Тогда мое сердце пробило два резких удара от пристального взгляда мужских глаз. Он смотрел как ястреб. Сканировал так, словно видел каждый изъян в моей душе. Будто бы от него не скроешь ничего. Со временем я поняла, что так и есть. Несмотря на молчаливость, он точно знал больше, чем любой в особняке.

И я совру, если скажу, что он не привлекателен. Мистер зануда чертовски привлекателен и сексуален. Он был широкоплечим и достаточно внушительным в размерах мужчиной, что заставляло тело отзываться на его энергетику. Такое случалось редко, но мое дыхание рядом с ним замедлялось. Он забирал своим присутствием каждую крупицу кислорода.

– О, и ты здесь, – искренне обрадовавшись, кинула свое полотенце на шезлонг и подошла к бассейну.

С крыши открывался шикарный вид на небоскребы. Кричащие о роскоши высоты, заполненные машинами дороги и пролетающие над головами вертолеты. Все на фоне гор. Это добавляло такой сильный контраст. Шум доносился и сюда.

Габриэль сидел на половину в воде, раскинув руки по сторонам. Он даже не обернулся, когда услышал меня. Лишь хмуро ответил:

– Ты преследуешь меня?

– Я? – вскинула брови, поставив вино с бокалами рядом, и стянув с себя парео, – Я пришла пару минут назад и решила поплавать. Какие мы самоуверенные, мистер зануда.

Он никак не отреагировал, продолжая глядеть на небоскребы города. Я же вступила на лестницу и начала погружаться в теплую воду. Теплый пол и бассейн с подогревом не давали замерзнуть. Я с удовольствием окунулась в воду и проплыла на другой конец от моего компаньона, чтобы поймать его взгляд.

Он оценивающе прошелся по изгибу моей шеи и ниже к груди, но был так бесстрастен, что невозможно было понять, ему нравиться или он осуждает?

– Сколько вам лет, босс? – поинтересовалась, отзеркалив его позу и раскинув руки.

– Решила собрать на меня информацию? – хмыкнул он.

– Но ведь так нечестно, – мои губы изогнулись в улыбке, – Уверена, ты уже пробил про меня все, а я даже не знаю сколь…

– Тридцать четыре, рыжая.

Порой мне казалось, что он перебивает меня лишь для того, чтобы остановить поток моих слов и доставить себе удовольствие.

– Мне тридцать четыре.

– Ого, – губы сложились в короткое «о» и я замялась. Прежняя уверенность словно улетучилась. Между нами было десять лет разницы. – Мне казалось, тебе…эм тридцать?

Как и ожидалось: он не ответил. Это был так на него похоже. Я заметила, что чаще всего Габриэль просто игнорировал вопросы, на которые не видел смысла отвечать.

– Что случилось у мамы? – Габриэль взял вино, которое я принесла, и разлил по бокалам, – Ты расстроена.

– Тебе показалось, – попыталась как можно беззаботней усмехнуться.

Я подплыла к нему, чтобы взять вино и сделать глоток, наслаждаясь приятным терпким вкусом.

– Врешь, – вынес он свой вердикт, раскусив меня, медленно пробуя напиток на вкус, – Мышцы на твоих висках играют, когда ты врешь.

От такого заявления я коснулась своих висков, чтобы убедиться в правоте.

– Ты спятил, – допив до дна, налила себе еще и поняла, что одной бутылки нам будет мало, – Я не вр…

– Врешь.

– Тебе нравиться меня перебивать, да?

Он не ответил.

Допив второй бокал с пристрастием, решилась все же сказать.

– Она меня не узнала, – слова жгли горло, но благо алкоголь и его способность затуплять эмоции помогли не разрыдаться, – Впервые за последние три года с момента, когда она начала забывать все. Она всегда помнила меня, но сегодня…

Габриэль тоже не отставал, допив второй бокал.

– Это так сильно ранило меня, – призналась я, – Мне так хотелось кричать ей, чтобы она узнала меня, но я понимала, что это глупо. Эта болезнь так резко охватила маму, что я не успела понять, как так произошло, что из женщины, которая помнила день рождения всех своих знакомых и могла наизусть знать номера их телефона, она превратилась в ту, что забыла собственное имя и свою дочь.

