Это мне всё равно, где работать. Деньги, которые зарабатывала, шли на оплату комнаты, которую снимала в соседнем доме. Два с половиной месяца жила лишь тем, что ходила на работу налево, а ночевала в доме справа. Всё, что нужно сделать – это выйти из дома с вывеской «Restaurante al estilo de Pancho», пройти несколько шагов и нырнуть во двор через железную калитку, где ждала моя теплая и уютная комната. В город выбиралась только по ночам и то после работы. Леандро – тот самый коллега-официант – катает меня на своем байке по имени «Дружок». Когда я услышала, что у мотоцикла есть имя, долго смеялась. «Амиго» с испанского «друг», а я интерпретировала это слово, как кличку собаки Дружок.

Днем же Рио-Куарто я ни разу не видела. В выходной глаза разлепить не могла, спала до самого вечера, а потом приходил Леандро после смены, и мы летели с ветерком покорять ночной город – ходили в клуб, бар или закусочную; купались в реке или бродили по улицам и хохотали над прохожими, странными надписями на стенах домов. Или бывало, смеялись над нелепыми дорожными знаками.

С Леандро я постоянно улыбалась, потому что между его шутками нет перерыва. Он высокий, стройный, всегда бодрый, веселый и общительный. Этот парень нравился мне своей жизнерадостностью. Благодаря Леандро в нашем кафе живет позитив, и работа идет полным ходом.

А еще я обожаю местные пиццерии. Если они не закрыты, то мы обязательно едем туда и заказываем потрясающую пиццу.

Рио-Куарто – небольшой, но колоритный город. Тут спокойно и люди дружелюбные, по крайней мере, мне так виделось. Здесь мне нравится климат. Кстати, у аргентинцев сейчас зима, но для меня июнь – это всегда лето.

После череды неприятностей, случившихся со мной за эти годы, я стала осторожнее и не очень любила снимать дешевое жилье, однако мне повезло. В первый же день пребывания в Рио-Куарто наткнулась на объявление «требуются официантки» и была принята. Хозяин помог с жильём. По счастью, его родственница сдавала комнату…

Сбросив тесную обувь и освободив ноги от носков, рухнула на кровать без сил. И прежде чем уснуть, написала Дену сообщение, что очередной день прошел, можно спать спокойно.

У Дена наступили поистине безмятежные дни. Я вела себя хорошо, не нарывалась на неприятности. Но отчитываться не перестала.

У нас появилось еще одно правило: называть Дену все имена и координаты людей, с которыми я близко общаюсь. Это нужно было для моей личной безопасности. В случае чего Ден единственный, кто сможет меня разыскать.

Конечно же, я рассказала ему о своем новом друге Леандро и о хозяине таверны – это мужчина лет пятидесяти с густыми усами. Он добрый, хотя очень жадный до денег. А кто в наше время не любит деньги? Дона Панчо это не портило. За глаза я называла его «папулик». Ах, если бы у меня был именно такой папочка.

Будильник разбудил меня ровно в семь. С трудом разлепив глаза, я надела форму, втиснула ноги в кроссовки, взяла рюкзак и спустилась вниз, где на столе меня поджидали лепешки и чай. Наспех опрокинула в себя завтрак, поблагодарила сеньору Домингу и через минуту уже стояла у бара, вытирала бокалы.

Работа официантки была мне хорошо знакома со времен Энгельса, потом еще и Болгарии. Я часто вспоминала Тараса – друга-гея, который так смело вступился за меня, и Илью – официанта, в которого я почти что влюбилась. Однако наши отношения не зашли дальше одного поцелуя. Но всё равно часто думаю о том, что могло бы быть.

– Сегодня у меня для тебя сюрприз, – сказал Леандро, разложив руки на поверхности барной стойки.

– Да? Люблю сюрпризы… если они хорошие.

– Поверь, этот – хороший.

– Зря ты сказал мне об этом сейчас. – Я надула губки.

– Почему?

– Потому! Теперь трудно будет доработать до вечера.

Леандро рассмеялся и подмигнул мне.

Затем мы оба отвлеклись на новых посетителей.

Ровно в полночь ресторан закрылся, так как в понедельник посетителей обычно было мало, и мы раньше освобождались. Леандро это предвидел.

