Семьи в полном понимании этого слова не стало, когда Клеону исполнилось четырнадцать. Враги интригами, не опасаясь уже суть прервавшегося рода, лишили Трояна, моего отца, власти, а затем и средств к существованию. Это же спровоцировало чисто силовой конфликт, в конце которого остался лишь я. Воевать тут умели и любили, а закон открыто стоял на стороне сильнейшего… и живого. Если некому было заявить о преступлении, то никто по этому поводу и не парился.

К счастью для меня, сирого и убогого пощадили: не было принято в Подолимпье убивать последнего сына. Мог ли дурачок пожаловаться, едва понимая, что вокруг происходит? Не-а. И теперь именно я в теле этого слабоумного. Вот такая петрушка, м-да…

Как хорошо для ублюдков получилось-то, что прежний владелец тела был скорбен умом и бессилен что-то изменить или хотя бы просто отомстить, правда?

Даже я, будучи вообще левым человеком, от всплывающих в режиме он-лайн воспоминаний Клеона разъярился не хуже быка, простоявшего в стойле всю зиму и увидевшего красную тряпку. Образы счастливой, в общем-то, жизни, сменялись чередой смертей родичей, насмешками, издевательствами и быстро наступившей нищетой. Из рабов тоже никого не осталось, а ведь тут даже самый пропащий ремесленник имел зачастую хотя бы одного.

Подросший Клеон, впрочем, сумел как-то приспособиться для выживания: невольно и по чистой случайности обратился к жрецам «своего» бога-покровителя, Гермеса, и мальчонке помогли. Поселили в старом «малом доме» его фамилии, подальше от врагов. Заделали посыльным, работающим за весьма скромную плату, которой хватало на кое-какую еду.

И на вещи бы хватило, но прежний Клеон был, всё же, больным человеком, которого некому было защитить. Как итог – обманывал его каждый второй, улыбаясь в лицо и пользуясь положением известного на весь город дурачка. Удавлю сук, как только возможность представится! Никому не пожелаю посмотреть такой вот «фильм» в голове, отдающийся картинкой, звуком, ощущениями, чужими-твоими эмоциями, фантомной болью от побоев…

Хуже было бы только не откажись эти греки от однополой «любви» в отношении юношей, но в этом плане время что-то, да исправило.

Но Локи… Что б тебя кони вечно драли, с твоим сыночкой восьминогим во главе! Ну удружил, скотина!..

Хлопнув кулаком по незапертой двери, я просочился во дворик, там же рухнув на траву. Всё равно тепло было, а запираться в четырёх стенах, которые могли спровоцировать новый ворох воспоминаний… нет, мне и того, что уже пришло и всё ещё подтягивалось само хватало с запасом.

Большим таким запасом, из-за которого в голове царил сумбур похлеще того, что бывает после жестокой и беспощадной попойки.

Клеон, сын Трояна, которому недавно исполнилось шестнадцать – это теперь я. И на сегодняшней церемонии представления богам ни один член пантеона не высказал во мне явной заинтересованности и желания признать «своим». Даже Гермес промолчал, хоть, подозреваю, с его попустительства меня и не отвергли единогласно, изгнав или казнив из жалости.

И, соответственно, сделали Неприкаянным.

Магические цепи, – отдельная история, – проявились, конечно, да и я теперь не тот послушный идиот, но ниже падать в иерархии местного социума было некуда.

Потому что боги признавали даже рабов, а непризнанных в безопасной черте города не держали, убивали или изгоняли. Неприкаянный – почти уникальный случай, встречался один раз на тысячу, если не реже. Почти что табличка «этого беднягу никто не защитит, дерзайте». Не свой, но и не чужой…

А я ещё удивлялся, какого хрена меня хотели в канаве утопить. Хер им теперь, а не моя смерть и уход ставших ничейными владений с молотка!

Но вот как всё обставить, не сильно потеряв в моменте и перспективе, нужно ещё придумать…

Удивительно, но у этого летающего континента действительно была то ли луна, то ли иллюзия её. И звёзды, сверкающая россыпь которых заставляла сердце биться быстрее, а мысли – течь мягко и гладко, словно по проторенной веками назад дороге. Я смотрел на них и понемногу успокаивался, оставляя сонм чужих проблем не в прошлом, конечно, но позади, на задворках сознания. Смещая их прочь из «оперативной зоны», которая мне была нужна для размышлений и систематизации всего того, что Локи нарыл в этой тушке, «стабилизировав» и кинув мне, точно кость бешеному псу.

