Эйслин (страница 6)
– Что? – В этот момент я источал опасность, меня злил и выматывал допрос Ширли. Она и прежде это делала, но сегодня я не собирался оправдываться.
Заметив мой недобрый взгляд, она попятилась назад.
– Ты снова начал принимать эту дрянь? Те таблетки? Наркотики? У тебя глюки, я почти в этом уверена. Так вот почему ты изменился, – говорила она с истерическими смешками. – Значит, мы зря старались? Ты уехал сюда – в эту глушь, чтобы исцелиться… Но на самом деле, ты… О, Боже, Уэлэн!
– Ты сама не понимаешь, что несёшь, – резко отозвался в ответ.
Я на самом деле бросил наркотики и ни за что на свете не вернусь к этой мерзости, что убивала моё тело и мой разум. Помню те отчаянные шаги, которые мы с Ширли проделывали дюйм за дюймом, и в конце концов я выздоровел. Избавился от пристрастия.
– Уезжай, Ширли. Уезжай и не возвращайся, – бросил ей в лицо, уже не думая о последствиях. А перед тем, как сесть в машину, добавил: – Между нами все кончено. Навсегда.
После всех этих слов я ждал чего угодно. Ждал истерики, криков, брани. Она могла бы поколотить меня, обозвать всеми гадкими словами, имеющимися у неё в запасе. Но вместо этого Ширли стояла как вкопанная и смотрела, как мой внедорожник выезжает на дорогу. Я не знаю, долго ли она так ещё простояла, не рискнул посмотреть в зеркала заднего вида, чтобы увидеть её, направляющуюся к машине. Но когда вернулся, кроссовера во дворе не было. Стояла непроглядная ночь, и ничто не нарушало тягучего спокойствия холодного мрака.
Словно все произошедшее утром мне приснилось. Ох, как же я хотел верить в это!
Глава 18
Шли дни. Сколль медленно выздоравливал, поэтому мы не выходили на пробежки. Однако я всё равно приходил в лес и ждал Эйслин. Иногда сидел на сырой земле часами, облокотившись о какой-нибудь толстый ствол дерева. Но её не было. Она не приходила.
В моей душе творилось неописуемое. Осколки здравого смысла хаотично роились, сталкиваясь с заледенелыми мыслями, приносящие нестерпимое страдание.
Ночами лежал без сна, напрочь потерял аппетит и желание работать. Телефон не переставал трезвонить, мой клиент напоминал о сроках, а я не мог сосредоточиться на самом элементарном, не говоря уже о деталях.
Я скучал по ней так сильно, что сердце разрывалось на куски, а маленькие осколки впивались в недра моей несчастной души. Бывало так, что не стеснялся плакать навзрыд посреди лесной опушки, где мы с ней любили бегать. Сколль облизывал моё солёное лицо и тихонько поскуливал, чтобы напомнить о себе. Если бы не моя собака, справиться было бы гораздо сложнее.
Пытался ли я искать Эйслин? Да! Неоднократно ходил в соседнюю деревню, расспрашивал о ней, называя имя и описывая её внешность. Но никто такой не видел. Как выяснилось, в тех домах жили в основном рыбаки. И женщин там не было.
Мне посоветовали проехать пару миль к западу, где стояли элитные коттеджи. Там у меня состоялся довольно-таки странный разговор с женщиной лет пятидесяти. Она стригла кустарники в саду, когда я проходил мимо и, благодаря невысокому забору, заметил её.
– Это частный сектор и мы отлично знаем всех соседей, но никакой молодой девушки этим летом здесь не было, – заверила она меня.
– Вы уверены? Может, попытаетесь вспомнить. Она всегда ходит в длинной юбке и норвежском свитере. У неё тёмные волосы до плеч и… чёрные глаза.
– Если бы вы сказали фамилию…
– К сожалению, она мало о себе рассказывала. Мне известно лишь то, что она потеряла родителей в автокатастрофе, а сейчас… возможно, является чьей-то воспитанницей.
– Как её зовут, напомните ещё раз.
– Эйслин.
Женщина отложила садовые ножницы и сняла рабочие перчатки.
– Петтер? – позвала она кого-то, подойдя к крыльцу дома. – Петтер, иди-ка сюда! Дело есть!