Получив свои «копейки», мы отправились на его «Дружке» в город. Мои отросшие темные волосы, которые я остригла после Бангладеш, развивались на ветру. Вечер был прохладный для июня, и чтобы согреться, прижималась крепче к спине Леандро, окольцевав его талию и сцепив на его упругом животе пальцы. Мои руки ощущали его мерное дыхание, я невольно почувствовала мужской запах от кожи его шеи и внутри как будто что-то вспорхнуло. У меня давненько не было таких чувств.

Несомненно, я не могла забыть запаха Лиама в его вынужденных объятиях. У него был один большой минус – тот потрясный мужчина провонялся ложью, в нем жила алчность. Одно это заставляло меня злиться на весь мужской род.

– Приехали, – сказал Леандро, паркуя мотоцикл.

Мы оставили «Дружка» у обочины между стареньким красным «фордом» и «ниссаном». Я спрыгнула и вгляделась в освещенные фонарями улицы. Ничего примечательного. Перед нами развилка, а через дорогу строительный забор.

– Куда мы приехали? – поинтересовалась я.

– Пойдем. – Леандро взял меня за руку и повел по тротуару вдоль рекламных вывесок, которые тянулись до самого конца улицы. Потом мы вошли в какую-то дверь.

Нас встретил пожилой мужчина. Леандро поговорил с ним о чем-то в сторонке, затем позвал меня и, миновав несколько коридоров и лестницу, мы очутились на огромном футбольном поле.

Я расхохоталась.

– Невероятно! Это и есть твой сюрприз? – с этими словами рванула к центру поля. – Я в жизни не была на стадионе!

Широко улыбаясь, повернула голову и увидела его – Леандро, вытворяющего невероятные вещи. Мне казалось, что любители не умеют так обращаться с мячом.

– Где ты этому научился?

Леандро словил с воздуха мяч и приблизился.

– В прошлом был профессиональным футболистом.

Для меня это стало настоящим сюрпризом. Не знала, как реагировать на новость о том, что профессиональный футболист работает официантом. Это звучало еще более дико, чем «дочь посла работает официанткой».

Небо покрылось звездами. Подул морозный воздух, и Леандро одолжил свою ветровку. Мы лежали на футбольном газоне, пока Леандро рассказывал о своей карьере, которая не удалась.

– Я родился и вырос в Буэнос-Айресе. Там учился, там же тренировался. Не буду скромничать, но я был отличным футболистом и играл за разные клубы. Однажды меня выкупил испанский клуб «Севилья», где я показал отличные результаты. В 2006 вошел в сборную Аргентины. А потом… слава меня испортила – женщины, деньги, выпивка… наркотики.

Я посмотрела на профиль смуглого аргентинца с красивыми формами скул. Темные, волнистые волосы, ровные густые брови, пухлые губы и выразительный взгляд карих глаз. Очень привлекательный мужчина. Маленький гвоздик сверкал в ухе, точно так же как звезды над нами. От него нельзя было отвести глаз.

– Я стал буйным, часто ввязывался в драки. У меня необузданный темперамент. Я вспыльчивый, но быстро остываю, а потом жалею о том, что натворил. – Он тяжело вздохнул. Воспоминания о прошлом давались ему очень тяжело. – Далее пошли скандалы, я ругался с тренерами и довел все до той степени, что меня исключили из клуба, не взяли в сборную на очередной чемпионат мира в 2010 году. И всё. Моей карьере пришел конец. После этого еще два года играл в нашем местном клубе, здесь, в Аргентине. Но, увы… Мое поведение не изменилось. Вдобавок ко всему я порвал связки, и доктора запретили играть.

– Это ужасно! – воскликнула я, чтобы заполнить возникшую паузу.

– Да… – Леандро еще помолчал, затем сказал: – И вот я здесь.

Мой взгляд был направлен на темно-синее полотно, я разглядывала созвездие медведицы.

– Часто сюда приходишь?

– Иногда.

Леандро вдруг склонился надо мной. Его лицо оказалось очень близко, так что я могла разглядеть каждую его черточку.

– Бывает, тренирую мальчишек по выходным. Охранник меня знает. Меня здесь все знают.

Неудивительно теперь, как нас пустили ночью на стадион. Сама того не желая, моя ладонь коснулась его колючей щеки.

