– Я могу сесть к тебе в машину? – прямо спрашиваю я, на что получаю прищуренный взгляд карих глаз.

– Поедешь на этом корыте?

– Поеду, – я дергаю ручку, но дверь оказывается заперта.

– Только при одном условии, – предупреждает Игорь, прежде чем нажать на кнопку разблокировки дверей.

– Что угодно, – выпаливаю не подумав. Меня слишком смущают приближающиеся полицейские машины.

– Ты сходишь со мной на свидание, – говорит он, вызывая недоумение.

– Что?

– Свидание, Кира, – голос становится серьезным.

– Иди ты к черту, Мещеряков, – рявкаю я. – Открой эту чертову дверь!

– Свидание или удирай на своих двоих, – усмехается он.

– Ладно, хорошо.

– Что хорошо? – не унимается он.

– Я согласна сходить с тобой на свидание. Открывай дверь. Быстрее.

Как только я захлопываю дверь спорткара Мещерякова, машина тут же срывается с места. Беру свои слова обратно: это не корыто. Не знаю, чем начинил ее Игорь, но едет она гораздо быстрее внедорожника Рамзина-старшего свежего года, на котором мы с Максом приехали на гонки.

Кошусь на водителя. Игорь сосредоточенно смотрит строго вперед, лишь периодически бросая взгляд в зеркало заднего вида. Вой сирен стихает по мере того, как мы удаляемся от места проведения гонок. Облегченно выдыхаю: если бы меня взяли, то проблем с папой бы прибавилось. Он и без того считает меня никчемной избалованной дочерью, а попадание в участок станет вишенкой на торте.

– Это как минимум неразумно. Я про гонки, – бросаю я, когда машина замедляет ход. – Ты что, останавливаешься?

– Переждем в одном местечке, – отвечает он, сворачивая с трассы в лес.

– Где? В лесу? – я удивленно хлопаю глазами.

– Нет, – отрезает Игорь, больше не говоря ни слова.

Проселочная дорога занимает не меньше пятнадцати минут, а лес в какой-то момент сменяется полем. Я смотрю в окно и не могу оторвать глаз: мы оказываемся в красивом месте. Машина Мещерякова выезжает к небольшому водоему, который в сумерках кажется каким-то таинственным. Над озером нависает несколько деревьев, а к одному из них привязана веревка с деревяшкой на конце.

– Приехали, – говорит он, останавливая спорткар.

– Что это за место? – интересуюсь я.

– Место спокойствия и умиротворения, – без тени улыбки отвечает Игорь. – О нем мало кто знает.

– Неудивительно, – усмехаюсь я. – Кто станет тащиться в такую даль по трущобам ради умиротворения?

– Я, – просто произносит он, но на этот раз чуть заметная улыбка появляется на его губах. – Кстати говоря, вода здесь чистая и теплая.

Мещеряков оставляет фары включенными, и мы выходим из машины. Здесь все так, как он и сказал: спокойно и умиротворенно. Но я, разумеется, ни за что не признаюсь в этом. Будь я в другой компании, например Максима, вела бы себя иначе. Но Игорь – последний человек, которому я поведала бы о своих эмоциях и чувствах.

– Намекаешь на что-то? – скрещиваю руки перед собой.

– Констатирую факт. Видишь там тарзанку? – спрашивает Мещеряков.

– Где? – зачем-то делаю вид, что не заметила. Хотя это первое, что бросилось в глаза, когда мы приехали сюда.

– За тем деревом, – он указывает рукой. – Это лучшее развлечение, которое только можно придумать. Готов поспорить, ты бы ни за что не решилась опробовать ее.

– Я похожа на ненормальную? – фыркаю я. – Конечно нет. Да и зачем?

– Ради веселья, – улыбается Игорь. – Стала слишком взрослой, Кира?

– При чем здесь это?

– В детстве ты была главной оторвой, помнишь? Все деревья, тарзанки, гаражи были твоими, – насмешливо протягивает парень.

– Не помню. И я давно вышла из того возраста, – говорю раздраженно. – Когда мы поедем обратно?

– Примерно через час.

– Через сколько? – ахаю я. – Ты с ума сошел? Меня же потеряют.

– Кто? Твой парень? – у Игоря вырывается ехидный смешок.

– Да, мой парень, – отвечаю я, вздернув подбородок.

