Я бы с удовольствием и дальше оставалась в компании Натана, но тогда Лоурен точно выйдет из себя. Он всё больше и больше стал напоминать настоящего папашу, потому что я его боялась, как подросток родителей. Не вовремя явиться домой, не выучить уроки – означало неминуемый скандал или домашний арест. От одной мысли делалось смешно, но моя жизнь с Лоуреном действительно походила на этот цирк.

– Хорошо. Я провожу, а то темно, вдруг что случится, – Натан поднялся, озаряя меня своей лучезарной улыбкой и помогая надеть пальто, заботливо выправляя волосы поверх воротника.

Как же с ним хорошо! Насколько мне было бы проще, если бы Лоурен по характеру был похож на Натана!

– Не стоит, я доберусь, не беспокойся. Тут пешком минут пятнадцать-двадцать.

– И всё же… – Мы вышли на улицу, я на ходу повязала шарф и даже не заметила, что Натан остановился и перестал говорить.

– В чём дело? – я оглянулась на него и поймала его серьёзный взгляд. Он кивнул мне, чтобы я обернулась.

Прямо перед собой я увидела Лоурена: пальто нараспашку, узел галстука небрежно оттянут. По его грозному, словно туча во время бури, лицу я поняла, что близится мой конец.

Я обомлела, разинув рот, не зная, как быть.

– Интересно выглядят твои занятия в библиотеке! – процедил он так злобно, что я невольно отступила от него на шаг. – Быстро в машину!

– Как ты меня нашёл? – еле выговорила я.

– Это не важно! А теперь садись! – прорычал Лоурен, распахивая дверь и буквально вталкивая меня в салон. Он был очень груб. Я даже не успела сказать Натану «пока».

Автомобиль рванул с места с диким рёвом. Я всем нутром чувствовала, что дома меня ждёт что-то очень нехорошее.

Почему мне так страшно? Чего я так перед ним робею? Да и, вообще, зачем скрываюсь? Я провела время с хорошим другом. Я совершеннолетняя и не обязана давать отчёты за каждый свой шаг. Захотела бы – домой совсем бы не пришла, а сейчас даже восьми вечера нет!

Пока мы ехали, я морально готовилась к ожидавшему меня скандалу. Я убеждала себя, что Лоурен взрослый человек и я смогу ему объяснить, что дальше так дело не пойдёт. У меня своя жизнь, в которую лезть он не имеет права, пусть даже он много всего сделал для меня и мы живём под одной крышей. Есть границы, нарушение которых не лезет ни в какие ворота. Я и так долго шла у него на поводу, и нужно наконец-то твёрдо обозначить свою позицию. Но как только дверь квартиры за нами захлопнулась, моя решимость улетучилась. Взгляд Лоурена повергал меня не к действию, а к бегству.

Сняв пальто, я постаралась встать от него как можно дальше, но даже так его глаза пронзали меня ледяными копьями. А ещё в них горел огонь, который был мне незнаком. Лоурен был в ярости, но не только. Это меня особенно пугало.

– Лгать мне вздумала, маленькая чертовка, – начал он ровным, спокойным тоном, но это было обманчивое впечатление.

Я собрала всю свою волю в кулак, чтобы не сплоховать перед ним, и гордо вздёрнула подбородок, хотя, пожалуй, любой на моём месте под этим взглядом упал бы на колени и молил о пощаде.

– Ты мне выбора не оставил! Всё время следишь за мной, как ФБР, но у меня есть право на личную жизнь! Я ничего плохого не делаю, мне всего лишь хочется своё свободное время проводить с друзьями! Но ты мне прохода не даёшь, возишь меня в университет и забираешь!

– Да неужели?! Как печально! Так сильно хочется быть с тем сопляком? Говори! – зарычал Лоурен, зверея ещё больше, и метнулся в мою сторону.

Плохо дело! Очень плохо!

Я хотела отбежать, но не успела. Он зажал меня между собой и стеной. Его ладони с силой ударили по бетону. Я невольно зажмурила глаза, и сердце от волнения заколотилось как бешеное, а в ушах зашумело от страха.

– Хочется, конечно! Мы дружим, это естественно, – еле-еле выговорила я дрожащим голосом. Лучше бы я этого не делала.

– Хочется – перехочется, даю гарантию, крошка! – процедил Лоурен, глядя мне прямо в лицо.

