Для полной эффективности терапии я позволила себе купить мороженое на углу Гайд Парка. Сладкий вкус кремового пломбира немного возвращал меня к реальности. Лето, голубое небо, смех детей, гоняющихся друг за другом по траве, – эти простые радости вновь начали наполнять мою душу.

«Надеюсь, этого ублюдка засадят на пожизненное», – думала я, чувствуя искреннюю радость от того, что смогла быть полезной. Я даже улыбнулась, представляя, как эта глава жизни Кортни и её семьи наконец-то завершится. Уверена, Макс обязательно передаст матери девочки мою визитку. Если Кортни понадобится помощь в дальнейшем, я хотела бы быть рядом, чтобы поддержать её.

К тому моменту, как я наконец добралась до офиса, чувства были смешанными. С одной стороны, было удовлетворение от выполненной работы, с другой – какая-то тяжесть неотступно напоминала о кошмаре, который я видела через сознание девочки. Но я смогла уговорить себя, что все отлично, и впереди только лучшее. Всё-таки, когда такие, как этот мерзавец, оказываются за решеткой, в мире становится чуть светлее.

Когда ко мне на приём подошла Камилла, я уже лучезарно улыбалась, предлагая ей чаю. Теплый напиток и разговор – стандартная часть моей работы, которую я искренне любила.

– Мисс Вайс, вы будете мной недовольны, – начала она, и в её голосе слышалась смесь смущения и раскаяния.

Я подавила внутренний вздох. Это было легко предугадать. В своей тетради я уже мысленно записала: «+1» к её бесконечному списку любовников.

Случай Камиллы был поистине классическим примером детских травм, отразившихся на взрослой жизни. Нелюбимая четвёртая дочь в семье, где всегда хотели мальчика, Камилла с рождения не соответствовала ожиданиям. Её появление на свет стало финальной точкой в надеждах её родителей, ведь мать из-за осложнений больше не могла иметь детей. С этого момента девочка выросла под гнетом немого укора матери и громогласного презрения отца.

Став взрослой, Камилла пыталась найти любовь и признание всеми возможными способами. Она была откровенна до беспредела, её обаяние светилось рвением и теплотой. Но этот избыток страсти часто приводил её к одним и тем же ошибкам. В каждом новом романе она бессознательно пыталась доказать себе и всему миру, что её можно любить, что она достойна внимания. Каждый её жест, взгляд или слово буквально кричали: «Любите меня!»

– Что случилось, дорогая? – мягко спросила я, поощряя её признание.

– Мисс Вайс, вы будете меня ругать.

– Камилла, я здесь не для того, чтобы ругать тебя, – начала мягко, – просто раскажи, что произошло.

Девушка опустила глаза и начала описывать события, а я, как всегда, слушала внимательно, мысленно прокручивая стратегии помощи, которые могли бы хоть немного изменить её подход к жизни.

– Я встретила его случайно в фитнес-центре, – призналась Камилла, её глаза сияли, как будто она только что выиграла лотерею. – И он подал мне полотенце, когда я его уронила. Он был так добр, и я подумала, что стоит его поблагодарить.

– Ты отблагодарила его прямо в фитнес-центре? – я уже ничего не исключала, зная Камиллу и её порывистую натуру.

– Нет, что вы! – она всплеснула руками, словно была шокирована моим предположением. – Я пригласила его в кафе, – её голос немного дрогнул, – правда туда мы не доехали.

Я подняла бровь, пытаясь не дать своей профессиональной маске треснуть от внезапной потребности закатить глаза.

– Камилла, по порядку. Как ты его пригласила?

– Я передала ему записку. Ничего особенного, просто: «Не подскажите как настроить высоту сиденья на В12?» Просто пока мы занимались в зале, я видела, что он смотрит на меня и улыбается, как в рекламе центра «Хелс Боди». Поэтому потом в раздевалке я взяла бутылку воды и, глотнув, позволила капельке, знаете, как в фильмах показывают, скатиться у меня по телу… Он подошёл и подал мне полотенце.

Так, стоп. Что-то здесь не сходилось:

– Он был в женской раздевалке?

– Нет, что вы! В мужской. Это я туда зашла, ну, чтобы передать записку и чтоб он увидел, как красиво вода льётся у меня…

– Камилла! – я выгнула бровь.