И на том спасибо, конечно, но можно же было и по-нормальному сделать!

Хроники Акаши, они же Исток, он же Сердце Мира. Источник магии, бесценное сокровище… у Локи, конечно, охрененное чувство юмора – ставить такую задачу перед тем, кому достаётся вот такое вот тело. Я вот ни разу не удивлюсь, если сам Зевс своей божественной задницей на Истоке сидит, даже в сортир его с собой таская.

Но с другой стороны, а в какую ещё тушку можно впихнуть развитый разум? В ребёнка? Магия магией, но взрослый человек маленькие мозги растянет и порвёт, как мне кажется. Или просто кукухой поедет от бессилия. А у взрослых, даже у подростков, как правило уже есть обилие социальных связей: родственники, друзья, просто случайные знакомые. Даже в двадцать первом веке, где люди в принципе слабо контактируют друг с другом, эти самые знакомства нет-нет, да образовываются.

А если меня, например, посадить «наблюдать» за кем-то с самого детства, ютясь в его теле… да та же кукуха отлетит от безнадёги!

С этой точки зрения сирота без друзей и знакомых – идеальный кандидат.

Было б мне от этого ещё легче, конечно…

Пролежав на траве ещё с час примерно, я дождался, пока волна воспоминаний уляжется в голове и сортировать станет нечего. Ненадолго вакуум в черепушке меня даже напугал, но стоило лишь найти в себе силы встать и проследовать в полупустое жилище, как всё вернулось на круги своя: воспоминания нахлынули с новой силой, и едва смог от них отгородиться, чтобы не потерять связь с реальностью.

В жилой комнате присутствовала нехитрая мебель: писчий стол, стул, здоровенный плоский сундук с моим нехитрым скарбом, широкая деревянная конструкция, присыпанная сеном с очень условным покрывалом поверх него и набитой всё той же соломой подушкой – мешком по сути, с перетянутой бечёвкой горловиной. И всё.

Память подсказывала, что это даже для не-гражданина весьма скромно, но что я сейчас мог с этим поделать? Только спланировать пути исправления своего положения.

Да и лично мне спать приходилось в условиях куда хуже этих, так как пустыни и руины редко предоставляют чёрным археологам полноценное спальное место. Прорвёмся. А сейчас я «случайно» приложился головой об подушку и отключился. Магия, жрецы, работа, враги семьи, память – всё потом!

Впервые за долгие годы я спал, и мой ошалевший от нагрузки мозг не видел никаких снов. Даже самых коротких…

Глава 3

«Сильный делает то, что может, а слабый страдает, как должен»

(с) Фукидид, История Пелопонесской Войны

Койку я-прежний разместил с умом: первый же лучик поднявшегося над крышами соседних зданий солнца впёрся прямо в глаз, таки вынудив меня встать вопреки желанию отоспаться за все испытанные страдания. Подниматься совсем уж спозаранку, к счастью, было не надо – мало того, что рабочий график посыльного требовал работы с полудня и до темноты, так ещё и явка была необязательной. Просто если филонить, то можно в какой-то момент натолкнуться на зеркальный ответ: работы нет, иди, гуляй, мол.

А! Ещё после представления богам в этом мирке участникам, кроме изгоняемых и убиваемых, полагалось три дня на восстановление. Для меня это значит лишь, что недруги, вероятно, не будут в эту пору суетиться, или будут считать, что я гарантированно валяюсь дома.

И этот факт, как и срок, я потрачу с пользой, уж можете мне поверить!

Первым делом я, вскочив с койки и поморщившись из-за боли в отлёжанных рёбрах, принялся за разминку. Нужно было поближе познакомиться с возможностями своего тела, которое хоть и ощущалось худым, но оказалось весьма крепким: быстрые ноги, как говорится, и звиздюлей не боятся, и помогают споро разносить послания и посылки, чтобы делать больше работы за отрезок времени и побольше отдыхать.

