– Обижена? Нет, Дима, я не обижена. Я зла и не хочу с тобой разговаривать. Однако придётся, потому что ты сейчас же объяснишь, зачем ты взял деньги и телефон Алсу.

– Я не собирался уезжать. Сегодня я бы вернулся и всё тебе объяснил. Если бы ты не написала мне, что пойдёшь в лес, да ещё и с Сарой… С убийцей!

Я удивлённо уставилась в его сторону.

– Откуда тебе это известно?

– Я разговаривал с Хару. Он рассказал. Вчера мы обо всём поговорили и пришли к выводу, что ты не должна рисковать.

– Отлично! Вы спелись!

– Не иронизируй. – Дима вырулил на дорогу вслед за Сарой. Вокруг ни души, ни одного автомобиля. Лишь ровная дорога и природа. У Димы был уставший вид. Ясно, что он ехал сюда без остановок. Возможно, не спал ночью. Выровняв автомобиль, он расслабился в кресле и продолжил свои объяснения. – Если бы я сказал, что на самом деле собираюсь сделать, ты вряд ли позволила бы мне это. План мог провалиться. Я был уверен, что ты разозлишься и уйдёшь из комнаты. Всё вышло даже легче, чем мы с Хару задумали. Если бы ты не ушла, пришлось бы идти на хитрость.

– Кажется, я догадываюсь, что произошло… Ты смог, да?

– Да. Выезжая из Нарусава, я связался с Кавказцем. Сказал, что нашёл деньги и могу их отправить переводом.

– Там ведь не вся сумма.

– Брось, Вита! Там и так очень много было. Это лучше, чем ничего. В любом случае, вечером я выслал ему деньги. Всё. Больше он нас не потревожит, и Алсу в том числе.

– Ох, не знаю, что сейчас больше испытываю к тебе. С одной стороны, гордость… но с другой – я тебя убить готова!

В руках ожил телефон. Звонил Хару.

– Алло?

– Вита, мы едем до Минобу. Ехать примерно час. Ты хорошо себя чувствуешь?

– Минобу – это деревня?

– Посёлок, да. Сара утверждает, что Алсу сейчас там.

У меня затрепетало сердце от мысли, что кошмар скоро закончится, я увижу свою сестру целой и невредимой. Ради Алсу я даже готова простить Диме его выходку. К черту деньги! К черту Кавказца и все его угрозы! Алсу жива, и теперь с ней всё будет хорошо.

***

Через сорок пять минут у меня затекли ноги, вся правая сторона пульсировала и ныла. По дороге не нашлось ни одной аптеки, чтобы купить обезболивающее средство. Я стойко терпела боль до самого приезда. Потом я уже о ней не думала. Когда Сара свернула к маленькому домику, меня охватило радостное предвкушение встречи с сестрой.

Первое, что бросилось в глаза – нет соседних домов. Вокруг небольшого дворика раскинулись леса. Дом находился далековато от главной дороги.

Я подошла к Хару и спросила:

– Это и есть Минобу?

Его глаза улыбались, когда я произносила это название. Наверное, я не так как-то сказала, но исправлять он не стал.

– Да, но основной посёлок находится немного дальше.

Я посмотрела на Сару, она разговаривала с кем-то по телефону. Эмоции на лице отсутствовали, движения плавные, уравновешенные.

– С кем она разговаривает?

Хару прислушался.

– Не знаю. Возможно, с хозяином дома. По её словам не понять.

Дима волновался, для него предстоящая встреча с Алсу так же, как и для меня, перекрыла все другие чувства, оставив нетерпеливое ожидание и возбуждение. Я поражалась тому, как быстро стало всё равно на то, что он вытворил вчера. И на Хару за сговор с Димкой я не держала зла. В данную минуту я готова была простить всех.

Во дворе появился мужчина, на вид лет шестидесяти пяти, очень седой. Он прихрамывал на одну ногу и тяжело дышал.

– Это брат человека, который меня вырастил, – объяснила Сара на английском специально для меня. – Он все это время ухаживал за твоей сестрой. Мы назвали ее Ханако. У этого имени красивое значение – «дитя цветка».

– Ханако? – с удивлением повторила я. – Она до сих пор без сознания?