И он поцеловал меня с таким жаром, что вся вселенная показалась мне огнем горящим. Сначала я запаниковала и отстранилась, но не смогла побороть в себе чувство соблазна. Мы снова упали на холодный газон, и на этот раз я сама начала его целовать.

* * *

Украина, г. Ялта 2018 год

Бронзовую кожу обдувал прохладный ветерок, даруя краткие минуты наслаждения. Я бежала босиком по сырому, холодному песку, чувствуя бодрость и прилив сил. Влажные волосы я подвязала в небрежный пучок. Под футболкой и шортами еще мокрый полосатый купальник. В мае немногие люди рискуют начинать купальный сезон, поэтому пляж был почти пуст. Несколько мужчин плавали в море. Одна семья расположилась на песке, принимая солнечные ванны. Еще одна пожилая пара просто прогуливалась вдоль берега.

Я вбежала в холл пансионата под названием «Парус», в котором жила уже чуть больше недели.

«Возьми отпуск. Твоему мозгу нужно отдохнуть. А я пока решу, как и где тебе жить дальше», – сказал мне Ден, когда я почти начала впадать в уныние, близкое к депрессии.

В итоге, послушалась своего друга и рванула в Ялту, как Ден и советовал.

Взяв ключ от своей комнаты, медленно побрела по коридору к лестнице. Откуда-то справа доносились аппетитные запахи еды – печеного хлеба, жареного мяса и тушеных овощей. Мой желудок подал громкий сигнал, напомнив о том, что я не завтракала, а на море провела целых два часа. Я начала купаться всего пару дней назад и поняла, как мне хорошо после водной терапии. До этого обычно просто бесцельно сидела на песке, беспристрастно глядя на зеленоватую морскую гладь, пока мягкие волны поглаживали мои ступни.

Моя комната находилась на втором этаже, в самом дальнем углу. Двигаясь к номеру двести два, на ходу отжимала свой хвост. Песок сыпался с моих ног, отчего создавалось ощущение, что я приобрела новую кожу – нежную как шёлк. Так приятно ступать по мягкой ковровой дорожке.

Мне нравилось это тихое место, поэтому не рвалась осматривать город. После случившегося в Ромнах в марте я еще не до конца оправилась. Мрачные воспоминания возвращались в кошмарных снах.

В Ромнах я прожила до конца марта, затем, не выдержав, сорвалась в Киев и жила там весь апрель в недорогой гостинице. Ден злился на меня: «Опасно находиться в столицах и больших городах, Эла». На что я отвечала: «Везде опасно. Для меня нет спокойного места в этом мире».

Я грубила своему другу, устраивала истерики. Мы часто ссорились на ровном месте и по два-три дня не писали друг другу. Первым всегда сдавался Денис, потому что чувствовал, как я нуждаюсь в его поддержке. Он не мог бросить меня на произвол судьбы, особенно после ряда потрясений, свалившихся на мою голову: Кемь, Энгельс, Варшава, а в довершении еще и Ромны. Пропустив все случаи через себя, я зациклилась на этих проблемах. Позже я научусь с этим справляться, но в начале пути у меня сносило крышу.

Поехать на море было отличной идеей. «Отпуск» – так назвал это Ден. «Отпуск для моего мозга».

Очутившись в комнате, я сразу уловила запах моющих средств. Все вокруг сияло чистотой.

Я сняла футболку и шорты, но, все еще оставаясь в сине-белом купальнике, прошагала в душевую, чтобы открыть воду. А пока холодная вода постепенно нагревалась, решила по-быстрому проверить, есть ли сообщения от Дена.

Устроившись на покрывале, достала из рюкзака лэптоп и открыла крышку. С этого момента начались странности. На экране, вместо поля «Введите пароль», стояла надпись «Заблокировано», а внизу приписка синими буквами – «Разблокировать». Невольно сглотнула. Мое сердце застучало так, что заглушило шум моря, доносившегося из открытого окна. Это что же получается? Мой компьютер пытались взломать? Денис говорил, что после пяти попыток ввести пароль, программа заблокирует доступ к системе. Мой обожаемый друг всё сделал, чтобы защитить нас обоих, в случае непредвиденных ситуаций.

В голове кружился и даже жалился вопрос: «Кто?»

Уборщица?

Но это же смешно! Бесспорно, уборщица была здесь во время моего отсутствия, однако зачем ей взламывать пароль на моем компьютере?