Карасте́ль, самый крупный континент, по которому и назывался этот мир, делили три государства. Альмендри́я, самая большая страна, протянулась с востока на запад и занимала две его трети. На севере континент обрамляла горная гряда, и только в одном месте горы чуть отступали от Штормового моря. Там находился Ко́вен, город-государство, принадлежащий магам.

Расположение Ко́вена по меридиану соответствовало Саркане́, второму по значению городу Альмендрии. Государство магов располагалось чётко над Саркано́й. Далее на восток континент сужался, и после Ита́ри, третьего по размеру и самого восточного города империи, шла граница с Шемалья́ной, небольшим государством, славящимся своими ремесленниками и учёными-изобретателями.

Выше раскинулся второй по размеру континент – Северное Плато. Огромная территория с рваным южным краем и полностью скрытым в вечных льдах севером. У варваров была сложная клановая система, поэтому как такового государства они не имели, а все важные вопросы решали на Собрании глав кланов.

В Альмендрии и Минхатепе была монархия, в Шемальяне выборный пожизненный правитель, который не передавал власть по наследству, а у варваров – можно сказать, что и демократия. По крайней мере, каждый клан выбирал главу, и эти главы собирались для принятия решений на Собрании, которое называлось Круйний.

Что касается расовых особенностей, отмечалось, что варвары обладают феноменальной силой и, как правило, рыжеволосы. Остальные нации – кареглазые брюнеты разной степени смуглости. В Ковене жили маги всех национальностей и даже представители других миров, поэтому он крайне космополитичен и никакой единой нации там нет.

Время до обеда я потратила на книги, а после плотной еды немного вздремнула, так что к вечеру уже изнывала от скуки. Синнай сказал, что гостей стоит ожидать только после ужина. К счастью, он ошибся. Тамила с Эми́лой и Эдели́кой пришли как раз до его начала, чтобы составить мне компанию. Девушки оказались живыми, энергичными и любопытными, даже чересчур непосредственными.

– Алина, Эр для огневика очень сдержанный, тебе повезло, – уверяла Эмила.

– И красивый! Согласись, что красивее него разве что Эддар и, может быть, Даттон, – добавила Эделика.

– Нет, глупости не говори, Даттон Килла́ру в подмётки не годится, – ответила ей сестра.

– Килла́р был бы симпатичным, если бы не уши, – сморщилась Эделика.

– Нормальные у него уши! – возмутилась Эмила.

– Не кричи, с такими ушами ещё услышит и прибежит, – хмыкнула вторая двойняшка.

– И пусть прибегает, – Эмила прикусила нижнюю губу и улыбнулась.

Девочки захихикали, и перепалка сошла на нет. Сёстры у Эддара были красивые – тонкие, стройные, высокие и гибкие, каждая с копной густых кудрявых волос и большими чёрными глазами, обрамлёнными длинными ресницами.

– Так странно, что вы больше похожи на Ринара, чем на родного брата.

– Мы с Эром в отца, а Эд – в маму. Эр тоже кудрявый, если волосы отрастут, но он всегда коротко стрижётся, поэтому не видно. Военные, ничего не понимают в мужской красоте!

– И Эддар за ними! Ладно Эр, он вырос в казарме, но и наш-то уже нахватался, он в Эровой десятке уже неотъемлемый одиннадцатый элемент.

– Я видела несколько поединков. Очень впечатляет, – сказала я.

– Мы тебя тоже видели, но познакомиться не успели. Эр не разрешает ходить на поединки смотреть, поэтому мы аккуратненько, одним глазком.

– Эда тренируют они все, особенно Аркай. Вообще, он из них самый сильный боец, поэтому мы, конечно, впечатлились, когда Эр выиграл.

Не очень хотелось продолжать эту тему, но кто бы меня спрашивал.

– А я видела, как они танцевали на балу! – глаза у Тамилы горели огнём, а руки сжались в маленькие кулачки. – Эр от Алины глаз не отрывал, даже не взглянул в сторону Ангалаи. Вы бы видели, какими пятнами она пошла, когда эта парочка ушла с бала. Просто бальзам на мою душу.

