– Вот чует мое сердце, что это жу-жу неспроста.

– Мыслишь, стряслось чего, барич? – насторожился Архипыч.

– Угу. И стряслось оно там, в столице. А нам с тобой, дядька, это дерьмо снова разгребать придется, – зло фыркнул Егор, жестом показывая кучеру Никите подгонять коляску.

– Так, может, я братов свистну? А то бог его знает, чего там такое, – чуть помолчав, осторожно предложил казак.

– Не спеши, дядька. Арестовывать меня на за что, а раз дядюшка примчался, значит, куда-то ехать опять придется. Иначе он бы не прискакал. Ладно, бог не выдаст, свинья не съест. В особняк, Никита, – скомандовал он кучеру, усаживаясь в коляску.

Подъехав к дому, парень прямым ходом отправился в кабинет к деду. Если Игнат Иванович и вправду приехал, значит, искать его надо именно там. Ведь первым делом дядя станет сообщать о случившемся именно ему. Как ни крути, а дед все еще оставался старшим мужчиной в семье и патриархом всего клана. Так и получилось. Едва войдя в кабинет, Егор с ходу наткнулся взглядом на взъерошенного дядюшку и, вздохнув, спросил:

– Что теперь?

– Не знаю, как и сказать, – протянул Игнат Иванович, пряча глаза.

– Присядь, Егорушка. Дело и вправду не простое, – задумчиво попросил дед, давая дяде собраться с мыслями.

– Помнишь того генерала, что с нами в штабе войск говорил? – начал дядя от Адама.

– Такого индюка забудешь, пожалуй, – фыркнул Егор.

– Ты полегче, Егорка, – понимающе усмехнулся Игнат Иванович. – Он не просто генерал. Он имеет личное дозволение императора входить к нему без доклада. И после той твоей встречи с репортерами этим правом и воспользовался.

– Что, жаловаться на меня ходил? – не удержался парень от легкого хулиганства.

– Если бы, – грустно усмехнулся дядя. – Он принялся у государя просить, тебя на фронт переводчиком отправить.

– Меня?! – удивлению парня не было предела. – Я ж еще возраста для такого дела не имею.

– Вот и я так государю отвечал, – вздохнул Игнат Иванович. – Да только он тебя в строй ставить и не просил. Указом императора ты считаешься как знаток восточных языков привлеченным к местному штабу для перевода добытых у врага документов, в чине юнкера.

– Какой из меня на хрен юнкер, если я даже в училище военное не поступал? Про учебу я и вовсе молчу, – взвыл парень, на минуту забыв от удивления, где вообще находится.

– Вот, читай, – испустив очередной вздох, проворчал дядя, протягивая ему роскошный кожаный бювар.

Открыв папку, Егор впился взглядом в ровные строчки рукописного текста. Игнат Иванович же, глядя на отца, принялся цитировать документ наизусть, словно всю дорогу специально его учил:

– Сим приказом отрок Вяземский, из дворян, получает чин юнкера и звание переводчика штаба для оказания помощи офицерам войск наших, в прочтении добытых у противника документов. Ввиду возраста юнкера Вяземского держать при штабе войск на театре военных действий с постоянным сопровождением казачьего десятка. Его императорское величество, личная подпись.

– Или я дурак, или лыжи не едут, – буркнул Егор, отдавая бювар дяде. – Мало того, что насильно на фронт отправляют, так еще и под конвоем, словно каторжника.

– Дурень, то охрана твоя, а не конвой, – фыркнул в ответ дядя, но ответ его прозвучал как-то неубедительно.

– Они там что, всю персидскую библиотеку захватили? – хмыкнул Егор, откровенно не понимая смысла всего этого действа.

– Я не знаю, Егор, – помолчав, тихо ответил Игнат Иванович. – Но указ этот вручен мне лично государем, и исполнить его мы просто обязаны.

– И как прикажете туда добираться? – озадачился парень.

– Все бумаги уже готовы, – пожал дядя плечами.

– Не понимаю, зачем ему это, – нарушил парень повисшую в кабинете тишину.

– Кому? – не понял дед.

– Генералу тому. Зачем? Какой в этом смысл? – развел Егор руками.

