Кулаки сами собой сжались, и я уставилась на дверь. Щелкнул замок, и на пороге показалась женщина, которая отвечала на вопросы в грузовике. Я настолько не ожидала увидеть ее, что почти всхлипнула от облегчения и тут же бросилась к ней.

– Шшш, – прошептала она. – У нас мало времени.

– Как ты сюда попала? – спросила я.

Женщина хмыкнула и увела меня подальше от двери.

– Соблазнила этого Леона. Он оказываются тут многим управляет.

Я округлила глаза и в шоке уставилась на нее. Оборотень, который назвался Леоном, ничего кроме ужаса у меня не вызывал. Взгляд у него был таким холодным и пустым, что я бы побоялась даже подойти к нему, не говоря о том, чтобы… Боже, даже от мысли об этом меня передергивало!

Женщина усмехнулась.

– Чего ты так смотришь? Выбора все равно нет ни у меня, ни у тебя. По крайней мере нам с тобой повезло привлечь внимание тех, кто имеет в стае вес. Если все пойдет хорошо, будем спать только с ними.

У меня потемнело перед глазами. Я помотала головой и села прямо на пол на толстый ковер. Женщина снисходительно посмотрела на меня и тоже опустилась рядом.

– Что, сильно тебе досталось?

Я не ответила, но в глазах появились слезы. Женщина кивнула.

– Ясно… Это плохо. Тебе надо научиться притворяться.

– Притворяться?

Женщина вздохнула.

– Послушай, не будь наивной. Мы не в той ситуации, чтобы строить из себя недотрог. Как думаешь я добилась разрешения навестить тебя? Они мужчины! Нужно найти к ним подход, понять, что им нравится, притвориться, что все это нравится и тебе. Если после ночи с тобой он останется доволен, ты сможешь постепенно начать пользоваться этим.

Я ошарашенно выдохнула.

– Я… Я не могу.

– Ты должна! Ты хоть понимаешь, какой это шанс? Ты смогла добиться внимания самого Альфы! Он никогда до тебя никого не замечал. Да вся стая говорит только о том, как он убил одного из своих бойцов потому, что передумал отдавать тебя ему. Это вообще на него не похоже, ты понимаешь? Другой такой возможности не будет! И речь сейчас не только о тебе, а обо всех нас. Делай все, что он хочет и даже больше. Будь безотказной. Улыбайся ему. Стони под ним и делай вид, что сходишь по нему с ума. Усыпляй его бдительность, пусть он проникнется к тебе доверием. Тогда мы сможем использовать это.

Я ошарашенно молчала. Умом понимала, что в чем-то она права, но даже представить не могла, что буду все это делать. Я боялась его, и мне казалось, что он тут же раскусит мое притворство. Если у меня вообще получится притвориться.

– Я не умею… соблазнять… – прошептала я.

– Да что там уметь! Главное, что он уже увлекся тобой. Просто поддерживай этот интерес. Не давай ему понять, что тебе неприятно. Сама лезь к нему, целуй, гладь. И даже не вздумай плакать при нем. Мужчинам нравится, когда их превозносят.

Я молча смотрела на ковер. В ушах шумело, и я не хотела верить, что все это на самом деле происходит со мной. Взгляд вновь размылся от слез, и женщина легонько коснулась моей руки.

– Ну ты чего? Неужели все так плохо?

У меня вырвался всхлип, плечи затряслись и сквозь рыдания я пробормотала:

– Он… Он изнасиловал меня…

Женщина сжала мое плечо и вздохнула.

– А чего еще ты ожидала, попав к ледяным волкам? Ты думала он в шахматы с тобой играть будет? Тебе надо взять инициативу в свои руки, и тогда будет легче. Я надеюсь, что сегодня все прошло не так плохо и он еще захочет тебя. Он ничего тебе не говорил? Он оставит тебя себе или вернет к остальным?

Я зажмурилась, пытаясь остановить слезы. Сразу вспомнила брошенное им «ты будешь ублажать меня, пока мне это не надоест» и покачала головой. Женщина ждала ответа, но я молчала, потому что все это было слишком унизительно и мерзко. Я не могла произнести этого вслух. Чувствовала себя какой-то вещью, у которой был хозяин… Захочет, будет насиловать меня, а надоем – отдаст на потеху другим…

Женщина вздохнула.

