В комнатке, несмотря на работающий кондиционер, становится слишком душно. Выходим с девочками на веранду ресторана в стиле итальянской виллы. Гости уже потихоньку собираются на лужайке, где пройдет регистрация на американский манер. В 16 лет Медина заставила нас поклясться, что мы станем ее подружками невесты, как в кино, и оденемся в платья одинакового цвета. В 33 мы сдержали слово, и даже согласились на мерцающий изумрудный. У замужней Саиды платье закрытое и с длинными рукавами. У взбалмошной блондинки Люси разрез на бедре такой, что если во время церемонии она выставит ногу вперед, то перетянет все внимание на себя. А вот у меня спереди неглубокое декольте, но хороший такой вырез на спине почти до поясницы. И только длинные волосы, уложенные роскошными, мягкими волнами, прикрывают его, и то но не до конца.

В пять вечера, как и было запланировано, начинается официальная часть. Гости – сплошь сливки местного общества – уже расселись на белые стулья по обе стороны от прохода. Играет камерный оркестр, и к арке, украшенной живыми цветами, проходит сначала жених с тремя друзьями, а потом и мы. В руках у нас одинаковые букеты из белых лилий, роз и фрезий. Все только начинается, а я уже устала улыбаться. Окидываю взглядом присутствующих. Кого— то знаю, кого— то вижу впервые. Ведущий объявляет выход невесты, гости встают и смотрят в противоположную сторону – туда, где появляется Медина с отцом.

И вдруг у меня земля из— под ног уходит, потому что здесь Он. Пока другие смотрят на невесту, мы с Фархатом Валиевым глядим друг на друга, как инопланетяне, которые не верят, что снова встретились. Он смотрит на меня внимательно, пристально, с нескрываемым интересом. Кивает в знак приветствия, улыбается одними глазами, а я от волнения слегка прикусываю нижнюю губу, чувствуя вкус собственной помады.

Я говорю себе, что это ничего не значит, а сама отмечаю, как он хорош в черном костюме, ослепительно— белой рубашке и без галстука. Из кармана пиджака выглядывает светлый прямоугольник – тот самый акцент, на котором я невольно заостряю внимание и который так люблю я в мужских образах. Фархат расстегивает пуговицу на пиджаке, прячет руку в кармане брюк и все еще не отпускает меня.

Итак, какими судьбами он здесь? Друг отца невесты? Или жениха? Может, партнер по бизнесу? Родственник?

Мне стоит неимоверных усилий спокойно выстоять церемонию, потому что я чувствую на себе его взгляд. Я знаю, что не должна ощущать трепет от его присутствия и внимания, ведь этот мужчина намного старше меня. Не ровесник отца, слава Богу, но ему где— то сорок три, может сорок пять. Он, как нечто запретное и загадочное, притягивает своей харизмой и энергетикой, проницательными глазами и болезненным воспоминанием о том, как он однажды пристыдил меня, поставил на место.

Пока я думала о себе и о нем, вся церемония прошла для меня фоном. Я помню лишь искрящийся взгляд Медины, обрывистые фразы из их с Рамилем клятв, голос регистратора и ее финальные слова “Объявляю вас мужем и женой”. Потом аплодисменты, поздравления и объятия родни. Благодаря суматохе, ухожу подальше, и вдали от взбудораженной толпы, опускаю руку с букетом вдоль тела, и смотрю на красивый пруд с кувшинками и водяными лилиями, а потом слышу шаги за спиной.

Чувствую жжение между лопаток и в районе поясницы. Именно там, где я обнажена, открыта, уязвима. Но мне отчаянно нужно скрыть свое волнение, особенно, когда я слышу:

– Хорошее место для свадьбы, да?

Его голос с хрипотцой неожиданно отдается эхом в сердце. Фархат встает рядом со мной. Нас разделяют сантиметры. Поворачиваю к нему голову, улыбаюсь и отвечаю:

– И как хорошо, что в кое— то веки не наше.

Глава 8. Опыт, знания, мудрость

Фархат

Тихо смеюсь, склонив голову набок и прячу руки в карманах. А что мне еще делать, если эта Принцесса меня волнует. Еще когда увидел ее у арки, понял, что только на нее сегодня и хочется смотреть. Знаю, смущал ее непозволительно, но ведь и она смотрела. А потом повернулась спиной и меня снова в солнечное сплетение с разбега ударили, да еще и кипятком окатили с ног до головы. Вид сзади – это нечто! Глубокий вырез открывает всю ее идеальную спину без изъянов. Я насчитал три родинки вдоль позвоночника прежде чем на обнаженную кожу обрушился водопад каштановых волос. Кажется, там есть еще.

