– Человеку плохо! – воскликнул я, привлекая внимание стоящих возле стойки девушек. Одна из них быстрым шагом, почти бегом, направилась ко мне, на ходу вынимая из кармашка телефон.

Через несколько минут я смотрел, как тело Миши спешно увозили куда-то по коридору, а вокруг суетилось несколько человек в медицинской форме. Я проводил взглядом того, в ком поначалу так ошибался, и неторопливо, прихватив переноску с котом, спустился на первый этаж.

Глава 11

На улице ярко светило солнце, что на фоне постоянных дождей со снегом, обрушившихся на город в последние пару недель, выглядело просто праздником. И пусть солнышко было по-осеннему холодным, но главное было в том, что оно в принципе выползло из-за туч.

Загрузившись в машину и краем глаза заметив, что спортивный «Lexus» на парковке отсутствует, я откинулся на спинку сидения.

– Да уж, Тоха, ввязался ты в дело, – с непонятным выражением проговорил Алексей, выруливая с парковки, – ты не думай, просто из-за двери всё слышно было, про что вы с тем колдуном базарили. И ведь не откажешься, я так понимаю.

– Он слово дал и Луной поклялся, – вступил в беседу явно измучившийся от долгого вынужденного молчания Фредерик, – значит, от него зла пока можно не ждать, да и потом тоже, пожалуй. А вот за Егора он говорить не мог, а жаль – этот гадёныш на многое способен.

– Этого, как ты выразился, «гадёныша» ещё достать с Кромки надо, – присоединился к разговору я, – и мне очень интересно, получится или нет. Потому как если тропку протоптать и никому про неё не рассказывать, то очень много интересного можно в перспективе поиметь. Смекаете?

– Вот за что я тебя, кроме всего прочего, ценю, Антуан, так это за то, что ты своего интереса никогда не упустишь, – уважительно взглянул на меня кот, – прав ты со всех сторон. И куда мы теперь в свете, так сказать, последних событий?

– Естественно, смотреть, что в сейфе, ключ от которого так любезно отдал нам теперь уже окончательно покойный Миша Шляпников, – я даже удивился. Мне казалось, что это совершенно очевидно. – Если я правильно его понял, то там мы обнаружим компромат на нашего хитроумного господина Топлева, он же – колдун неизвестной специализации, он же – отец уже упомянутого гадёныша.

– И кто нас туда впустит? – задал следующий вопрос Алексей. – Не, ключи у меня все есть, только вот…

– Миша дал понять, что потрясающая Инна Викторовна поможет нам отыскать требуемое. Верится, конечно, с трудом, но Шляпникову не было смысла меня обманывать.

– А ведьма туда не заявится? – продолжал каверзные вопросы Лёха. – Мне кажется, она будет однозначно лишней.

– Вот тут я тебе точно ничего сказать не могу, – вздохнул я, – очень надеюсь на то, что она сейчас будет занята другими делами в компании с нашим новым приятелем. А если вдруг появится, скажем, что я забыл там… в общем, что-нибудь забыл. Или ты заявишь, что тебе нужно вещи забрать: ты же теперь на меня работаешь.

– Это можно, – кивнул бывший безопасник, – у меня там несколько костюмов, ноутбук, мелочи всякие…

– Ну вот, так что нет проблем, – я довольно улыбнулся, – но в любом случае, действовать надо быстро и постараться свалить из этого гостеприимного дома в рекордные сроки.

– Плюсую, – тут же отозвался Лёха, – приезжаем, выставляем сейф, хватаем всё своё и валим. По-моему, прекрасный план.

И я даже не стал с ним спорить.

Особняк Шляпникова встретил нас медленно разъехавшимися в стороны воротами и вышедшей на крыльцо Инной Викторовной. Несмотря на достаточно прохладную погоду, она была в том же – или таком же – элегантном платье, как и в прошлую нашу встречу.

– Доброго дня, господа, – произнесла она с привычной уже невозмутимостью, – проходите, прошу вас.

– Благодарю, – откликнулся я и сделал знак Алексею, показывая, чтобы он занялся своими непосредственными обязанностями. – Инна Викторовна, скажите, пожалуйста…

– Это вы мне скажите, – неожиданно перебила меня она, – Михаил Фёдорович… он…

– Он умер, – глядя ей в глаза, ответил я, – окончательно и бесповоротно.