– Лучше, если ты сама всё увидишь, – спокойно сказала Сара, приглашая меня пройти к крыльцу дома. Потом повернулась к парням. – Подождите здесь. Для Алсу хватит пока одного человека.

– Но я тоже хочу ее увидеть, – возразил Дима. Он двинулся за мной, но Сара перекрыла ему собой путь. – Увидишь своё время. Позволь сначала Вите с ней встретиться.

– Это ловушка? Я не верю твоим словам.

– У меня нет оснований говорить неправду.

В этот момент вмешался Хару, но я уже не понимала, о чем он говорил Диме, потому что перешёл на японскую речь. Пока парни спорили, я прошла внутрь дома, сняв по традиции обувь, где положено. Мужчина жестами показывал мне путь.

– Ханако here, – с энтузиазмом произнёс мужчина и сдвинул голубую створку в сторону.

Я очутилась в светлой комнате васицу. Ещё до приезда в Японию Дима рассказывал о традиционных японских комнатах, в которых, как правило, нет ничего, кроме деревянного столика и шелковой отделки на стенах, и оконных рам – гладких, как поверхность пруда. Полы застелены плетёными ковриками татами из стеблей риса, обмотанных тканью.

У окна на матах сидела девушка. Моя сестра. Прямые волосы доходили до пояса, у неё всегда волосы были длиннее, чем у меня. Я часто подстригала кончики, потому что они постоянно секлись. У Алсу волосы были здоровые и некрашеные. На ней было надето светло-синее кимоно. С первого взгляда я не заметила, чтобы что-то в ней было не так.

Но что-то всё таки было не так.

Когда я вошла, она не шевельнулась – как смотрела в окно, таки продолжала смотреть. Я решила позвать её по имени.

– Алсу?

Девушка повернула голову и уставилась на меня. Я выдавила улыбку, хотя внутри всё дрожало от переизбытка чувств. Глаза Алсу были холодными, не выражавшими никаких эмоций. Даже у Сары иногда виднелся проблеск радости или печали. А тут – ничего. Она смотрела на меня, как на чужого человека, долго и мучительно. А потом я услышала ее голосок:

– Кто вы?

Глава 29

Кто я? Кто я?!

Внутри меня начиналась истерика.

– Алсу, это же я – твоя сестра Вита.

Я говорила по-русски, Алсу чётко отвечала мне на том же языке. Но меня она не узнавала.

Шагнув назад, я наткнулась на Сару. Я и не обратила внимания на то, когда она пришла.

– Что с ней? – дрожащим голосом спросила я.

– Она ничего не помнит. Если бы помнила, давно вернулась бы. В полицию мы не могли пойти, тогда на меня бы вышли. Поэтому решили ждать, когда она вспомнит хотя бы имя.

– Что с ней случилось?

– Она очень сильно ударилась головой об корень.

– После аварии она не оправилась до конца. У неё была травма головы. Это могло стать причиной амнезии?

– Не знаю, Вита. Я не врач.

Все это время мы перешептывались на английском, но Алсу не слушала нас. Она вернулась к прежнему занятию – изучала вид за окном.

Я приблизилась и села рядом. Совсем чужая, не было той жизнерадостности и легкомыслия, присущие ей. Больно видеть перед собой человека в оболочке родной сестры. Я не знала, с чего начать.

– Мы долго тебя искали. Ты пропала.

– Почему?

– Пошла гулять и упала, мы тебя потеряли, – сказала я, словно Алсу была ребёнком, на глаза наворачивались слёзы. Я хотела обнять ее, но не могла. Моих объятий Алсу не поймёт. – Но теперь, когда ты нашлась, я отвезу тебя домой. Вскоре ты все вспомнишь.

– Я тебя не знаю совсем.

– У меня дома есть много-много наших с тобой фотографий… О! Здесь, в галерее телефона есть парочка. Сейчас покажу.

И я стала показывать Алсу фотографии. Она внимательно их изучала, но без улыбки и без всякого выражения на лице. В какой-то момент мне показалось, что она и себя не узнавала. От отчаяния слёзы рвались наружу. Алсу нашлась, но разум ее погас, как саечное пламя.

Спина дико болела – казалось, боль растеклась по всему телу, вплоть до мозга. Виски пульсировали, из глаз рвались слёзы. Я поменяла позу, потом отвернулась, чтобы Алсу не заметила моего трагичного лица. «Я нашла ее живой, а амнезия лечится», – твердила себе, но не успокаивалась.