– Тот, который даже и не думал спасать тебя? – уточняет он. – Рамзин прыгнул в первую попавшуюся машину. Он тебе хоть позвонил?

– К твоему сведению, он мне писал. Он решил, что ключи от его машины остались у меня, – сочиняю на ходу. – Но когда понял, что это не так, спросил, откуда меня можно забрать.

– Да ну?

– Но я понятия не имею, где нахожусь.

– Скинь геометку, в чем проблема? – насмешливый голос парня начинает раздражать, и я не выдерживаю:

– Пошел ты, Мещеряков, зачем я вообще с тобой разговариваю?

Скинув высокие каблуки, я уверенно шагаю к воде. Слезы наворачиваются на глаза от горькой правды, которую Игорь только что озвучил. Максим не писал мне никаких сообщений, он лишь спасал свою пятую точку, напрочь позабыв обо мне. И если бы не Мещеряков, я бы уже куковала в полицейском участке, оправдываясь перед отцом в том, в чем не виновата.

– Кира, я бы никогда так не поступил с тобой, – серьезно говорит Игорь, окончательно добивая меня своим признанием. – Пойдешь купаться?

– С ума сошел? – отвечаю раздраженно, поворачиваясь на звук его голоса.

Мой случайный спутник на ходу сбрасывает с себя одежду и, оставшись в одних боксерах, с радостным криком бежит в воду. Я смотрю на него со спины и не могу оторвать взгляд. Из худенького долговязого мальчишки Мещеряков превратился в статного парня с потрясающим телом. Интересно, сколько времени он проводит в тренажерном зале, чтобы иметь такую спину?

Внизу живота разливается странное незнакомое тепло, что бесит меня еще больше. Когда он доплывает примерно до середины озера, я отворачиваюсь. Мечтаю лишь об одном – поскорее оказаться дома. Как легко Рамзин смог испоганить мой вечер. Больше видеть его не хочу.

Снова бросаю взгляд на озеро – Игорь плывет обратно, размахивая руками подобно профессиональным пловцам. Может, дело совсем не в тренажерном зале, а в занятиях в бассейне? Пусть занимается тем, чем хочет, мне это совершенно неинтересно.

Внезапно я замечаю в кустах какое-то движение, которое приближается. Громко вскрикнув, вскакиваю с песка и бегу к выходящему из воды парню. С визгами набрасываюсь на него и, обхватив ногами его обнаженный торс, цепляюсь за его мокрые плечи.

– Игорь, мне страшно. Там кто-то есть! – верещу ему в ухо.

– Тихо-тихо, – осторожно произносит он, обвивая своими огромными ручищами мою талию. – Я никого не видел.

– Вдруг это крыса или змея? – нервно бросаю я, перебирая в голове все возможные варианты.

– Нет. Здесь нет ни тех, ни других. По крайней мере, я не видел. Может, суслик?

Страх постепенно сходит на нет, уступая место разуму. Я освобождаюсь из объятий Мещерякова и резко выдыхаю: мое платье промокло насквозь. В этот момент я готова провалиться сквозь землю из-за своего необдуманного поступка. Даже боюсь представить, что сейчас обо мне думает Игорь. Я смотрю на парня в упор, а его проницательный взгляд мне совсем не нравится.

– Футболку мою наденешь? – интересуется он.

– Да.

– Думал, будешь сопротивляться, – усмехается Игорь.

– У меня нет выбора, – мрачно замечаю.

– Идем в машину. Выберешь?

– Таскаешь с собой весь гардероб? – усмехаюсь я.

– Не всегда. Сегодня тебе повезло.

– Действительно. Прям мой день.

– Могло быть и хуже, – напоминает Игорь, открывая багажник. – Это подойдет?

– Да, спасибо.

Домой мы возвращаемся молча, а я еще не знаю, что сегодняшняя встреча – это начало конца моей беззаботной жизни.

Глава 5

Настоящее время

Выходные пролетают незаметно, а утро понедельника наступает быстрее, чем я могла бы себе вообразить. Я спешу в офис к Рудневу, чтобы объяснить ситуацию с платежкой и попытаться сохранить рабочие взаимоотношения. По дороге совершаю все новые попытки дозвониться Игорю, для того чтобы сообщить о своем опоздании по уважительной причине, но его телефон оказывается недоступен. Тогда я набираю Алену.