– Говорил я с ним. Там, по его словам, и вправду имеется такая беда. Бумаг добыто множество, а перевести их толком некому. Местные в массе своей не грамотны, и, если разговорную речь еще хоть как-то перевести могут, то писаный текст им недоступен. Да и нет им веры особой. Они с персами бок о бок сотни лет живут. Могут что и специально не так сказать, – тихим, безжизненным голосом поведал Игнат Иванович.

– И по этому поводу он решил недоросля на фронт отправить? – презрительно хмыкнул Егор.

– Должен признать, что государю эта история и самому не нравится, да только с переводчиками тех языков в империи и вправду беда. Его величество лично сказали, что после этой поездки станет сам за тобой присматривать и участие в жизни твоей принимать, – глядя парню в глаза, сообщил дядя.

– Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь, – даже не думая, что именно несет, процитировал Егор стихи известного поэта. – Ладно. Приказ получен, придется исполнять. Главное, чтобы генерал тот не вздумал воспользоваться тем, что я теперь юнкер, чтобы в училище какое меня загнать. Вот тогда я его точно пристрелю, – угрюмо пообещал парень и, махнув рукой, отправился собираться.

Зажав эмоции в кулак, он принялся прикидывать, как ехать и что с собой брать. Как юнкеру, ему теперь положен был мундир, но местная форма не вызывала у парня никакого желания ее носить. Мишень на поле боя, иначе весь этот павлиний наряд не назовешь. А самое главное, она была очень неудобна. Так что придется принимать меры. С этой мыслью Егор вызвал Архипыча и, недолго думая, приказал подавать коляску.

Прихватив из сейфа деньги, он отправился по магазинам. Парню требовалось сукно цвета хаки для быстрого пошива повседневной формы, что-то вроде камуфляжа, и материя на портянки. Он еще по прошлому помнил, как приходилось выкидывать буквально расползавшуюся в руках ткань после пробежек с бойцами спецназа по холмам Ближнего Востока. Так что материя на портянки должна была стать еще одной статьей расхода.

Закупив все необходимое, он тут же заказал у ближайшего портного все задуманное и, получив заверение, что через неделю все будет готово, отправился обратно домой. Встретившие его на крыльце дед с дядей только глазами растерянно хлопали, глядя на количество товаров, которые он привез.

– Ты все это собираешься везти с собой? – растерянно уточнил Игнат Иванович.

– А что делать прикажете? В мундире я словно мишень буду. Нет уж, я лучше в том, в чем мне удобно, – отмахнулся Егор и, обернувшись к казаку, поинтересовался: – Дядька, а браты твои в поход сходить со мной решатся?

– Спрошу, – чуть подумав, кивнул казак.

– Дядюшка, – повернулся Егор к дяде, – ты бы завтра с утра в штаб местный съездил.

– Зачем? – не понял Игнат Иванович.

– А затем, что, согласно приказу, сопровождать меня должны казаки. Но какие именно, не сказано. А значит, набрать людей я могу и сам, а вот платить им должно военное ведомство. Или тот генерал решил, что я их из своего кармана кормить и содержать стану? Так у меня таких денег нет. И состояния большого я тоже не имею, – злорадно усмехнулся парень. – Хочет исполнения приказа императора, пусть платит.

– Съезжу, – сообразив, о чем идет речь, решительно кивнул дядя. – Так, может, мне там сразу готовый десяток просить? – уточнил он, явно на всякий случай.

– Нет. Там бойцы строевые, реестровые, которые должны приказ от военного ведомства исполнять, поступи вдруг такой. А мы возьмем казаков опытных, умных, всякие виды повидавших. Нам с ними в атаку не ходить, а от них только охрана требуется. Думаю, с этим они легко управятся, – решительно заявил Егор, выразительно посмотрев на Архипыча.

– Верно рассудил, барич, – одобрительно кивнул казак. – Соберу десяток братов, чтобы и с опытом, и еще не шибко старых. Главное, чтобы плата добрая была, – добавил он, многозначительно покосившись на дядю.

– Завтра же все решу, – решительно кивнул тот. – На чем поедешь, Егорка? – вдруг спросил он, покосившись на коляску.