– Значит, он еще не определился? Просто постарайся задержаться в его постели как можно дольше, слышишь меня? Ради всех нас. Чем ближе ты к нему подберешься, тем выше шанс, что нам удастся сбежать. Я приду к тебе завтра, если получится.

Она встала и пошла к двери, но я спохватилась и окликнула ее.

– Подожди. Как тебя зовут?

– Мирая. А тебя?

– Камилла.

Она кивнула.

– Постарайся, Камилла. От тебя сейчас слишком многое зависит.

Сказав это, Мирая ушла, а я услышала, как вновь щелкнул замок в двери и тяжело вздохнула. Вытерла слезы и притянула к себе колени.

Я снова осталась одна в комнате, и теперь еще в большем смятении. Потому что, как бы мне не хотелось этого признавать, но Мирая в чем-то была права… То, что она предлагала, вызывало у меня отторжение, но это был мой единственный способ сбежать. Если я войду к нему в доверие, однажды я выберусь отсюда и смогу вызволить других. Какой еще у меня был выбор? Молча терпеть его насилие, а потом и сотен других оборотней в течение десяти лет? Да проще будет спрыгнуть из окна и похоронить себя в снегу!

Я уронила голову на колени и зажмурилась. Если Эдар когда-нибудь решит вернуть меня к другим пленным девушкам, я и в самом деле лучше спрыгну в окно. Может мне повезет, и я смогу выбраться. А даже если замерзну насмерть, это будет лучше, чем умереть под одним из этих оборотней…

Но пока у меня есть шанс выйти отсюда живой, я буду бороться. Физически я абсолютно бессильна против Эдара, а значит нужно действовать хитростью. Пусть он думает, что владеет моим телом, но я не позволю ему меня сломить.

Однажды это чудовище за все заплатит… Настанет день, и я за все ему отомщу.

ГЛАВА 8

Эдар

Эта волчица из новеньких не дает мне покоя. Не выходит из головы, преследует в мыслях. Напоминает мне о том, что я уже долгие годы пытаюсь забыть.

Она слишком похожа на нее. Выражением глаз, голосом, движениями… Прошло так много лет, что я почти забыл, как она выглядела, но стоило мне увидеть эту Камиллу, как в мыслях сразу вспыхнул образ моей истинной. Она могла бы сейчас выглядеть именно так…

Сходство так велико, что даже мой зверь просыпается рядом с ней, рвется наружу и пытается разглядеть в ней ту, которая нужна нам обоим. Ту, кем она никак не может быть.

Я продолжаю твердить себе это, но все равно вижу в ней мою потерянную пару. Мою Аяну… Это имя остается горечью на языке, незаживающей раной на сердце. Ее больше нет. Ее уже не вернуть…

Моя истинная давно мертва. Я потерял ее безвозвратно так же рано, как и обрел. Мне было всего семнадцать лет, а ей не было и пятнадцати. Слишком юная, слишком невинная, слишком наивная… Слишком непорочная для такого, как я.

Лучше бы я никогда не встречал ее, лучше бы она осталась в своей стае и прожила счастливую жизнь. Я забрал ее и погубил. Заставил скитаться со мной по лесам, думая, что в состоянии о ней позаботиться. Никогда еще моя излишняя самоуверенность не стоила мне так дорого.

Я доверился не тем и чуть не лишился жизни, но мои враги оказались безжалостны. Они оставили меня на волосок от смерти, но все еще живого. И я выжил, движимый лишь желанием найти ее, даже не подозревая, что, оставив мне жизнь, они лишили меня чего-то намного более ценного.

Они забрали у меня мою пару… Я потерял ее, так ни разу не познав ее тела. Она была слишком юна, и я ждал. Ждал… Думал, что у нас впереди вся жизнь. Как же я жестоко ошибся.

Прошло столько лет. Если бы она была жива, я бы нашел ее. Она бы нашла меня. Она бы не стала скрываться. Но сколько бы я ни искал, все тщетно. Вот уже пятнадцать лет как я живу без нее, и теперь я точно знаю, что она мертва.