Через минуту в дверях появился грузный мужчина. Седая борода не скрывала второго подбородка. Он смотрел на меня через стекла круглых очков.
– Этот молодой человек ищет девушку по имени Эйслин. Говорит, что она сирота, – принялась объяснять женщина. – К кому она могла приехать, ума не приложу. Парень утверждает, что её родители погибли в автокатастрофе. Ты вроде что-то подобное рассказывал.
Мужчина подумал, затем посмотрел куда-то вдаль.
– Ну, жили тут когда-то Дальберги – маленькая семья; у них вроде дочка была. Их загородный дом находился в конце этой улицы. Видите серую черепичную крышу? Вот он – тот дом. – Мужчина тяжело вздохнул, затем снял очки, чтобы потереть глаз тыльной стороной руки. Затем снова надел их. – Они перевернулись по дороге сюда. Об этом долго говорили в наших краях. Ну, а что? Сектор маленький, все друг друга знают… а тут трагедия такая. Я тогда только купил этот дом, ещё своим не считался, но ходил туда на службу. Много лет назад это было, уж не припомню точно. Хоронили в городе. А здесь так – сами священника позвали… Вот. А потом дом продали. Можешь спросить хозяев. Вдруг они что-то знают.
Вежливо поблагодарив пожилых людей за помощь, направился к указанному дому. А напоследок женщина мне улыбнулась и сказала:
– Ты найдёшь её. Помни, что судьба сведёт, если суждено.
Слова напутствия оказались кстати. В душе затеплилась надежда и я успокоился.
Ну и тут меня ждало разочарование. В доме никого не оказалось. Сколько бы я ни стучал, ни кричал, ни ждал, никто не открыл дверь. Никто не ответил.
Глава 19
– А что, если тот дом принадлежит Эйслин? Она вполне могла собрать вещи и уехать в город. Из-за меня.
Мы с Брокком сидели на крыльце, пили пиво. Он редко ко мне приезжает, обычно мы встречаемся в Тромсё, когда у меня там дела по работе или на выходные, чтобы посмотреть матч. Но сегодня особенный случай. Мне нужна поддержка, совет лучшего друга. Если бы не Брокк, что бы со мной стало? Валялся бы на кровати, неотрывно глядя в потолок, и потихоньку сходил бы с ума от безнадёжности – хотя не исключено, что выходил бы в лес, чтобы ждать её. Именно поэтому я набрал его номер, сказал, что пропадаю и мне нужна помощь. Брокк приехал незамедлительно. И вот мы, устроившись в соломенных креслах, смотрели на красное вечернее небо, слушали ветер в шуршании листьев, любовались природным таинством, в полной мере ощущая вкус жизни.
Я рассказал ему всё от начала до конца, не упустив ни одной детали.
Выслушав меня, он вздохнул, затем устремил свой взгляд на линию горизонта, где брезжил закат, отделяя земную поверхность от огненного небосвода тонкой полоской света.
– Да уж, – задумчиво произнёс он. – Неси ещё пиво.
Я улыбнулся и вошёл в дом, а через минуту вернулся с двумя новыми бутылками ледяного напитка. Сколль вновь устроился у меня в ногах.
– Ну, что ты думаешь об этом?
– Вся эта история звучит очень… странно. Откуда здесь взяться девчонке? – Брокк старался быть максимально осторожным в словах. – Получается, из-за неё вы расстались с Ширли?
– Получается, так.
– На днях я встретил её в городе, подошёл поздороваться, а она сделала вид, что не знает меня. Теперь её поведение хотя бы можно объяснить.
После этих слов я почувствовал облегчение. Не стану скрывать, что переживал за Ширли, ведь поступил я не самым лучшим образом тогда.
– Она решила, что я снова начал принимать те таблетки.
– С чего это?
– Почему-то посчитала, что Эйслин мне привиделась. Сам до сих пор озадачен, ведь она стояла в нескольких шагах от нас, а потом, пока бежала до самого леса, её невозможно было не заметить. Но Ширли утверждала, что рядом со мной не стояло никакой другой девушки, кроме неё.
Брокк одарил меня насмешливым взглядом.
– Ты уверен, что это на самом деле не глюк?
