В течение трёх дней мы гуляли по паркам, бульварам, магазинам, рассматривали достопримечательности и не заметили, как нас затянуло в романтику: мы целовались под луной, танцевали на площади, вызывая восторг у прохожих. Монастыри, храмы, дом Урибуру – особняк, принадлежавший семье двух аргентинских президентов; даже музей вина не привлек должного внимания, так как мы были увлечены собой.

Леандро – мой первый настоящий бойфренд. У меня зашкаливали эмоции и чувства. Гордо держа своего мужчину за руку, я всем своим видом заявляла, что он мой.

Мы сняли недорогой номер в отеле, хотя я схитрила немного, тайно оплатив люкс и подговорив сотрудников, чтобы они подтвердили, что номер обычный.

– Если в дешевой гостинице такие шикарные номера, то что же будет в пятизвёздочном отеле? – удивлялся Леандро.

А я украдкой хихикала.

Мы не думали о проблемах. Вечером, добравшись до постели, занимались любовью. Леандро был именно таким мужчиной, каким я хотела бы видеть своего любовника – страстным и одновременно нежным. Он вытворял такие вещи, которые доставляли незабываемое удовольствие.

На третий день нам предстояло решить, останемся мы в Сальте или нет. Я была обеими руками за. Нам не составит труда найти работу. От Леандро потребуется лишь продать квартиру в Рио-Куарто, чтобы купить жилье здесь – в Сальте.

Утром, встречая солнечный рассвет, я думала о том, что наконец-то обрела место в жизни. Не надо никуда бежать. Нашла мужчину, с которым вполне могла провести столько времени, сколько отведено нам судьбой. Я счастлива.

Было еще очень рано. Леандро крепко спал, зарывшись лицом в подушку. А я тихонько встала, надела джинсы, майку-боксёрку, достала свой лэптоп и вышла в холл. Мне вдруг срочно понадобилось поговорить с Деном. Казалось, что я уже целую вечность не общалась с ним. В последний раз я отправила ему короткое сообщение: «Уезжаю из Рио-Куарто. Как доберусь до нового места, напишу».

Расположившись на мягком диванчике в кафе при отеле, заказала чай. Пока ждала, прочитала сообщение Дена.

ДЕН: Привет, Эла! Я немного обеспокоен тем, что ты решила покинуть Рио-Куарто. Мне казалось, это очень безопасное место для тебя, нет необходимости уезжать. Прошу тебя, поскорее свяжись со мной и объясни, в чем причина. Иначе я сойду с ума.

Причина, конечно же, есть. Но Ден не в курсе. И теперь, когда всё стабильно, я могла ему рассказать.

ЭЛА: Я встретила парня.

Отправила сообщение и засмотрелась на него. Возникло ощущение дежавю. Однажды я писала ему это. И… итог был плачевный. Оставалось лишь надеяться, что с Леандро этого не будет.

ЭЛА: Мы встречаемся с июня. Мне кажется, что это серьёзно.

В левом углу окна зажегся зелёный кружок «в сети». Денис уже давно вышел на работу и по подсчётам сейчас у него обеденный перерыв. Он дома?

ЭЛА: Ты дома?

ДЕН: Парень, значит…

ЭЛА: Ревнуешь?

ДЕН: Нет. Почему я должен ревновать?

Действительно. Почему? Как бы я не сопротивлялась, но меня это где-то глубоко кольнуло. Может быть, испытывала угрызения совести. Надо, чтобы и у него появилась девушка. Не так обидно будет…

ЭЛА: Как здоровье?

ДЕН: Так. Стоп. Мое здоровье не столь важно, как то, почему ты слиняла из Рио-Куарто.

ЭЛА: Я с ним уехала. Мы собираемся жить в Сальте. Тут очень красиво, между прочим.

ДЕН: Жить? Вместе?

ЭЛА: О, Господи! Я целый месяц жила с ним – в его квартире. Почему это может явиться проблемой, не понимаю?

ДЕН: О!

ЭЛА: Прости. Я должна была сказать раньше.

ДЕН: Нет. Ты не обязана.

Он обиделся. Я это чувствовала сквозь магнитное поле своего компьютера. И чтобы приободрить друга, написала:

ЭЛА: Ты же знаешь, с кем бы я ни встречалась, ты есть и будешь моим единственным мужчиной!

В ответ Ден отправил мне пять сердечек.

От радости я засмеялась.

– Вижу, отлично проводишь время!