– Ален, доброе утро! – начинаю я.

– Привет, Кира, – ее голос кажется озадаченным. – Я правильно понимаю, тебя еще нет на рабочем месте?

– Да. Я поехала к Рудневу, к тому самому поставщику, которому не ушли деньги. Хотела предупредить Мещерякова, но его номер недоступен, – быстро говорю я.

– Я поняла. Тебе повезло, Кир. У Игоря Васильевича по понедельникам планерки в банке. Обычно он возвращается не раньше десяти, – замечает она. – Постарайся успеть вернуться к этому времени.

– Я постараюсь, спасибо, Ален, – машинально улыбаюсь в ответ. – Кстати, Игорь Васильевич в курсе, что я не беременна.

– Как так? – удивляется Алена.

– Все просто: он увидел меня в ресторане с бокалом шампанского, – опуская ненужные подробности, объясняю я. – Если он будет что-то говорить тебе о моем обмане, пусть это выглядит так, будто я солгала всем. В том числе и тебе.

– Хорошо, – отвечает девушка, очевидно удивленная моими словами. – Кира, возвращайся как можно скорее. Мне бы очень хотелось, чтобы ты задержалась на этом месте.

– И мне, – произношу воодушевленно. – Спасибо тебе.

К офису Руднева я подъезжаю еще до начала трудового дня. Парковка почти пустая: кроме трех седанов и одного внедорожника, больше нет машин. Надеюсь, тот огромный автомобиль принадлежит Константину Петровичу.

Рассчитавшись с таксистом, я выхожу на улицу и некоторое время стою перед входом в здание. Отчего-то не решаюсь войти. Я, конечно, не из робкого десятка, но когда судьба компании бывшего мужчины зависит от моих переговорных навыков, мандража не избежать.

– Доброе утро! Я могу вам помочь? – раздается за моей спиной, и я оборачиваюсь.

Передо мной стоит солидный мужчина средних лет, а в его руках я замечаю толстую папку с надписью «Квартальные отчеты». Бьюсь об заклад, это как раз тот, кто мне нужен.

– Здравствуйте! Мне нужен Константин Руднев, я по очень важному вопросу, – начинаю я, внимательно наблюдая за его реакцией.

– Это я.

– Сможете уделить мне пятнадцать минут?

– Кто вы? – хмурится он.

– Простите, я не представилась. Меня зовут Кира Калинина, я от Игоря Мещерякова, – протягиваю руку, и он пожимает ее.

– Знаю такого, – кивает Константин Петрович. – Ну что ж, пятнадцать минут для вас у меня найдется.

Мысленно ликую, но внешне сохраняю спокойствие. Его согласие – определенно хороший знак. Если бы он хотел отказать, то не стал бы даже минуту тратить на разговор с незнакомым человеком. Это слова моего отца. От непрошеных воспоминаний о нем сердце болезненно сжимается: слишком тяжелая тема для меня.

Офис Руднева оснащен по последнему слову техники и стиля. Даже у моего отца не было ничего подобного. Хотя он никогда не скупился на оснащение рабочих мест. Но то, что я вижу здесь, не просто радует глаз – в этом здании хочется работать. Мне кажется, сотрудники с большим удовольствием ходят на работу.

– У вас потрясающе! – вырывается у меня.

– Благодарю, Кира, – самодовольно произносит мужчина, распахивая передо мной дверь своего кабинета. – Присаживайся.

– Я бы хотела принести свои извинения, – не мешкая говорю я, устраиваясь на гостевом стуле.

– Вот как? – Руднев кажется удивленным.

– Это из-за меня деньги упали не туда. Я ошиблась в одной цифре. В банке мне сказали, что возвращение платежа займет некоторое время.

– Что ж, так случается, – пожимает он плечами, устраиваясь в рабочем кресле напротив меня.

– Пятница была крайним сроком оплаты, так ведь?

– Пятница? Да, но только пятница этой недели. Пару недель назад мы переподписали дополнительное соглашение, – серьезный тон Константина Петровича не вызывает сомнений в его словах.

– Я прошу прощения, а с кем вы подписывали соглашение? – задаю прямой вопрос, но кажется, мне известен ответ на него.

– С Викторией, – отвечает он.