– Э… А поженились когда? Где свадьба была? – спросила я, не желая слушать о том, какой он в постели. Хватало уже того, что слышала за стенкой каждую ночь.

– Свадьба была здесь, в Болгарии. Мои родители были против и не приехали… Мы не разговаривали целый год, но потом я решила, что это абсурдно. Так что теперь я иногда навещаю их в Питере, но без Христо.

Я припала к своей кружке с кофе. Аппетита совсем не было, поэтому не притронулась к еде. Вика же ела за троих. И каким-то чудесным образом всё уходило в грудь и попку, а сама она оставалась стройной. Девушка ссылалась на йогу. Утверждала, что она помогает держать форму. Мы даже пару раз посещали уроки вместе. Но после занятий я страдала целую неделю от боли в мышцах. Йога – это ад адский! В более старшем возрасте я отнесусь к йоге серьёзно, но в восемнадцать лет мне было жалко свое тело.

– Хочешь искупаться сегодня в море?

– Отличная мысль!

Вот что я действительно полюбила здесь, так это пляж. Шла вторая половина июня, и мы с Викой чуть ли не каждый день ходили купаться. Она подарила мне ярко-красный купальник с рюшами и белое пляжное платье. К этим вещам она не забыла прикупить полотенце и пляжную сумку с комнатной собачкой на розовом фоне. Выглядела я гламурно, но не была привычна к таким нарядам, поэтому чувствовала себя полной идиоткой.

Осветленные волосы добили мой образ. Когда я собралась в салон красоты, Вика вызвалась составить компанию. В итоге, она заставила меня обесцветить волосы. Мне сделали «лесенку» и вуаля! Я – гламурная кошечка, вопреки собственной воле.

В это воскресенье мы с Викой провели почти весь день на солнце. Моя кожа приобрела бронзовый цвет. Ден не поверил, что это я, когда отослала свою фотографию.

«Эла, вышли свою настоящую фотографию. Что за фотошоп? Что за порнография!»

И я не была в восторге от своей внешности. Чувствовала себя собачонкой Вики. Она делала со мной всё, что заблагорассудится, а я это позволяла.

Мы вернулись домой к пяти часам, и Вика тут же убежала в душ. А я решила выпить кофе, пока тихо. Мне казалось, что если сейчас же не сделаю хотя бы один глоток этого бодрящего напитка, то рассыплюсь на атомы. В висках стучало. Решила, что перегрелась на солнце.

Войдя на кухню, мои глаза неожиданно встретились с «голубой лагуной» Христо. Он прожорливо разглядывал моё тело, обтянутое белым шифоном.

– Привет, – сухо произнесла я, пройдя мимо, и достала кофеварку.

– Мне тоже свари, – попросил он.

«Нахал».

Молча достала две кофейные чашечки и сам кофе.

– Где ты научилась турецкий кофе варить? Он у тебя изумительный.

В двенадцать лет хала, моя тётка, научила меня и сестер не только кофе варить, но и еще куче всего. «Нет турчанки, которая не знает, как это делать. Стыдно не уметь», – твердила хала голосом наставника. Но Христо я этого, разумеется, сказать не могла.

– Самоучка, – быстро ответила.

Пока мешала кофе у плиты, Христо встал, чтобы проследить за процессом. Дождавшись, когда закипит жижа, я аккуратно ложечкой сняла верхний слой пены и разложила по чашкам.

– Вау, – вырвалось из горла Христо, словно я сделала шедевр века.

Как только кофе закипел вновь, я выключила огонь и по стеночке вливала в каждую чашечку ароматный кофе, чтобы не повредить слой пены. Из холодильника достала плитку шоколада, отломила два сегмента, положила на оба блюдечка и протянула Христо готовый кофе.

– Буйрун.

– Это по-турецки? – спросил он, внимая дивный аромат горячего напитка.

– Да. Означает «Вот, пожалуйста». А как сказать это по-болгарски?

– Моля, – ответил Христо, отставил пустую кружку и приблизился ко мне.

Я инстинктивно отступила на шаг от него.

– Не пугайся, – улыбнулся Христо, но в этой улыбке было что-то смутно напоминающее оскал зверя. Его пальцы бесцеремонно прошлись по моей руке, в которой я держала чашку с кофе. – Я всего лишь хотел попросить, чтобы ты научила готовить свой фирменный кофе.