Я судорожно искала в его взгляде те самые искры, что иногда делают его мягким и понимающим, – тщетно. Передо мной была непроницаемая маска из гнева, раздражения и мрака. Прямо как тогда, когда я впервые переступила порог его квартиры. Мне стало ещё страшнее.

– Лоурен, что ты делаешь? – пропищала я, но его моё состояние мало заботило.

– Не смей больше встречаться с ним! Это приказ!

– Ты сбрендил? Что ты несёшь?!

Меня бросило в холодный пот. В это время зазвонил мой сотовый. Лоурен ненадолго отвлёкся. Я воспользовалась моментом и с колотящимся сердцем, отодвинув его тяжёлую руку, проскочила в узкую щель между ним и стеной. Выхватив телефон из лежащей на полу сумки, я с облегчением ответила на звонок. Телефонный разговор создавал иллюзию безопасности. Находиться наедине с Лоуреном было всё равно, что оказаться брошенной на съедение в клетку ко льву.

– Лина? У тебя всё в порядке? – послышался голос Натана на другом конце. У меня камень с души упал.

– Да, всё хорошо, – ответила я радостно, – не переживай!

– Ну слава Богу! А то Гроссмайер выглядел угрожающе… – Конец фразы я не услышала. Лоурен выхватил у меня сотовый из рук и швырнул о стену. Я с круглыми глазами обернулась на него.

– Ты, кажется, плохо меня поняла, крошка. Тем хуже для тебя. Моё терпение подошло к концу.

– Почему ты так себя ведёшь? Почему я должна бросать друга по твоему приказу? Ты хоть понимаешь, чего требуешь от меня?

– Друга, говоришь?! – Лоурен резко прижал меня к себе. – Друга, который пожирает тебя похотливым взглядом и которому ты разрешаешь касаться твоей кожи, твоих волос и целовать? Это в твоём понятии друг?

У меня в голове все мысли перепутались. Когда вообще такое было? Неужели он тот поцелуй в щёку так расценил и видел в окне кафе, как Натан помог мне надеть пальто?! Это же глупо, но…

– Ты только моя, Лина! Запомни! Я никому тебя не отдам!

После его слов я, не оборачиваясь, рванула наверх к себе в комнату и заперлась на ключ. Зачем это всё?! То, как он поступает – не честно!

Сердце билось часто. Я негодовала. Пусть катится со своими запретами к чёрту!

17

На следующее утро я специально встала пораньше, чтобы незаметно уйти из дома. Видеть Лоурена мне совсем не хотелось, и злость на него не прошла, а стала лишь сильнее. Он довёл меня до грани. Его замашки не только устрашают, но и не имеют под собой никакой почвы. То, как Лоурен со мной поступает, возмутительно, и я твёрдо решила держать позицию и не дать себя запугать.

Когда я спустилась вниз, он меня там уже поджидал. Я, даже не глядя в его сторону, пошла к двери.

– Лина! – окликнул он меня, но я не отреагировала и стала надевать пальто. Лоурен вышел за мной в коридор.

– Лина, давай поговорим.

– Мне не о чем с тобой говорить, – прошипела я сквозь зубы, подхватила сумку и открыла дверь и на пороге услышала:

– Лина, прости меня, я не хотел.

«Поздно!» – подумала я. Моё сердце больно сжалось, когда я оставила Лоурена позади себя. Но по-другому никак. Я не могу его так просто простить. Такую жестокость мне не понять. Пользоваться моим телом, играть на моей неопытности и моих чувствах, словно я вещь – отвратительно! Что он о себе возомнил?! Только бессовестные люди поступают с близкими так пренебрежительно!

Весь день я ходила как во сне. На душе кошки скребли. Ссора с Лоуреном – если произошедшее между нами накануне можно так назвать – задела меня неимоверно глубоко.

Сумела же я каким-то чудом, когда он в первый раз сотворил со мной подобное, вести себя как ни в чём не бывало! Но это другое. Он был враг. Я не могла показать ему и себе, что проиграла… но сейчас…

Что поменялось? Почему мне так невыносимо тяжело на душе? Ведь можно плюнуть на всё, перешагнуть через это дурацкое происшествие и идти дальше. Но не так-то это просто.