– Я знаю, что вы сделали, – словно не услышав моего ответа, продолжила она, – но не мне указывать вам на то, что можно делать, а что нельзя, у каждого из нас свой путь. Я вижу, что вы приехали без Марии Львовны…

– Она осталась в городе, – я позволил себе добавить в голос льда и заметил, как на мгновение во взгляде Инны Викторовны мелькнули какие-то эмоции, правда, я так и не смог распознать – какие именно, слишком мимолётными они были. – Миша сказал мне…

– Миша? – она неожиданно резко повернулась ко мне. – На чём основана эта фамильярность? Вы не входили в число друзей Михаила Фёдоровича, поэтому я бы попросила вас…

Ничего не отвечая, я вытащил из кармана ключ, который передал мне Шляпников, и женщина замерла на середине фразы.

– Миша сам отдал мне его, – вложив в голос всю мягкость, на которую в принципе был способен, я улыбнулся Инне Викторовне, – и дал понять, что я могу рассчитывать на вашу помощь. И ещё… у меня не было возможности поблагодарить вас за предупреждение.

– Не понимаю, о чём вы говорите, – она прямо посмотрела мне в глаза и, если бы я не знал о её визите наверняка, то абсолютно точно поверил бы.

– Ну и ладно, – я не видел смысла что-то доказывать: свою благодарность я высказал, она её услышала, всё в порядке. – Это ключ от сейфа, и мне хотелось бы успеть ознакомиться с его содержимым до того момента, как здесь появятся посторонние.

– Прошу следовать за мной, – она отступила в дом, не позволив себе ни единой дополнительной эмоции. Невероятная женщина!

Вслед за домоправительницей мы вошли в дом и, вопреки моим ожиданиям, направились не в кабинет, а куда-то в сторону. Велев Алексею оставаться в холле и контролировать прилегающие территории, я поспешил за Инной Викторовной. Через минуту я понял, куда мы идём: в то крыло особняка, где располагался обслуживающий персонал. Ай да умница Миша: кому придёт в голову искать сейф в комнатах прислуги? Никому!

Войдя в комнату, расположенную практически в самом конце коридора, я повернулся к внимательно смотрящей на меня домоправительнице. Она явно чего-то от меня ждала, но я никак не мог понять – чего именно. Тут Инна Викторовна небрежно поправила причёску, коснувшись уха, и я наконец-то сообразил. Показал на свои глаза, но она отрицательно покачала головой: значит, здесь нет камер, но есть подслушивающие устройства. Сосредоточившись, я накинул на нас полог бесшумности, постаравшись оставить как можно больше простора. Вряд ли устройство вмонтировано в пол или ковёр, наверняка прячется где-то в мебели. Завершив работу, я посмотрел на женщину, которая крайне внимательно наблюдала за моими действиями.

– Теперь нас никто не услышит, Инна Викторовна, – мягко проговорил я, и с неё словно сполз морок: ушла ледяная сдержанность и каменное выражение лица. Передо мной стояла такая же красивая, но совершенно живая женщина, в глазах которой плескались боль и тревога.

– Я не смогла его уберечь, – прошептала она, – эта змея подколодная не оставила мне ни малейшего шанса спасти Мишеньку.

– Вы про Марию Львовну? – на всякий случай уточнил я.

– Ну а про кого же ещё? – Инна Викторовна вынула платочек и промокнула глаза. – Как она появилась в нашем доме, так всё и пошло наперекосяк. А ведь я с самого начала Мишеньке говорила, чтобы он гнал её поганой метлой, да куда там! Хорошо хоть Лидочка меня послушалась и носа сюда не показывала, иначе она и её бы угробила, просто за компанию. А после Мишенька и рад бы был избавиться, да не получалось. Прислуга вся как роботы стали, да и я-то удержалась только потому что делала вид, будто на меня её зелья тоже действуют.

– А они не действовали?