– Может, это наконец собьёт с неё спесь, – судя по всему, Эделика тоже Ангалаю не жаловала.

Видимо, в этом мире девочки тоже предпочитают дружить против других девочек.

– Чем она вам так не угодила? – я с невинным видом отпила травяного отвара.

Мне Ангалая тоже не понравилась, я тоже хочу против неё дружить.

– Понимаешь, Алина, статус фаворитки при императоре очень своеобразен, а Ангалая ведёт себя так, будто она нами правит. Видишь ли, фаворитка никогда не станет женой, для прохождения обряда невинность – обязательное условие. Также император никогда не сможет взять в жёны вдову. Это старинный обычай, правило предков, которое нельзя нарушить. Условий всего два: наличие магических способностей или определённой реакции крови с императором и невинность. К сожалению, дар Эра настолько силён и специфичен, что для него невесту искали по реакции крови. Ни одна из наших подходящих магичек его Огню противостоять не может. Да никто в императрицы и не рвётся, будем откровенны. Искали в вашем мире не просто так. Есть теория, согласно которой люди в немагических мирах обладают высокой резистентностью к магии. Ну, собственно, мы не знаем точно, как получается: отсутствие магии так влияет или, наоборот, она уходит из мира, когда население становится резистентным.

– Магия – это генетическая особенность. Нельзя приобрести способности или получить их. Они либо есть, либо нет. У нас с Эмилой есть небольшой лекарский дар, как и у Тамилы. Женщины, как правило, именно к целительной магии склонны, таланты к Тьме и Воде тоже часто встречаются. А вот огневи́чки – редкость, их за историю мира насчитывалось меньше сотни, многие из них стали императрицами.

– Можно вопрос?

– Конечно, Алина.

– Судя по количеству детей у каждого императора, у вас должно быть очень много родственников. Они проживают при дворце?

– Родственников-мужчин, кроме Эра и Эда, у нас нет, – грустно ответила Эмила. – Последние годы всю нашу линию истребляют, Алина. У магов и так детей рождается немного. А в последнее время то одно, то другое… Отцу невероятно повезло иметь аж четверых сыновей, у него самого был всего один брат и три сестры. Их убили, только одна тётя умерла своей смертью от старости. После Тормансов есть две линии, Иста́рсы и Гвилье́рсы, которые могут претендовать на престол. Это их происки.

– А двоюродные братья и сёстры у вас есть?

Эделика отрицательно покачала головой, а Эмила поджала губы.

– Уже нет. На нас ведётся охота. Тот заговор, который ты помогла разоблачить, пролил свет на многие смерти. И мы хотели выразить тебе огромную признательность за то, как ты поступила. К сожалению, некоторые покушения так и не были раскрыты, а какие-то из смертей действительно могли быть трагической случайностью.

– Раньше смерть забирала только тех, кто не хотел жить во дворце. Сейчас убийцы уже среди нас. Братья сделали очень многое для нашей безопасности. Как видишь, даже с тобой у нас не было возможности познакомиться раньше, – добавила Эделика.

– Наверное, это очень тяжело. Жить с оглядкой и не чувствовать себя в безопасности даже в собственном доме. Я здесь всего неделю по вашим меркам, и нервы уже сдают.

– Проблема в том, что ты не знаешь, кому доверять. Вернее, мы можем доверять только друг другу, а это всегда обижает достойных, понимаешь? Эр не может доверять никому, кроме Эда, своей десятки и Шаритона. После истории с Тавервелем даже это может быть пересмотрено.

– И если внутренних врагов раньше можно было сдерживать, то год назад, после исчезновения их царевны, Минхатеп просто сошёл с ума. Шпионы, провокаторы, пропагандисты. Они отказались поставлять соль, а откуда нам её брать? Да и южный бурый сахар всегда стоил дешевле, чем местный. Поэтому его-то и ест основное население. В итоге страна на грани гражданской войны, людей подстрекают к бунту и смене власти. Эринар с его сильнейшим даром Огня внушает людям ужас, и совсем не помогает, что он не всегда может сдержать Огонь, когда злится, – заметила одна из сестёр. – В народе его прозвали Демоном. У них тоже сродство к стихии Огня.