– Думаете, я зря передала записку?

– Идея с водой была паршивая, – честно ответила я.

– Я так и знала! Теперь он мне не перезвонит! А я уже представляла, какое красивое платье надену на свидание, – её голос сорвался.

Я, поражённая её скоростью построения воздушных замков, попыталась вернуть разговор в реальность:

– Он взял твой номер?

Камилла кивнула, и я удивилась. Обычно мужчины из её историй не планировали даже записывать её номер, не то чтобы звонить. Это было, несомненно, позитивное развитие событий, если, конечно, этот парень не окажется очередным извращенцем вроде бойфренда Мэри.

– Как его зовут, Камилла? – спросила я, пытаясь прояснить хоть что-то.

– Ой, я не успела спросить. Думаете, теперь мне будет неловко, когда он позвонит? – она выглядела так искренне обеспокоенной, что мне стало жалко её.

– Камилла, ты прежде чем представлять свидание, должна подумать об имени и фамилии человека, его работе и интересах, – я старалась звучать убедительно.

– Да, я сейчас запишу и всё спрошу. А как вы думаете, когда он позвонит?

– Я не советую зацикливаться на этом мужчине, дорогая. Постарайся посвятить следующую неделю работе, хорошо? – мой голос был мягким, но твёрдым. – Не ходи на фитнес или в рестораны. Закажи еду на дом. Устрой себе эмоциональные каникулы, понимаешь?

– Да, я всё поняла, – кивнула Камилла, её взгляд был полон решимости.

Вечером, вернувшись домой, я поняла, что мне тоже не помешает эмоциональная разгрузка. Переодевшись в халат, я организовала себе импровизированный спа-вечер. Столик, который я притащила в ванную, украшали шампанское и фрукты. Ну, громко сказано – «фрукты». В наличии были только бананы и яблоки, но я же психолог – я смогла убедить себя, что это клубника.

Наполнив ванну горячей водой с пузырящейся пеной, я устроила настоящий релакс под трек «Come and help me Mr. Dick» группы E-rotic. Пошлятина, конечно, но настроение поднимало до коликов.

Третий фужер шампанского выскользнул из моих расстабившихся пальцев и утопился вместе с застрявшей в нём долькой яблока. Наблюдая, как они медленно погружаются на дно, я подумала, что не хотела бы составить им компанию. Горячая вода развозит моментально.

Когда я наконец выбралась из ванны, то потащила за собой столик в спальню на поводке сооруженном наспех из пояса халата. Под алкоголь во мне всегда просыпался изобретатель-энтузиаст. Лёжа на кровати, в блаженной неге, я моментально провалилась в сон, оставив все тревоги этого дня позади.

Глава 3. Савил

В кафе на стратегически важном перекрёстке я провёл почти четыре часа. Признаться, это было не самое удобное времяпрепровождение, но главное прикрытие отработало на ура: Пушик, мой временный напарник, умудрился продолжать есть, когда в меня уже не шла третья порция жареных ушек крафиков. Его аппетит был поразительным.

За всё время моего наблюдения в трактир «Ноздри жадности» зашло ещё двое мужчин. Однако ни один из них не вышел. Это настораживало. Будто, жадные ноздри действительно втянули их с концами. Задней двери у заведения не было: там сразу примыкало другое здание, без каких-либо признаков двора для скота или запасного выхода. «Магия? Пространственные заклинания?» Скорее бы дождаться ночи, чтобы разобраться.

– Ты будешь доедать? – внезапно прервал мои мысли Пушик. Ради приличия он, конечно, спросил, но я видел, как три ушка он уже благополучно слизал с моей тарелки.

– Доедай, но не торопись, – обеспокоенно взглянул на него. – Тебе не станет плохо от такого количества? Ты ведь столько голодал. Сразу наедаться не рекомендуется.

– Нет, я про запас жирок коплю, – небрежно бросило животное, заглатывая оставшиеся ушки. – Ну, и что мы будем делать, когда всё тут съедим?

– Ты пойдёшь в комнату, если сможешь встать, а я займусь делами.

– Может, стащить чего-нибудь надо? Ты только скажи.