Он ушел, оставив меня стоять в оцепенении. Сексуальный тембр голоса, это идиотское прикосновение, комплименты, неприличные взгляды… Он, что, клеится ко мне?

* * *

Аргентина, г. Рио-Куарто 2020 год

«Потому что я люблю тебя…»

В моей жизни это первое настоящее признание в любви. Для девушки, которая училась в закрытой школе для девочек, а потом переспала со своим лучшим другом без намека на романтику, получить признание в двадцать лет стало чем-то заоблачным. Я думала, что меня это уже не коснётся.

Леандро подарил мне крылья, которые своим шелестом наполняют меня жизнью. Выше этого прекрасного чувства нет ничего.

Как подумаю, что бы было, если бы я осталась в Москве и послушно вышла замуж за Антона, так сердце готово было разорваться на части.

Даже с Деном у меня не сложилось бы желаемых отношений. Я отдала ему свою невинность, намеренно зная причину. Ни о каких чувствах и речи не шло. Мною управлял страх оказаться в руках маньяка, наподобие старика в Кеми или пенсионера с топором в Ромнах. Денис навсегда останется мне просто другом.

С Леандро всё по-другому. Это первый мужчина, которому я доверилась после Дена. Однако Леандро – не Денис. Ден – мой друг, мой командир. Он стал частью моей жизни, благодаря обстоятельствам. Мечтая о счастливой жизни, Дена никогда со мной рядом не было. А вот Леандро я хочу видеть в будущем, хочу быть с ним. Только что ждет меня завтра? А завтра ситуация может резко измениться и тогда мне придется бежать снова. Таким образом, причина моего молчания вполне очевидна. Есть правила, и я должна им следовать. Ответное признание – слишком рискованное дело.

В том, что Леандро ко мне серьёзно относится, я даже не сомневалась. Он очень переживал из-за брачных оков, что наложила на него Эрика. Его брак тормозил наше положение.

– Эй, – сказала ему однажды, – для меня это не важно. Я не из тех девушек, кто срочно хочет утащить мужчину под венец. Мне с тобой и так вполне хорошо. Мы вместе, и это главное.

К счастью, мои слова легли ему бальзамом на душу. Больше мы не возвращались к этой теме.

Шли недели. Наступил июль – счастливый месяц, потому что скоро мое настоящее день рождения, когда мне исполнится ровно двадцать лет. Наконец-то я вступаю во взрослую жизнь. Отныне с детской наивностью можно попрощаться.

Однажды Леандро пришел в мою комнату и сказал:

– Собирайся. Ты переезжаешь ко мне.

Я даже раздумывать не стала – собрала вещи и переехала к нему.

Мы продолжали работать у Панчо. Добились того, что он дал разрешение забирать чаевые. А за день мы неплохо зарабатывали. Я не стремилась к богатству, так как уже богата. Однако Леандро этого не знал и считал себя добытчиком, а я не сопротивлялась. Вот и всё.

Жить с Леандро было легко. И хотя срок наших отношений был еще очень маленький, чтобы судить о том, заслуживают ли они внимания, одно то, что он убрал все фотографии с Эрикой, доказывало его любовь и преданность. Он не выжидал моих просьб или намеков, он просто брал и делал. Мы свободно шли с Леандро на компромисс. Мы точно знали, как будет правильно для нас и для этого не стремились показать себя с лучшей стороны. Мы нырнули в эти отношения и стали одной из пар, которые не делают проблем из мелочей. Мы получали друг от друга удовольствие и это было… потрясающе.

Был вечер накануне моего настоящего дня рождения – 19 июля. Леандро свято верил, что мой день рождения зимой, как указано в паспорте Илеанны Симо. Но я смогла создать себе настроение: заказала тортик, накупила продуктов, из которых можно приготовить достойный ужин. Лили всё же успела научить меня кое-чему.

Когда я вернулась из магазина, Леандро еще не было. Сегодня у меня выходной, а у Леандро смена до семи. Решив, что успею к его приходу, немедленно приступила к готовке.

Леандро застал меня в хаосе. Кухня была не просто грязная, она была загажена так, будто здесь побывала стая рептилий.

Я виновато опустила глазки, а щеки зарумянились.

– Я думала, что успею все прибрать.