В испуге шарахнулась в сторону и схватилась за грудь. Затем хлопнула крышкой компьютера и медленно обернулась. Лицо Леандро было еще сонным и злым. Очень злым.

– Какой это язык? Русский?

– Э…

– Как же ты хорошо устроилась. Флирт с иностранцами, помимо того, что у тебя уже есть парень.

Я могла бы соврать, навешать лапши ему на уши. Русский он не понимает. Но сердечки Дениса никак не оправдать.

– Леандро, я…

– Не объясняй. Не надо. Ты продолжай, – он посмотрел на чашку чая, затем на лэптоп. – Комфортно. Уютно. Весело.

Я сидела, задержав дыхание. Это как раз тот момент, когда находишься в лифте, стремительно падавшем на первый этаж. Почему-то мне казалось, что это конец.

* * *

Болгария, г. Хасково 2018 год

Он смотрел на меня. Я смотрела на него.

Между нами пять или шесть столов. Я вытирала столик в углу после ушедших посетителей, а он сервировал стол у окна, делая из тряпочных салфеток что-то невообразимое. Мне так нравилось, как у него это получается, что однажды попросила показать, как он это делает. Честное слово, я пыталась повторить, но мало что получалось. Мы смеялись и обменивались неоднозначными взглядами. Я чувствовала тягу к Илье, но в тот же момент боялась, что это не доведёт нас до добра. Каждое утро я летела на работу, чтобы только увидеть его голубые глаза, которые светились каким-то особенным светом, его золотистые волосы и нежную улыбку, от которой сердце замирало.

Я никак не могла понять, почему он до сих пор не проявил попыток, например, позвать меня в кино или в клуб. Местные очень любят проводить вечера в модных клубах. Не делал ровным счетом ничего, что могло бы сдвинуть наши отношения хоть на одну ступень от простых заигрываний.

Вот и сейчас мы снова стреляли друг в друга глазками. И я знала, что так пройдёт день. А потом? Ничего.

Мне, наверное, как и любой девушке в восемнадцать лет уже хотелось настоящих сильных чувств. Однако я не отчаивалась, что моё желание кажется таким далёким и маловероятным. Раньше я создавала в голове идеал своего будущего возлюбленного. Потом одна из моих наивных мечтаний была вынужденно потеряна в первый день побега. А Денис никогда не занимал место в моем сердце. От пережитого я, скорее всего, совсем обезумела, но мне вдруг захотелось довериться ему. Теперь всё по-другому. Я почти уверена, что влюблена в Илью. И кто бы мог подумать, я готова была ради него остаться в Хасково и рискнуть своим положением.

Наивная дурочка!

К концу рабочего дня я не чувствовала ног. Голова раскалывалась на части от боли и чрезмерной информации. Недовольные клиенты – недовольный шеф. Последний отчитал меня по полной программе за хамство, всучил штраф и выговор. Но не это было так важно. Потеряв рабочее место, я потеряю Илью. От осознания того, я ревела навзрыд, сидя на ступеньке у входа в кухню, и убеждала себя, что надо терпеть, не хамить посетителям, даже если они пытаются ущипнуть за задницу. Ну, ничего, говорила я себе, пройдёт время, я куплю крутую «тачку» и приеду к шефу, чтобы выкупить это чертово кафе, которое по сути гроша ломаного не стоит; и показать ему средний палец. Мы с Ильей могли бы сделать из забегаловки отличный ресторан русской и болгарской кухни.

– Не плачь, – услышала за спиной, а когда подняла голову, Илья уже садился рядом со мной на одну ступеньку.

– Он даже не стал выяснять, почему я нахамила!

– И почему?

Я с удивлением посмотрела на него.

– Не пойми неправильно, но со стороны выглядело так, что ты не права.

– Ну и к черту! Зато я знаю, за что нагрубила и тот похабный сукин сын тоже знает. А штраф и выговор у меня уже есть. Зачем всё это заново обсуждать?

И в этот момент Илья сделал то, чего я ждала уже очень много дней. Он аккуратно мизинцем убрал с моего лица прядь волос. Я подняла глаза и встретила его пристальный взгляд. Мы смотрели друг на друга, а мое сердце очень громко колотилось в груди. Рот приоткрылся как-то сам собой, и Илья всё понял. Его глаза сверкали каким-то неестественным блеском, они сводили меня с ума. Он не убрал свою руку с моего лица, по которому ручьями бежали слёзы. Расстояние между нами сокращалось с каждой секундой, Илья чуть склонил голову и наконец-то это совершилось! Я почувствовала его губы. О, Господи! Они невероятно мягкие, со вкусом шоколада. Я пыталась отпечатать этот момент в памяти, чтобы никогда не забывать.