– Вы со стороны невесты или жениха? – спрашивает, повернувшись ко мне.

– Жениха. Друг его отца. Вы?

– Подружка невесты, – приподнимает букет и указывает на него.

Да, конечно, это очевидно. Я же сам видел. Но старость – не радость, а я тупею. “Хрен тебе, Валиев!” – кричит мой внутренний голос. – “Мы же уже решили, что никаких малолеток. Посмотри на нее! Этот цветок точно не для тебя выращивали”.

Но чёрт возьми, какой от этой розы исходит аромат.

– Как ваша сестра и племянница? – внезапно она переводит тему.

– У них всё хорошо. Спасибо, что спросили, – поднимаю руку, машинально оттягиваю ворот рубашки.

– Наверное, мы с ней ровесницы? – аккуратные брови вздрагивают и она мягко мне улыбается.

– С кем? – не улавливаю сути.

– С вашей сестрой. Мне так показалось.

– Ей сорок.

– А тогда нет, – качает головой. – Я младше. Мне тридцать три.

Ну и зачем ты мне это сказала, девочка? Молчу, стискиваю зубы до выступивших на скулах желваков. Смотрю на пруд, чтоб успокоиться. Надо себе такой же сделать. Правильно, Валиев. Думай про пруд. А лучше всего нырни туда и освежись.

– А вам…сколько? – прилетает тихий вопрос от нее.

Опускаю на нее глаза, а она наоборот поднимает. Приказываю себе не смотреть ниже, и коротко отвечаю:

– Мне будет сорок девять.

– А…

– Что, совсем старый? – усмехнувшись, вновь разворачиваюсь к ней, и теперь мы стоим лицом к лицу.

– Вовсе нет. Это всего лишь цифра, – держится, как настоящая аристократка. Подбородок вскидывает и в глаза смотрит своими голубыми льдинками, которые мерцающим острием вонзаются в грудину. – Там, где одни видят возраст, я вижу опыт, знания, мудрость.

Она меня сразила. Секунду— другую не нахожусь с ответом, но мой взгляд падает на ее приоткрытые губы цвета красного вина. Внутри все в тугой узел скручивается – так хочется попробовать их на вкус. Не сомневаюсь, что могу опьянеть от сладости и пряности. Сомневаюсь в своей способности усмирить разбушевавшегося хищника.

– Сая, ну где ты ходишь?! Сая! – звонкий голосок возвращает нас в реальность.

Замечаю, как она вздрагивает и поворачивается к блондинке, которую тоже видел на церемонии.

– Иду, Люсь.

– Ой, – девушка останавливается и переводит взгляд с Саи на меня. – А я…помешала?

– Нет, – она берет ее под локоть, но все еще не уходит. – Познакомьтесь, это Фархат – друг отца Рамиля и владелец КСК, про который я тебе говорила. А это Люся. Моя подруга.

– О, так вы по лошадкам? – наивно и невинно спрашивает светленькая.

– Не только. Я еще по коровкам, – говорю на полном серьезе.

– В каком смысле? – не поняла подруга.

– У меня молочный завод.

– Ах, завооод, – тянет она и хочет еще что-то спросить, но Сая тянет ее на себя.

– Идем. Что ты меня звала?

– Да, Медина там температурит из— за каких— то цветов. Довела организатора до слез.

– Господи!

Она уходит, а я остаюсь на том же месте и смотрю ей вслед. Уже на приличном расстоянии, Сая оборачивается и дарит легкую улыбку. А я думаю только о том, что хотел просто поздравить молодых и свалить, потому что не люблю свадьбы и прочие приемы. Но планы меняются – я остаюсь.

Вечер, как вечер. Свадьба, как свадьба. Скучно до оскомины, но я держусь и высматриваю глазами Принцессу. То тут, то там мелькают девушки в зеленых платьях, но это и близко не она. Устав сидеть, встаю из— за стола и иду мимо танцпола в ресторан. Он сегодня обслуживает только эту свадьбу, но все торжество проходит на улице. Добираюсь до туалета, мою руки, насухо вытираю. А когда возвращаюсь обратно, замечаю у панорамного окна знакомую фигуру в изумрудном и спрятавшись за колонну, прислушиваюсь.

– Да что ты все никак не отстанешь? – говорит высокому молодому мужчине. – У тебя просто дар портить мне настроение.

Он закрывает ее, как черный шкаф, собранный из груды мышц.

– Сай, малыш, раз уж опять пересеклись, давай поговорим? – берет ее за руку и говорит тише. – Я скучал.