– И среди всего этого хаоса он вынужден жениться на иномирянке, да ещё и рыжей. Видишь ли, из-за особенностей варваров… рыжих и светловолосых у нас не жалуют. Они гораздо сильнее физически, чем люди других континентов. К счастью, из-за междоусобиц договориться они не могут и хоть сколько-то серьёзную армию против нас не выставляют. Иначе они бы давно поработили весь мир, Алина, – добавила вторая.

– Насколько же они сильны?

– Представь Аркая… а там такой каждый первый!

Невольно присвистнув, представила себе толпу Аркаев. Мне поплохело.

– И что же делать?

– Искать истоки заговоров, бороться, проводить работу с населением. Проблема в том, что любые начинания люди стали воспринимать в штыки. И сложно понять, что сейчас может помочь. Кроме того, Эринар – совсем молодой правитель, а отец, как и дед, порой был излишне жесток, что создало определённую репутацию династии, – грустно сообщила Эделика.

– И отнюдь не помогает то, что Эр совсем не хочет этой роли, не идёт на контакт с людьми. Для изменения их мнения придётся проводить огромную работу, а он не желает даже начинать, – Эмила горестно вздохнула, а мне стало не по себе.

В какую же передрягу я умудрилась вляпаться? Если на их род действительно ведётся такая охота, то мои шансы выжить в этой мясорубке близятся к нулю. У девочек хотя бы есть братья и другие защитники, возможно, возлюбленные, а я совершенно одна в этом мире.

– Он военный, а не дипломат. Отец никогда не обучал его так, как Эральта. У Эра акцент делали на боевую магию, а не теорию и практику управления страной. И хотя чему-то, конечно, Шаритон его научил, но этого всё равно мало.

– Мы так далеко ушли от темы, – я решила напомнить им, с чего начинался разговор. – Вы так и не рассказали, почему не любите Ангалаю.

– Ох, и правда. Ангалая – просто любовница, но ведёт себя так, будто она императрица, и все должны ей подчиняться и ноги целовать. При этом не гнушается подставить или унизить соперницу. Нас она не трогает, но Тамилу очень сильно травила, ведь происхождение и остальные характеристики у Тамилы подходящие, чтобы составить пару Эринару. Успокоилась только после того, как Тамила стала встречаться с Итаном. А теперь эта гадина сместит фокус на тебя.

– Но ведь у императора всё равно рано или поздно будет жена.

– Видимо, вариант с рано её не устраивает, только с поздно, – пожала Тамила плечами.

– А Ринар? Неужели он не видит её характер?

– А ему всё равно. Если честно, то он со своим гаремом времени не проводит, посещает иногда, да и только. То Ангалаю, то какую-нибудь новенькую. Даже не разговаривает с ними особо. Вот они там и устраивают грызню от скуки, – вздохнула Эделика.

– Это как-то совсем дико. Неужели он ни разу не был влюблён?

– Был, в Раззо́ну, – Эмила ответила очень тихо, а Эделика грозно на неё посмотрела.

– Эмила, не смей! Это дело Эра, он сам расскажет, если захочет.

– И где эта девушка сейчас?

– Погибла, – Эделика ответила лаконично, пытаясь поставить точку в разговоре.

Воображение нарисовало жуткую картину сгорающей в огне девушки. Брр. Видимо, что-то отразилось на моём лице, потому что Эмила принялась с жаром защищать брата.

– Эр не виноват, она его предала!

– Что случилось?

– Это дело Эра, и он сам расскажет, если захочет, – голос у Эделики стал твёрдым, и все собравшиеся поняли, что больше подробностей не будет.

– Но Ринар всего полгода как император, неужели Ангалая успела так сильно всех достать?

– Да. Тамиле она подлила кислоту в баночку с шампунем. Другой девушке насыпала битого стекла в обувь, третью опоила возбуждающим зельем, и та публично вешалась на стражников, а с одним из них даже переспала на глазах у случайных свидетелей, – Эмила покраснела от таких подробностей, но серьёзного взгляда не отвела.