– Только не говори, что думаешь, как Ширли! – занервничал я. – Эйслин – не выдумка! Я её чувствовал, держа за руку. Знаю её запах, да и Сколль знает! Он тоже с ней знаком, ведь это он её нашёл. А сыр, что она приносила? Я его ел!
Брокк повёл бровью, переводя взгляд с собаки на меня.
– Не знаю всей тонкости психологии, но слышал о таких заболеваниях, когда люди создают в голове двойников, неважно какого пола. Так вот, они настолько реальны в их воображении, что живут своей отдельной жизнью. А сыр? Ты мог сам его принести.
– Что за глупости? – отмахнулся я.
– Не глупости! Ты живёшь в такой глуши, вот и сходишь с ума от одиночества. С Ширли расстался из-за воображаемой девчонки. Подумать только!
– Заткнись, – стиснув зубы, проскрипел я, при этом мой указательный палец уткнулся в сторону друга. – Она настоящая, ясно?
Внезапно в голове промелькнул вопрос, который как-то раз задала сама Эйслин: «А что, если я ненастоящая?». В душу закрался страх, что Брокк может оказаться прав. Я уже начал жалеть, что впутал его в эту историю. Если продолжу в том же духе, то дорога в психбольницу мне обеспечена.
– Ладно. Забудь все, что я тебе тут наговорил. Справлюсь как-нибудь сам. – Возможно, в моем голосе прозвучала обида. Уже плевать.
– Так дело не пойдёт, друг, – покачал головой Брокк. – Мы должны разобраться. В конце концов, если ты прав и она существует, то мы должны попробовать найти её. Давай начнём с того, что ты о ней знаешь. Имя – Эйслин. Фамилия?
– Не знаю.
Брокк подумал, затем снова заговорил:
– Слушай, а те люди, что рассказали тебе историю семьи, попавшую в аварию, назвали фамилию?
– Да, – кивнул, взбодрившись, но тут же поник: – Только я не запомнил. Что-то на «Д» или на «Б».
– Так давай ещё раз сходим туда и узнаем? По имени и фамилии легче искать человека! Интернет в наше время творит чудеса!
У меня не было оснований отказываться, поэтому утром следующего дня мы сели в мой внедорожник и отправились к частным коттеджам. К счастью, я запомнил тот дом, где встретил женщину с садовыми ножницами. Мы несколько раз нажимали на звонок, прикреплённый к забору. Никто не выходил.
– Не тратьте время понапрасну, – услышали мы и обернулись.
На противоположной стороне улицы, за забором стоял усатый мужчина.
– Сезон заканчивается, отпуска тоже. Они вернулись в город.
– Тогда, может, вы нам поможете? – не растерялся Брокк.
Но мужчина, несмотря на то, что помнил историю с аварией, не вспомнил фамилии тех жильцов. Так мы и уехали ни с чем.
Глава 20
На приезд родителей я возлагал надежду, что моё состояние улучшится. Но в первый же вечер мама устроила мне взрыв мозга, заговорив о моей личной жизни.
– Я была расстроена и с трудом смогла уснуть, когда Ширли сообщила о вашем расставании, – причитала она, вытирая тарелки. Папа вышел из кухни, поэтому не мог остановить её хаотичный словесный поток. – Вы были такой красивой парой. Она подходила тебе по всем статьям, сынок. Заботливая, красивая, умная…
«Вредная, капризная карьеристка», – добавил про себя.
– Я уже мысленно готовилась к вашей свадьбе. Ах, Уэлэн, ты же знаешь, как я мечтаю, чтобы ты обзавёлся семьёй.
– Фрита замужем, мама. Скоро у вас появится внук или внучка. Довольствуйся этим!
Наверное, мой ответ прозвучал слишком жёстко, потому что она, промолчав, отвернулась к мойке, выключила воду и принялась расставлять посуду по шкафам.
Глядя на свою мать, я видел хрупкую маленькую женщину, повидавшую много на своём жизненном пути. Но она никогда не унывает, всегда верит в какие-то свои чудеса. И мне вдруг стало стыдно за свою резкость. Мама всего лишь желает мне счастья и она действительно любила Ширли.
А я люблю Эйслин, о которой даже рассказать не могу.