– Катись— ка ты в задницу, малыш, – звучит ядовито. – Туда, где сидел последние пять лет.

Давлю смех и качаю головой. Подслушивать нехорошо, но в редких случаях можно переступить через себя.

– Лучше тебя все равно не нашел, – не дает ей уйти. – И ты не найдешь. Я же помню, что был первым. Первых не забывают.

– Да что ты говоришь? – посмеивается. – Я просто поражена, как с годами растет твое самомнение. Только ты им передо мной не тряси. А то застудишь. Нечем будет трахать шлюх, – голос ледяной, как у Снежной Королевы. Я тоже помню ее в гневе, но здесь другое.

– Такая дерзкая ты мне еще больше нравишься.

Вижу, как он взял ее за запястье и рывком на себя потянул.

– Отпусти. Мне больно.

У меня же в груди буря поднимается и кулаки чешутся. Выхожу из— за колонны и широким шагом иду к ним.

– Сая! Отпусти, девушку. Быстро.

Мужчина оборачивается и смотрит на меня волком. Рот кривится, глаза горят.

– Чтобы я больше тебя рядом с ней не видел, – рычу на бородатого.

– Иди погуляй, дядя, – выплевывает недовольно.

– Иди сам погуляй, сынок, – цежу сквозь зубы.

Сая вырывает свою руку и кивнув мне в знак благодарности, спешит уйти.

Мы с недоумком буравим друг друга яростными взглядами.

– Даже не думай, – бросаю ему, разворачиваюсь и направляюсь к выходу.

Выхожу на крыльцо ресторана и вижу ее. Она стоит ко мне спиной, кладет руку на предплечье и поглаживает мерцающую в свете ламп кожу. Замерзла. Снимаю пиджак, подхожу ближе и набрасываю его на открытые девичьи плечи. Сая сначала смущается, не понимает ничего, но увидев меня успокаивается и с облегчением выдыхает.

– Это вы…

– Я. Похолодало, – говорю это, но совсем не чувствую холода. Особенно рядом с ней. Обвожу взглядом столы и танцпол, где развлекается молодежь. Старперы вроде меня, в том числе и мои друзья, разбрелись по группам и обсуждают дела. Ведущий что-то говорит, а я мимо ушей пропускаю. Сентябрьский безоблачный вечер плавно перетек в тихую, прохладную, но светлую ночь.

– Спасибо, – улыбается она мягко.

– У вас все в порядке?

– В полном.

– Знаю, это не мое дело. Но кто это?

Она делает глубокий вдох, прикрывает веки и отвечает.

– Это большая ошибка молодости, которая не вызывает во мне ничего, кроме отвращения.

Ответ исчерпывающий, и я больше ни о чем не спрашиваю, а просто стою рядом с ней. Мы молчим вместе. Слишком громко. Слишком близко. Быстрая музыка сменяется медленной. Молодожены выходят в центр зала и смотрят друг на друга так, что даже у такого циника, как я, не остаётся сомнений, что по любви поженились. Голос певицы красив, мелодичен, приятен. И вдруг происходит то, чего я совсем не ожидал. То, с чего и начнется моя одержимость ею. Сая медленно спускает с плеч пиджак, протягивает его мне и просит тихо:

– Пригласите меня на танец, Фархат.

Глава 9. Танец

Сая

Когда его правая ладонь касается кожи под моей лопаткой, а в левой – такой же широкой и немного шершавой – утопает моя кисть, я чувствую смущение, растерянность, волнение. От моей уверенности не осталось и следа, ведь это я его попросила о танце. Но стоило Фархату взять инициативу в свои руки, как вся моя смелость рассеялась и я стала слабой.

Он выше и мне это невероятно нравится. Его теплые и длинные пальцы несильно сжимают мои, серые умные глаза смотрят так, будто стараются прочитать меня, как книгу. Что же, удачи. Это будет сложно, а я даже не рискну проделать подобное с ним , потому что таких мужчин, как Фархат Валиев, прочитать невозможно. Я помню его в гневе, он помнит меня стервой. Но сейчас мы смотрим друг на друга совсем по— другому. Он ведет меня в танце, я подчиняюсь.

– Согрелись? – спрашивает тактично.

– Вполне.

Мы не выходим за рамки приличия в танце и держимся на допустимом расстоянии. Его движения медленные и плавные, он хорошо чувствует ритм, а я только подстраиваюсь.

– Надолго вы в городе?

– До вторника.

– Сегодня пятница.

– Обычно я прилетаю в конце недели, чтобы побыть с семьей, а в понедельник улетаю обратно. Но в этот раз мне надо задержаться.