– Намного слабее, чем на остальных, – ответила домоправительница и прерывисто вздохнула, – я не знаю, почему, но я понимала, что и как делаю, могла по-прежнему чувствовать. Но старалась делать вид, что на меня действует так же, как на остальных, чтобы она ничего другого не придумала. Всё надеялась Мишеньку спасти… Он ведь как сын мне, я его вырастила, всегда рядом была и с ним, а потом и с Лидочкой, его женой.

– А мне сначала показалось, что у вас с Марией Львовной полное согласие и взаимопонимание, – честно сказал я, – не раскусил я вас, Инна Викторовна!

– Главное, что она тоже так думала, – невесело усмехнулась женщина, – не прощу ей Мишеньку никогда! Скажите, – она подняла на меня взгляд, в котором боль уже сменилась решительностью, – я могу вас нанять? У меня есть деньги.

– Нанять? – я даже не стал скрывать удивление. – С какой, простите, целью?

– Отомстите за Мишу, – помолчав, сказала Инна Викторовна, – всё отдам, что есть, только пусть тот, кто его убил, тоже жизни лишится. Вы же можете, я вижу, чувствую…

– Могу, – помолчав, кивнул я, – более того, я уже пообещал это Мише. Но, – я положил руку ей на плечо, увидев, как вспыхнули глаза немолодой женщины, – не думайте, что я буду скакать по особняку со сверкающим мечом в руке и крошить супостатов в капусту. Месть – это процесс порой очень длительный. Тем более что в смерти Миши виновато несколько человек. И давайте не будем забывать, что и сам Михаил Фёдорович тоже агнцем невинным не был.

– Не был, – она и не подумала спорить, – но грехи на нём не слишком тяжёлые, ни в чьей смерти он не виноват. Деньги любил – это да, было такое, а вот чтобы душегубством заниматься – никогда.

– Тогда давайте посмотрим, что он спрятал в сейф, – я решил, что главное мы друг другу сказали, а остальное терпит, – вы не в курсе?

– Нет, – Инна Викторовна отошла в сторону, – Миша не говорил, а я не спрашивала. Не моё это дело.

– Сейчас я сниму полог бесшумности, имейте в виду, – предупредил я и щёлкнул пальцами. Конечно, я мог обойтись и без этого, просто произнеся мысленно нужное слово, но мне почему-то совершенно по-детски захотелось произвести на эту женщину впечатление. Глупость, понимаю, но не удержался.

Инна Викторовна молча показала мне на ничем не отличающийся от миллионов своих собратьев письменный стол, и я окутал его всё тем же поглощающим звуки пологом. Открыл дверцу бокового отделения и увидел самый обыкновенный типовой сейф, каких полно в квартирах людей, которым есть что в них хранить. Ключ легко повернулся в скважине, и через несколько секунд я уже прятал в специально прихваченную из автомобиля сумку для ноутбука несколько запечатанных конвертов из плотной бумаги и две небольшие коробочки пока непонятного предназначения. Обнаруженную в сейфе толстую пачку купюр я протянул Инне Викторовне, но она решительно покачала головой. Ну ладно, нет так нет, деньги лишними не бывают.

Убедившись, что забрал всё, я запер сейф и тихо вышел из комнаты вслед за домоправительницей. Заклинание развеется само через несколько часов.

В холле нас ждал Алексей, рядом с ним на кресле лежало несколько чехлов с костюмами, а на полу стояли небольшая спортивная сумка и портфель с ноутбуком.

– Инна Викторовна, – я неожиданно для самого себя повернулся к домоправительнице, – скажите, пожалуйста, вы не хотели бы поработать на меня? Я всегда занят, и у меня совершенно нет времени на домашнее хозяйство, а квартира достаточно большая. К тому же у меня есть загородный дом, до которого вечно не доходят руки.

– Я должна обдумать ваше предложение, – проговорила она прежним равнодушным голосом, но в глазах мелькнула надежда.

– Буду рад, если ваше решение окажется положительным, – я улыбнулся этой удивительной женщине, – вот мои контакты. Как только примете решение, сразу дайте мне знать.

– Непременно, – она царственно наклонила голову, и я в очередной раз восхитился.

В тот момент, когда я уже собирался сесть в машину, ворота снова поползли в стороны, и я без малейшего удивления увидел знакомый спортивный автомобиль.

– Что ты здесь делаешь? – в голосе ведьмы не было даже намёка на любезность.