Через некоторое время в комнату вошла Сара с подносом.

– Чай, – сказала она.

– Где Дима с Хару?

– С ними Садао. Не волнуйся.

Я наблюдала, как Алсу умело разливала чай по чашкам. Сара пристроилась рядом.

– Этот Садао знает, что ты натворила? – спросила у Сары.

– Не в подробностях. Но знает, что я в бегах. Если хочешь, я поговорю с Ханако… Э-э-э… С Алсу. Запомни, всему своё время. Покажете хорошим специалистам. У неё не просто амнезия, скорее мозг поврежден. Потому что она ведёт себя не как взрослая девушка.

– Да, я это уже заметила. – Вздохнув, я припала к чашке, чтобы не разреветься. – Пожалуй, я сначала объясню всё Диме.

– Конечно. Я побуду с Ханако.

– С Алсу, Сара. С Алсу.

***

Я обещала себе быть мужественной. Не всё так страшно. Возможно, она сможет выздороветь. Однажды проснётся и скажет: «Вита, сестричка! Сегодня такое яркое солнце! А давай шоппинг устроим?»

Увидев меня, Дима поднялся на ноги.

– Ну, что? Как она?

Губы нарисовали улыбку, которая тут же искривилась, мои плечи затряслись. Дима распахнул руки, и я бросилась в его объятия, рыдая навзрыд.

– Дима, она…

– Тихо, тихо. Вит, не пугай. – У Димы тоже стояли в глазах слезы. – Сара сказала, что она жива.

– Алсу ничего не помнит. Она меня не помнит. Амнезия. Господи, я не выдержу…

Хару оказался рядом, потому что Дима рванул в васицу, где находились Алсу с Сарой. Хару старался утешить меня, предлагал воду, но я отказалась. То были самые сложные минуты для меня.

Весь день мы общались с Алсу, готовили ее отъезду. Сара предложила посадить девушку в ее машину. Дима не в состоянии был садиться за руль, поэтому его автомобиль повёл Хару. А я устроилась с Алсу на заднем сиденье машины Сары. Мы отправились в Нарусава, в отель. Нас с Димой ждало много дел. Необходимо было купить ещё один билет, и сменить бронь наших с ним билетов.

По дороге Алсу уснула у меня на плече. Я гладила ее по волосам, целовала в макушку. Наконец, я могла ее обнимать.

Никогда прежде я не задумывалась, насколько сильно люблю свою сестру. Мы часто ссорились, спорили, упрекали друг друга. Хоть раз мы признались в любви? Нет.

Отныне я буду часто произносить эти слова.

– Я люблю тебя, сестрёнка, – прошептала я и поцеловала в висок.

***

Мы приехали в отель, когда стемнело.

В вестибюле мы попрощались с Сарой. Я крепко обняла её.

– Как бы тени поступила с теми людьми, я не упрекаю тебя. Ты спасла мою сестру, не дала умереть и девочке. В душе ты добрая, Юмико. Уверена, когда ты выйдешь из тюрьмы, жизнь твоя изменится по-настоящему. Я желаю тебе счастья.

– Прости меня, Вита, за всё. – Она отстранилась. – Больше мы не увидимся. Это короткое знакомство многое для меня значит. Я выплеснула всё, что сидело внутри. Теперь я свободна. Моя душа свободна.

Я посмотрела на неё и не поверила своим глазам. По щекам Сары бежали слёзы. Она плакала.

Вернувшись в комнату, я ещё долгое могла прийти в себя. Алсу уснула на моей кровати. Я тихо складывала наши вещи. Дима занимался билетами.

А Хару собрал бригаду и поехал за Джун.

Глава 30

Минуты ожидания превратились в часы. В какой-то момент мне казалось, что время вовсе остановилось, чтобы подразнить меня. Нарочно.

От волнения я не знала, куда себя деть. Ходила взад и вперёд с мыслями о том, что спустя три месяца я, наконец, увижусь с Хару. Ему это решение далось нелегко. До сегодняшнего дня он никуда дальше Токио не ездил. Путь был не короткий, затрат потребовалось много. Я лишь надеялась, что он не пожалеет о своём решении навестить меня.