– Уверен, если бы она была властна над своей памятью, ни за чтобы не забыла тебя, – мы выпили еще по одному бокал, и я уже почувствовала легкое головокружение, но была недостаточно пьяна, чтобы забыть сегодняшний день.

– О твоем отце все еще ничего неизвестно, насколько я знаю, – нахмурился Габриэль.

Конечно, он был в курсе. Я не буду удивлена, если об отце он знал больше, чем мы с бабушкой.

Габриэль выпил столько же, что и я, но с виду был совершенно не пьян. Спокоен и уравновешен.

– Он исчез, когда мама забеременела, – хихикнула я, чувствуя волны опьянения, – Я в жизни не видела его. Знаю только по фотографиям. Он бросил и бабушку.

– Джулию, – добавил Габриэль.

– Да, если бы не она, мы бы с мамой остались без дома. Она любит маму больше родного сына.

– Твой отец моральный урод.

Я впервые слышала, как Габриэль ругался. Это было странно, но мне нравилось. И я была полностью согласна с его высказываниями об отце.

– Ты бы не убежал, если бы узнал, что твоя девушка залетела?

Я не собиралась останавливаться, и Габриэль не был джентльменом, что остановил бы меня. Он, наоборот, заказал еще вина, что меня обрадовало.

– Нет, это даже не обсуждается. Бросить своего ребенка – низко.

– Ты станешь хорошим отцом, – улыбнулась я.

– Чтобы стать хорошим отцом, недостаточно просто принять ребенка, – Габриэль смотрел вдаль, и я видела, как дернулся его подбородок, – Ты должен отдавать ему всего себя. Нужно помнить, что ребенок не выбирал появляться на свет.

– Почему ты все еще один? – меня правда мучал этот вопрос. Почему он еще не женат? Почему у него нет детей и семьи в таком возрасте? – Я просто не видела, чт…

– Это мой выбор.

Вот так просто. Он не собирался раскрывать передо мной душу. Он оставался честным.  И я решила просто оставить наш разговор течению.

Следующий час мы провели в простом молчание, изредка обсуждая Лос-Анджелес, погоду и итальянскую кухню. За это время мы пригубили еще две бутылки вина, и Габриэль достаточно расслабился. Его губы даже немного дрогнули, когда я рассказала ему как чуть не блеванула, когда пробовала кузнечиков на рынке! Но это уже успех.

– Это было так мерзко, – скривилась, ощутив, как бегут по телу мурашки, – Я прям и чувствовала, как хрустят их ножки во рту. Фу!

– Слабачка, – усмехнулся Габриэль.

Мне раскрылась его ямочка на левой щеке. И, черт возьми, я – не я, если бы это меня не возбудило. Он был в одних плавках, практически голый, а я пьяная и такая уставшая, что просто не могла отказать себе в таком диком удовольствие.

Смелая в своем решении, подплыла к нему ближе. Наши предплечья соприкоснулись, и Габриэль впервые за несколько часов посмотрел на меня. Я поддалась к нему на встречу и сглотнула, ощутив прилив теплоты между ног.

– Можно тебя попросить? – прошептала у его губ.

Габриэль одним взглядом дал понять, что можно продолжить и я взяла все в свои руки. Наклонившись к его уху, томно протянула следующее:

– Трахни меня, босс, – улыбка расплылась на моих губах, и напоследок добавила, – Прошу те…, — мои слова оборвали на моменте, когда он схватил меня за волосы на затылке и притянул к себе.

На его лице не дернулась ни одна мускула, когда он, тяжело дыша процедил:

– Уверена в своих силах, рыжая?

– Сомневаетесь в своих? – вызов был брошен, и я наконец добилась своего.

Габриэль вышел из бассейна, капли стекали по его загорелому телу и блестели. Я сглотнула от такого вида.

– Три минуты, и я хочу видеть тебя в своем номере, – прозвучал приказ. Накинув на себя халат, он исчез.

Тело покрылось мурашками предвкушения, и я принялась быстро выходить из бассейна. Да, возможно, это было опрометчиво. Я собиралась переспать со своим боссом. Ведь именно Габриэль управлял всем особняком. Но мое тело было одержимо этой идеей. Я пыталась заменить один наркотики другим, и как бы плачевно это не было, я поддалась искушению.