Но уже завтра я захочу стереть этот волшебный поцелуй навсегда. И не только это, но и всё, что связано с Болгарией.

* * *

Аргентина, г. Сальта 2020 год

– Леандро! – я вбежала за ним в номер, чувствуя, что лишаюсь сил и логики. – Пожалуйста, это не то, что ты думаешь.

– О, конечно! Тебе было скучно, и ты подумала: ох, как весело пофлиртовать, пока осёл Леандро отсыпается в номере люкс!

– Я не…

– Горничная мне отчетливо объяснила, что это за номер. Ты доплатила за него, ничего мне не сказав. Илеанна, – резким движением он убрал стул с дороги, – я ведь доверял тебе.

– Я не обманывала тебя!

– Ещё скажи, что там, в кафе, сидела не ты.

– Там сидела я, – сказала и опустилась на заправленную кровать. В номере пахло чистотой. – Он мой давний друг.

– Давним друзьям разрешается бросаться сердечками. Понимаю!

– Ничего ты не понимаешь! – Мои глаза прожигали Леандро. Гнев и отчаяние боролись между собой. – Он мой друг и не более. Я бы объяснила…

– Так объясни же! И давай покончим с этим нелепым эпизодом в нашей жизни.

Я плотно сжала губы.

А что сказать? Правду? От этой правды не будет никакого толку. Леандро, как и многие мои знакомые, покопавшись в интернете, загорится содрать с посла кругленькую сумму за дочурку. И вновь побег. Мне было страшно подумать, что даже если Леандро убедит меня в обратном и скажет, что для него это неважно, однажды утром проснусь в клетке, загнанная, как глупая зверюшка. А он будет хохотать мне в лицо, демонстрируя свои миллионы.

Нет. Правда не годится.

– Ну, что ты молчишь? – Леандро стоял передо мной, уперев руки в боки. – Нет оправдания?

– Есть. Но…

– Давай так, детка. Я люблю тебя, но не позволю себя одурачить. Либо ты объяснишь мне, что за русский друг шлёт тебе эти чёртовы сердечки, либо… – Он замолчал. Я всхлипнула, но это его не тронуло, так как он сказал: – Либо между нами всё кончено.

За ним закрылась дверь. Я молча выждала несколько секунд. Слёзы текли, губы дрожали. Не смогу я объясниться. Правда в том, что теперь, как бы ни повернулась ситуация, нашим отношениям конец. Мои слова уже ничего не будут значить. Да, выдумать историю о русском друге не составило бы труда, но я итак слишком завралась.

Через час я находилась в другом отеле на другом конце города. Мой номер находился на шестом этаже с прекрасным видом на площадь Бельграно. В мини-баре я нашла отличное вино, наполнила бокал и выпила. За ним последовал второй, третий… и так я заливала свою грусть красным дорогим вином.

ЭЛА: Я оставила ему записку.

ДЕН: Мне жаль. Если бы ты предупредила…

ЭЛА: Ты не виноват. Это я расслабилась.

Ушла. Я ушла, нацарапав на клочке бумаги:

«Не смогу ничего объяснить. Прости. И прощай».

Не многословно, знаю. Но лучше пусть Леандро меня ненавидит, чем бросит в топь. Я часто оглядывалась назад, вспоминая Лиама и его лицемерный поступок. Не хочу узнать, что Леандро поступит так же. А то и хуже.

ЭЛА: Куда мне теперь ехать?

ДЕН: Не хочешь остаться в Аргентине?

ЭЛА: Нет. Слишком много эмоций. Я могу не выдержать и вернуться к нему. Поверь, я способна встать на колени и просить прощения.

ДЕН: Любишь его?

Я томительно долго смотрела на эти слова.

«Любишь его?» – Не знаю. А что такое любовь? Как она проявляется? Леандро говорил, что любит, но видать не слишком сильно, чтобы принять за правду мои слова: Денис – всего лишь хороший друг. Но нет, у него повернулся язык сказать, что наши отношения могут закончиться. Он не боялся меня потерять или был слишком уверен в моих чувствах. Разве это любовь?

ЭЛА: Нет. Но я к нему привыкла. Это мои первые настоящие отношения… после тебя. Понимаешь?

Денис понимал.