Я и сам мертв.

Без нее все в этом мире померкло для меня. Годами я просто скитался в ее поисках. Злость на себя, на свою опрометчивость не давала мне покоя, но вместе с тем я понимал, что будь в моей стае безопасно, я бы смог сразу привести туда свою пару и тогда она бы не пострадала. Всего этого можно было избежать, если бы я не родился в проклятой Луной стае!

Я стал одержим этой мыслью, и с тех пор все мои усилия были направлены только на то, чтобы сделать стаю ледяных волков безопасной для истинных пар.

Я стал Альфой после череды жестоких поединков, в которых я искал не столько победы, сколько смерти. Я был готов отдать свою жизнь, потому что больше не видел в ней смысла, но именно это отчаяние, эта готовность ко всему давали мне силы. Я побеждал. Побеждал из раза в раз пока не возглавил стаю, и тогда я начал воплощать в жизнь свой план.

Что отличало нашу стаю от сотен других? Да, у нас не рождаются волчицы, но ведь ледяные волки так же, как и остальные, находят свою пару. Находят и покидают стаю, ведь никто в здравом уме не приведет свою истинную туда, где она станет спусковым крючком для похотливых самцов. Я понимал, что в первую очередь нужно сделать так, чтобы истинные пары членов стаи стали неприкосновенны. Чтобы стая пополнялась, а не уменьшалась.

Если я что-то и понял за свою жизнь, так это то, что любой волк – неважно из какой стаи, – готов по-настоящему что-то делать только ради своей истинной. До этого все стимулы оказываются попросту недостаточными. И как только в моей стае стали селиться истинные пары, все начало стремительно развиваться: строительство, удобства, развлечения… Всего за десять лет поселение изменилось до неузнаваемости. Волки, которые раньше довольствовались малым, хотели сделать жизни своих пар комфортными.

Вопрос безопасности истинных волчиц стоял остро, и я принял необходимые меры. Во-первых, стаю пришлось разделить на два лагеря: те, кто обретал свою пару, переселялись вглубь поселения в собственные дома, а те, кто ее еще не обрел, оставались в крепости и не имели права проходить в охраняемую зону. Для них приходилось постоянно поставлять волчиц, и пока таким образом удавалось сохранить в стае мир. Правда волчиц все равно не хватало, и мои волки время от времени нарушали правила: уходили в разгул и насиловали человеческих женщин.

Проблема была в том, что не каждая человеческая женщина способна пережить связь с оборотнем. Иногда они пытались убежать, из-за чего звери их просто разрывали, иногда не выдерживали в процессе. Все это оборачивалось проблемами для стаи. По словам Леона полиция до сих пор расследовала эти нападения. Мне это не нравилось, но я понимал, что пока в стае недостаточно волчиц, все это будет продолжаться. Контролировать сотни волков можно, только дав им все необходимое внутри стаи. Поэтому я сделал единственное, что мог – усилил охоту на волчиц.

Не только участил набеги на окрестные стаи, но и отправлял группы в самые дальние концы континента в надежде, что таким образом можно будет увеличить количество истинных пар. Среди похищенных волчиц нет-нет да и находились пары моих волков. Пока что их было слишком мало, но я не оставлял попыток. Если большинство волков в стае будут парными, вопрос уже не будет стоять так остро.

Когда среди последних пойманных волчиц не нашлось ни одной истинной, я разочаровался. В последнее время все время не везет. Иногда у меня складывается ощущение, что моя стая и в самом деле проклята Луной…

Я строил в голове план очередного набега. Думал лишь о том, где добыть еще больше волчиц, и не сразу заметил ее. Чуть не прошел мимо, но потом…

Мой зверь встрепенулся, и что-то сжалось в груди. Это так глупо, что мне хочется смеяться от иронии, но на секунду я подумал, что это она. Даже принюхался, надеясь наконец уловить запах, которого мне так не хватало.

Бессмысленные пустые надежды. Эта волчица может и была похожа на мою потерянную пару, но пахла совсем не как она. И зовут ее иначе. Но отчего-то, только взглянув на нее, я уже не мог перестать о ней думать. А когда я осознал, какие желания она во мне вызывает, уже не мог игнорировать ее.