянулись, явно удивлённые моим спокойствием.

– Какой знакомый голос, – издевательски произнесла Лили. – Уверены, что это вы, принцесса? Может быть, проверим?

Знакомый голос? Да она едва меня слышала!

Я вдруг поняла, что Лили не знает, кто я, раз не называет меня по имени. И ей очень хочется это узнать. Именно поэтому она требует, чтобы я сняла вуаль.

Что ж, не дождётся!

Я продолжала невозмутимо смотреть на неё.

– Говорят, – сладко протянула подруга Лили, – что те, кто занимает не своё место, потом горько жалеют об этом. Или им помогают пожалеть, – хитрая улыбочка, – и осознать, что они сильно ошиблись.

– И указать им их место, – насмешливо проронила девушка с собачкой на коленях.

Я сдержала смешок. Они это серьёзно? Серьёзно пытаются довести меня до слёз своими подколками?

Да какое мне до них дело? Я здесь по заданию принца. Мне приказали «молчать и улыбаться», вот я это и делаю. А что при этом мне говорят – да какая разница? Мне всё равно.

На самом деле, конечно, не всё равно. Но унизить меня эти девицы не могут. Этими якобы остроумными фразами они унижают лишь себя.

Или я себя убеждаю? Или я их боюсь?

Я сжала губы. Нет. Не боюсь.

Принцессе Ане вряд ли понравилось бы, если бы она увидела, как её зеркальную копию унижают таким образом. И принц уважал бы меня меньше.

В конце концов, что я скажу Дино? Что меня осыпали насмешками, а я молчала?