Босые и мокрые ступни мягко соприкасались с красным ковром гостиницы, пока я на носочках проделывала путь к его номеру. Сердце приятно распространяло дрожь по телу, и наконец остановившись перед его дверью, подняла руку и остановилась.

Что ждет меня за этой дверью? 

Очередная затяжка адреналина. Укол страсти, который побежит по венам. Я поддамся этому порыву раз. Один раз. Только сегодня. Другой город и другие мы.

Пусть на сегодня он станет моим наркотиком.

Постучавшись, не услышала ответа. Переступила с ноги на ногу. Однако, я не из тех, кто развернется и уйдет. Поэтому мои пальцы соскользнули к ручке двери, и я потянула вниз, обнаружив, что она была разблокирована.

Прикусив губу, переступила порог и задержала дыхание, увидев его в темноте, освещенной ночником в гостиной.

Остановившись на пороге, осмотрелась. Его номер был идентичен моему: обширная прихожая, фойе с видом на город, маленький островок кухни и сама комната с правой стороны.

Половина лица Габриэля была скрыта тенью. Я видела лишь его внушительное тело в кресле и бокал виски в руках. Сжала бедра от возникшей пульсации между ног. Я была готова сделать шаг и наконец подойти к нему, когда его голос прорезал тягучую тишину:

– Замри.

Я повиновалась. Мокрая после бассейна, пьяная от вина и его дурманящего взгляда и возбужденная до грани.

Габриэль поставил бокал на журнальный столик, и взял ремень с его поверхности. Только сейчас я заметила эту вещь. Волосы на теле встали дыбом.

Габриэль был выше меня на две головы, поэтому, когда наконец шагнул ко мне, мужское тело загородило весь проем прихожей. Сердце превратилось в тяжелую массу, что билось слишком медленно. Выжидающе.

Тук.

Тук.

Тук.

Остановившись, он смахнул с моего лица пряди волос, и мои губы раскрылись от малейшего прикосновения. Мои глаза загорелись азартом, когда скользнули по его телу в одних плавках и нашли его возбужденным, а после скользнули к его левой руке, сжимающей черный кожаный ремень.

– Зач…

Не успела договорить: Габриэль сжал мой подбородок и толкнул указательный палец в мой рот, заставив пройтись по нему языком.

– Т-ш-ш, – прошипел он, – Ни слова, – он шагнул за мою спину, теперь обернув пальцы вокруг моей шеи.

Он захлопнул дверь, и это словно сняло все оковы. Резко он заломил мои руки за спину. Габриэль не был нежен и точно не видел во мне фарфоровую куклу. Он сжал мои кисти и затянул ремень на них. С моих губ сорвался короткий вскрик.

Не сказав ни слова, он повернул меня к себе и надавил на мою голову. Через секунду мои колени соприкоснулись с жестким входным ковром. Воздух между нами накалился словно трескающиеся угли в камине, а вожделение стало слишком ощутимо.

Осмотрев меня с диким блеском в глазах, Габриэль натянул мои волосы на кулак и откинул голову назад, чтобы я могла смотреть на него. Другой ладонью он стянул свои плавки, и я смогла увидеть его во всей мужской и такой дикой красе. Его достоинство было…внушительных размеров, что привело к дрожи моего тела.

– Раздвинь свои губы, ведьма, – приказал Габриэль, и я сделала, послушно ожидая следующего действия.

Довольно хмыкнув, он подвел кончик члена к моему рту и толкнулся внутрь, врезаясь в самую глубокую часть моего горла. Он натянул ремень так, что мои руки подняли ввысь. Подобно марионетке, я была полностью в его власти.

Он владел мои ртом так искусно и с такой яростью, что глаза заслезились. Мои мокрые волосы скрипели в его хватке, а слюна текла по моему подбородку, протекая к груди.

Я была настолько возбуждена, что пыталась сжимать и разжимать бедра в попытке унять пульсацию в центре. Габриэль лишь давал отдышаться на секунду, а после снова и снова врезался в мою глотку.

Я смотрела на него из-под ресниц и не могла уловить ни одной реакции, кроме напряженной от удовольствия челюсти. Он не издавал ни звука, кроме тяжелого дыхания, но это не мешало мне хотеть его еще больше.