– Нет, не смей ничего брать без моих указаний! – отрезал я.

К десяти вечера я решил, что достаточно, и мы поднялись наверх.

После пары часов отдыха, я встал с кровати, чувствуя, как с каждым движением бурлящая в крови магия становится всё горячее. Моя цель не терпела промедления. Накинув тёмный плащ, который словно сливался с ночной тенью, я вышел из комнаты. Каждый шаг по деревянному полу казался слишком громким, но в этой старой таверне скрипело всё, так что моё передвижение осталось незамеченным.

На улице было тихо, как будто все вымерли. Луна тускло светила сквозь редкие облака, её слабый свет с трудом пробивался к мостовой, вымощенной неровным камнем. Воздух был прохладным, влажным, и пах сыростью, вперемешку с чем-то металлическим, как перед грозой. Вдали слышался приглушенный вой хищников, а где-то за углом явно шуршал чей-то быстрый шаг – возможно, это просто поздний прохожий или мелкий воришка.

Прежде чем приступить к делу, я остановился в тени здания и надел артефакты. Мои движения были отточенными и быстрыми – за годы практики я привык ставить настройки даже в полной темноте. Первым был защитный щит невидимости, который словно накинул мягкую дымку поверх меня. Плащ словно задышал, становясь частью окружающей ночи. Второй артефакт – сокрытие магической энергии – поглотил любую искру силы, которая могла бы привлечь внимание других магов. Он опустил на меня невидимый купол, делая моё присутствие незаметным для тех, кто мог бы почувствовать мою силу. Минута на всё и я готов, ни единого следа, ни малейшего звука.

С этими мерами предосторожности я приблизился к трактиру «Ноздри жадности». Это здание словно специально строилось, чтобы отталкивать своим видом. Тёмные, замшелые стены, облезлая вывеска, которая болталась на чесном слове под лёгким порывом ветра. Света в окнах почти не было, кроме верхнего этажа, и то тусклый отблеск чего-то вроде настольной лампы.

Я скользнул вдоль стены, оставаясь полностью в тени здания. На верхних этажах этого подозрительного заведения, возможно, скрывались ответы, которые так жаждала узнать старушка.

Внутрь я проник, как приличный взломщик, через главную дверь. Как и ожидалось, мужчина со стойки ушёл. На первом этаже терять время не стал. Подойдя к лестнице, начал медленно подниматься, стараясь не издать ни звука.

Второй этаж оказался пуст. Заглянув в несколько помещений, я понял, что всё пространство было переоборудовано в лаборатории. Пять комнат – пять различных типов производства. На первый взгляд, это были лаборатории для создания дурманов: разные ингредиенты, оборудование, а также запахи, которые перемешивались в едва терпимую какофонию. Я отметил некоторые знакомые травы, но значительная часть растений мне была незнакома. Интересно, что они здесь варят? Запомнив всё, что мог, я двинулся выше.

На третьем этаже я притормозил, услышав голоса. Говорили трое мужчин, и, судя по всему, обсуждали что-то крайне важное.

– …упустили, слабаки, – сказал один из них раздражённо. – Сдаётся мне, тот мужик на Орден трудится.

– Значит, девица уже у них, – ответил другой голос.

– Да, но не будем расстраиваться. Мы знали, что наши противники сильны, – звучал голос, явно принадлежащий главарю. – Вторая девица пригодится не меньше. Только действовать будем не как команда Укса. Никаких похищений и запугивания. Ясно?

– Втереться в доверие? – предположил первый.

– Очаровать? – хмыкнул второй.

– Что угодно. Выясните, чем живёт, что делает, войдите в привычную среду. Чтобы была тут к вечеру пятницы. Ясно?

– Да, Зарк, – раздался хор голосов. Я запомнил это имя. Зарк. Похоже, это он был их главарём.

Услышав шаги, я отступил за угол у лестницы вовремя. Мужчины вышли из комнаты. Среди них я узнал отравителя старушки.

– Завтра в лаборатории будет побольше людей, – сказал тот, что выглядел постарше. Очевидно, сам Зарк. – Попрошу сделать состав второй силы, чтобы не перестараться. Кто знает, может магия девушки чувствительна к яду, всё-таки иномирская.