– Верхом, и телегу какую с собой придется брать. Добра в поход тянуть немало придется, – подумав, вздохнул парень.

– Барич, так, может, я завтрева к тем каретникам съезжу, у которых мы дроги брали? – неожиданно предложил Архипыч. – А чего? – развел он руками, заметив сомневающийся взгляд парня. – Все одно обоз с собой гнать придется, так хоть знать будем, что телега та на первом же ухабе не развалится. И Никитку с собой возницей возьмем. Будет кому и за лошадками присмотреть, и хозяйством заняться.

– Ты прежде его самого спроси, хочет ли он в такую историю влезать, – хмыкнул в ответ Егор.

– Дозволь с вами, Егор Матвеич, – тут же шагнул вперед кучер.

– Тебе-то оно зачем? – обернувшись, удивленно поинтересовался парень. – Живешь тут тихо, спокойно, и риска никакого.

– Скучно тут, хозяин, – сорвав с головы картуз, смущенно признался Никита. – А с тобой завсегда чего занятное будет. К тому же не трус я и стрелять теперь умею. Случись чего, в стороне не останусь. Дозволь.

– Возьми его, Егорушка, – вступился за кучера Иван Сергеевич. – Парень он ловкий, с лошадьми прекрасно управляется, и надежный к тому же. Уж поверь, лишним не будет.

– Ну, если сам хочешь, тогда собирайся, – махнув рукой, сдался Егор.

Впрочем, про себя он был искренне рад, что рядом с ним будет уже ставшая привычной, надежная, проверенная в деле команда. Пусть и небольшая, но ловкая и опасная. Никита сказал правду. В стрельбе у него и вправду были большие успехи, а с учетом того, что непосредственно в боевых действиях им участвовать не придется, толковый стрелок в случае короткой стычки будет и совершенно не лишним.

Убедившись, что все нужное сказано, а дело начало хоть как-то двигаться, Егор отправился к себе. Нужно было побыть одному и хоть как-то осмыслить все случившееся. Ему самому вся эта история казалась чем-то нереальным. Ну не помнил он, чтобы хоть один император вот так, своим решением отправлял на фронт хоть одного недоросля. Сами мальчишки бежали туда, это бывало и не раз. Случались и добровольцы, добавлявшие себе возраст, но вот так, по требованию какого-то генерала, не слышал. Так что это все нужно было осмыслить и переварить.

* * *

Дорога до границы с Персией заняла более месяца. На дворе стоял август, когда Егор, войдя в широкий брезентовый шатер, представился крепкому моложавому полковнику и, протянув пакет с документами, коротко добавил:

– Где я могу встать на постой и каким образом будет организована работа с добытыми бумагами?

– Минуточку, молодой человек, – буркнул полковник в ответ и, быстро достав документы, погрузился в чтение. – Ничего не понимаю, – проворчал он, медленно сворачивая бумаги. – Ни о каком переводчике мы не просили. Да и документов у нас добыто не много. Персы бумагу не переводят. Посыльных шлют, а те все устно пересказывают. Что все это значит? – вопросительно уставился он на парня.

– Самому бы знать, – хмыкнул Егор в ответ. – Уж простите, ваше превосходительство, но приказ императора не обсуждают, а выполняют.

– А кто вам сии бумаги передал? – все так же озадаченно уточнил полковник.

– Мой дядя, статский советник второго ранга, Вяземский Игнат Иванович. А он их получил из собственных рук государя. Неужто вы и вправду решили, что я стану подобную подпись подделывать? – на всякий случай уточнил парень. – Это, уж простите, глупость несусветная. Каторгой попахивает.

– Это верно, – растерянно кивнул полковник. – Вот ей-богу, ничего не понимаю, – неожиданно признался он.

– А уж как я удивлен был, когда приказ сей в руки взял, – понимающе усмехнулся Егор, разводя руками. – И что тогда делать станем? – свернул он на конкретику.

– Вы и вправду так хорошо местные языки знаете? – задумчиво поинтересовался полковник.

– Экзаменацию за полный курс обучения в университете разом сдал, ни дня там не учившись, – отмахнулся парень, проигрывая про себя всякие варианты всей этой истории. – И дяде, и жандармам с переводами помогал.