– Это что-то новенькое.

– Должна же я…

– Ш-ш-ш… – Леандро поцеловал меня в лоб. – Я ценю твои старания. Давай так? Если ужин окажется вкусным, то я помогу здесь всё прибрать.

Я энергичным жестом покачала головой и отправилась накрывать на стол. А Леандро – в душ.

Ужин оказался вполне съедобным. Мне нужно чаще практиковаться. Мой мужчина съел всё без остатка, а это о чем-то говорит.

– Такой вкусной рыбы я еще не ел в своей жизни!

Я хихикнула.

– Ни за что не поверю! Я только учусь.

– Если это ради меня, то я хочу такую жену до конца дней своих.

С моего лица исчезла улыбка. Эти слова заставили меня вернуться к реальности.

«Жену»…

«До конца своих дней»…

Это звучало многообещающе. Но… если этому не суждено случиться? Я была готова разрыдаться и сдерживалась с великим трудом.

Леандро же счел мое состояние за неожиданность.

– У меня для тебя подарок, – сказал он и встал, чтобы взять коробочку.

А я молилась про себя: «Только бы не кольцо. Только бы не кольцо».

Но как только длинная бархатная коробочка синего цвета появилась перед глазами, я с облегчением вздохнула. Это всего лишь подвеска в виде буквы «Л» с множеством камушков внутри буквы.

Леандро надел мне её на шею и подвел к зеркалу.

– Какая красивая!

– Это еще не всё.

– Не всё?

Леандро вывел меня на улицу. Мы обошли дом и оказались на широкой площадке, где жильцы обычно оставляли свои автомобили. Одинокий фонарь тускло освещал лишь одну сторону асфальтированной площадки. Мы остановились около белоснежного «фольксвагена», затем я услышала щелчок и короткий сигнал. Это Леандро нажал на кнопку пульта сигнализации.

Неожиданное появление машины ошеломило меня.

– Это…

– Я купил её для нас, – вкрадчиво сказал Леандро. – Помнишь, ты как-то сказала, что хочешь объездить мир?

– Д…да. – Я говорила это, ни на что не намекая, потому что отчасти я упомянула правду своей жизни, но Леандро как всегда всё растолковал по-своему.

– Весь мир не обещаю, но на этой красавице мы можем объездить Аргентину. Илеанна, – он взял меня за плечи, – я хочу изменить свою жизнь, твою жизнь… нашу жизнь. Ты сделала меня другим, и я не желаю упускать такую возможность – все исправить. Давай уедем на север? Там меня никто не знает. Мы сможем жить вместе. Как только устроимся, я продам свою квартиру, и мы купим новое жилье. Я подам на развод, найду хорошего адвоката, потом мы сможем пожениться. Как тебе такая перспектива?

Мгновение я стояла, разинув рот. Как же прекрасно все это звучало из уст Леандро. Такого просто не бывает! Я не имела права сказать ему «нет». В его голосе столько любви и тепла. Казалось, что душа его ранима, а я боялась причинить этому мужчине боль. Да, собственно, почему я должна отказываться? Ден на днях сказал, что мой отец притих. Возможно, обо мне уже никто не вспоминает. Рано или поздно папочка должен смириться с тем фактом, что его дочь-воровка не вернется.

– Звучит прекрасно, – услышала я свой дрожащий голос. Что? Я собралась плакать?

– У меня есть кое-какие сбережения на поездку, – продолжал Леандро. – У нас всё получится.

Я смотрела то на машину, то на Леандро в тусклом свете фонаря, а потом меня вдруг осенило:

– Где «Амиго»?

Он молчал.

– Вот черт! – закричала с досадой. Мой голос эхом разлетелся по площадке. – Ты не мог! Даже ради меня ты не мог продать его. Леандро, это же… – у меня сорвался голос. – Твой любимый мотоцикл.

– Ну и что? Мы же не сможем путешествовать на мотоцикле.

– Ты дал ему имя… – шёпотом произнесла я, словно не слышала его слов.

– Давай теперь дадим имя нашей машине?

«Нашей». В том-то и дело. Леандро никогда не говорил «моя» или «я». Всегда только «мы» и это окончательно покорило меня. Я нашла идеального мужчину в свои двадцать лет. За минусом того, что я не могла назвать его своей любовью.