На большой паузе в коридоре меня окликнула Аннета. Когда я обернулась, она летела ко мне на всех парах, а за ней прогулочным шагом следовал Натан. Лицо у Аннеты было встревоженным.

– Ну наконец-то! – воскликнула она. – Ты где пропадала? Я тебя потеряла! Вчера весь вечер тебе названивала – и дохлый номер!

В этот момент к нам подошёл и Натан. Я кинула на него изучающий взгляд, чтобы понять, сколько он успел рассказать Аннете. Но, судя по выражению его лица, не особо много.

Я снова посмотрела на подругу.

– У меня телефон сломался. Прости, что заставила поволноваться, – я натянула вымученную улыбку.

Натан не сводил с меня глаз, стоя неподвижно, опустив руки в карманы брюк.

– Так вот оно что! Теперь понятно. Кстати, тебя Лоурен вчера обыскался. Вы встретились? Он звонил мне, спрашивал, куда ты запропастилась. Голос у него был, мягко скажем, жутковатый. Я надеюсь, ничего страшного, если я ему подсказала, где тебя искать? – она сделала извиняющееся лицо, а я попыталась не выдать своего разочарования.

Вот, значит, как он меня отыскал! Аннета – предательница! Но она не могла знать, что он дьявол, иначе никогда бы не сдала меня ему.

– Конечно нет! – соврала я.

– Вот и хорошо. Ладно, ребят, я побежала! Не успела сделать вчера задачи по химии, хочу списать у кого-нибудь. Сегодня обедайте без меня! – она поскакала прочь.

Когда мы с Натаном остались одни, я понурила голову.

– Ну и что там у вас произошло на самом деле? – поинтересовался он спокойно.

– И не спрашивай.

– Ты так резко прервала разговор, а потом я уже не мог до тебя дозвониться. Это правда, что твой телефон сломался?

– Ага, об стену, – я нервно хохотнула, а Натан уставился на меня вопрошающим взглядом. Я пояснила: – Лоурен пустил его полетать. Сегодня буду соскребать его остатки со стены и пола. Надежды нет, его не спасти, но он умер с честью, как герой, – моя мрачная мина и интонация испортили шутку, поэтому она вышла совсем несмешной.

– Однако! Это уже серьёзно! Чего он так психанул-то?

– У него спроси.

Я медленно пошла вперёд. Мне совсем не хотелось говорить о произошедшем со мной инциденте. Натан остался стоять на месте; когда я уже почти зашла в аудиторию, он вдруг окликнул меня:

– Лина, есть время после занятий? Хочу тебе кое-что рассказать.

Я неуверенно кивнула. На секунду я заколебалась, прежде чем согласиться. Лоурен может снова приехать меня встречать, а он ясно выразился, что дружбу с Натаном пора сворачивать. Конечно, я не собиралась этого делать, однако рациональная часть меня нашёптывала, что лучше выждать какое-то время и не провоцировать «зверя» ещё больше. Но другая часть меня бунтовала. Под его дудку я плясать не хотела, что бы он ни вытворял.

После пар мы с Натаном встретились на нашей лавочке под ивой.

– Слушай, – начал он серьёзным тоном, – я не хочу, чтобы у тебя из-за меня были проблемы.

– Ты не виноват в том, что Лоурен параноидальный шизофреник. Так что забудь.

– Он ведь ревнует? Ты, конечно, говорила, что такого быть не может, – поспешил он добавить, – и всё-таки его поведение жёстко на ревность смахивает, извини…

Я совсем поникла после его слов, ссутулила плечи и уставилась в землю. Ревность, значит… но почему ревность? Я не могла разобрать. Ревновать можно любимого человека, но я им не являюсь, так как он всегда любил только Карину. На меня же Лоурен смотрит скорее как на приватизированную квартиру. Пользоваться мной на своё усмотрение может только он.

От таких мыслей кровь у меня ещё больше закипела. От злости я стиснула зубы. Эгоист проклятый! Только этим и можно объяснить его поведение. Но почему было просто не запереть меня в комнате, как он это уже делал? Он же меня чуть не изнасиловал, ублюдок!

– Не извиняйся. Ты его плохо знаешь. Я сама с ним как-нибудь разберусь.

Пристальный взгляд Натана прожигал меня насквозь. Может, мне стоит поделиться с ним своим несчастьем, но я просто не могла выговорить вслух то, что со мной произошло.