Даже прежний Клеон это понимал, а уж для меня свободное время теперь было бесценным ресурсом, без которого, боюсь, не состоятся никакие планы.

Выносливый, юркий, подвижный – вот, что можно было сказать о текущем мне. Не было в конечностях особой силы, как в прежнем теле, но и совсем уж задохликом меня не назвать. При том получаса не хватило для того, чтобы заставить меня даже ощутимо вспотеть, а это – хороший знак. Выносливость преобладала надо всеми прочими параметрами, и с таким фундаментом можно было работать.

Изменить меню, более рационально расходуя средства, добавить тренировки – и к восемнадцати годам я буду достаточно мощным юношей, которого не сломит эфебия.

Что за эфебия? Военная подготовка длиной в три года, обязательная для каждого мужчины. И, можно сказать, социальный лифт для как раз тех, кого жизнь потрепала, ведь отслужив эти три года самые способные могут претендовать на место в войсках или страже, состоять в которых весьма почётно и денежно.

Для метеков, людей без гражданства, это ещё и способ это самое гражданство быстро заполучить. Всего десять лет безукоризненной службы, и ты уже полноценный член общества с правом голоса и статусом, который тут весил совсем немало. И это реально быстро, так как в ином случае какой-нибудь работяга мог в Подолимпье и все тридцать лет пахать, чтобы просто получить шанс на гражданство… не для себя, а для своих детей. Просто за верность, так сказать.

Жестоко? Ну так местное устройство мира тому способствует, но об этом когда-нибудь потом. Сейчас же вернёмся к нашим баранам, а именно – обоснованию необходимости прохождения эфебии с отличием.

Считаем. Первое – подготовка к эфебии позволит мне обоснованно для наблюдателей заняться усилением себя любимого. Приобретение боевых навыков, да и тот же сбор информации о местных порядках. Как-то же надо было двигаться в сторону Хроник? Ну, хотя бы лежать в их направлении головой, я не знаю…

Второе – статус хорошего и перспективного эфеба это какая-никакая, а защита. Я не самоуверенный кретин, и понимаю, что десяток знатных семей, жаждущих моей крови – это, мягко говоря, дохрена, в то время как я сейчас представляю из себя зрелище довольно жалкое. Даже вселение не особо-то что изменило в моменте: бойцом я не был, гением интриг или мастером торговли тоже. Мои навыки из двадцать первого века востребованы тут лишь частично, что, конечно, печально. Звеньев в магических цепях больше среднего, но при этом я неприкаянный. Где плюс, там и минус, так сказать.

Но не критично: всего можно достичь с нуля, пока ты ещё дышишь.

Так что в перспективе статус будущего воина может прикрыть мне тылы и уберечь хотя бы от самых наглых интриг, подстав или вообще попыток огреть дубинкой в сумерках. При этом я бесплатно получу возможность учиться у ветеранов, которые на какой-нибудь Земле полдесятка крепких мужиков в одиночку положить смогли бы, и это на одних лишь кулаках. Ну и, повторюсь, своего рода социальный лифт: из грязи в князи, пусть и ценой пота, крови, усилий и риска. Эфебов последнего года всё же выводят «в поле», да и сам процесс обучения отнюдь не полностью безопасен.

Да. сама задумка не без минусов, конечно, и до пресловутой эфебии ещё два года, но как иначе-то? Задумываться об этом нужно уже сейчас!

Мир богов предоставлял возможности для развития в теле магии, факт. И наличие магических цепей это доказывает. Вот только ключевое слово тут – развитие! Я не японец, и даже не школьник, чтобы на третий день начать щелчком пальцев щёлкать десятками матёрых рубак, которые воинскому искусству всю жизнь посвятили. Мне потребуется время, чтобы развить в себе заложенные природой таланты.

А если ещё и Великий План моего Сумрачного Гения, – прямой, как удар серпом по яйцам, – в ближайшее время не выгорит, то в ближайшие два года придётся вообще крутиться ужом безо всяких защитников и покровителей, особо не до тренировок будет. Худший из вариантов, но я его не отбрасываю.

Как говорится – надейся на лучшее, а готовься к худшему.