Шурави. Книга 1 (страница 7)
Сержант включил пульт внутренней связи и нажал на кнопку микрофона.
– Паша, как ты там? – в динамике секунды две была тишина, потом раздался щелчок.
– Нормально, товарищ сержант! – раздался в динамике голос Дхоева.
– Чурбан вроде, а Паша! – удивился Рыжий.
– Он чеченец. Это мы его Паша зовём, а так он Пашá. А далеко до Кабула?
– Тебе как – в километрах или в часах? – Рыжий вопросительно посмотрел на сержанта.
– И так и так!
– По километражу около пятисот, а по времени… – Рыжий задумался. – От многого зависит. Если на Саланге погода не подведёт, то… Ну короче, не принято у нас время назначать! Примета такая! Так что… – Рыжий многозначительно замолчал.
– Понятно.
Однообразный пейзаж не располагал к беседе, да и честно говоря, сержанту было не до бесед. Колонна, соблюдая скорость и дистанцию, всё дальше и дальше отдалялась от границы, от той земли, которую здесь называли емким словом – СОЮЗ.
Глава 7
Гул вертушек окончательно стих. Остался лишь шум ветра да шелест редкой и сухой травы. Он с удивлением заметил, что перестал замечать постоянную головную боль. Видимо, организм уже адаптировался и выключал болевые рефлексы. Тошнота прошла, но боль осталась. Он присел на землю.
– Я шёл не туда! Вертушки явно идут на базу. Да и Кабул где-то в той стороне. Значит, нужно идти на юго-восток. Но как? Вокруг скалы, и единственный путь, на который хватит сил, – это тропа, по которой иду уже несколько дней.
Он осмотрелся по сторонам. Тропа, которая привела его сюда, спускалась по склону и исчезала за очередной скалой. Чуть дальше к югу восточный склон гор становился менее крутым, и можно было попробовать сойти с тропы и изменить направление на юго-восточное. Солнце, несколько часов назад начавшее своё восхождение на вершину небосвода, прогревало остывшие за ночь скалы, и от них кое-где поднимался едва заметный пар. Нужно было идти, превозмогая боль и усталость. Идти и обязательно найти своих.
Тропа обогнула практически отвесную скалу и резко пошла вниз, теряясь среди валунов, заваливших дно ущелья. Он сделал осторожный шаг, но нога предательски подкосилась. Он взмахнул руками в отчаянной попытке сохранить равновесие, но сил не хватило, и он, упав на спину, скатился по крутому склону на дно ущелья.
Отлежавшись и придя в себя после падения, он осмотрелся. Тропа терялась среди огромных валунов и практически не была видна на засыпанном обломками камней дне ущелья. Он с трудом поднялся и попытался отыскать хоть какие-нибудь признаки тропы, но тщетно. На восточном склоне он ещё до падения заметил одинокое дерево, стоящее недалеко от тропы.
– Нужно идти на это дерево – тогда опять выйду на тропу, – он окинул взглядом восточный склон и увидел возвышающуюся над валунами крону.
В этот момент он отчётливо почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Это странное ощущение было знакомо ему с детства, когда они беззаботными мальчишками играли в незатейливые военные игры. Он резко обернулся, желая увидеть того, кто следил за ним. Но ничего, кроме серых скал, на которые падали лучи восходящего солнца, не увидел.
– Чертовщина какая-то! – подумал он и двинулся по каменистому ущелью, ориентируясь на крону одинокого дерева.
Через несколько минут, обогнув очередной валун, он вышел к восточному склону. Метрах в ста от того места, куда он вышел, виднелась тропа. Чуть левее по склону стояло то самое дерево. Пожелтевшая листва ещё не вся опала, образуя под деревом тень.
– Нужно отдохнуть у дерева, – подумал он. – Торопиться некуда.
Собрав остаток сил, он двинулся по склону к манящей тени. Подходя к дереву, он отчётливо услышал под ногой хруст, нагнулся и поднял раздавленный грецкий орех.
– Орех! Это же грецкий орех!
Быстро очистив ядро от скорлупы, он с жадностью стал разжёвывать ароматное ядро. Под деревом и на его ветвях было много плодов в ещё не до конца раскрытой высохшей оболочке.
Отдых затянулся. Он сидел под деревом рядом с довольно большой горкой очищенной скорлупы. Желудок, в который впервые за последние несколько дней попала такая жирная и калорийная пища, издавал невообразимые звуки. Чувство голода немного отступило, но навалился сон. Глаза закрывались сами собой, но нужно было идти. Наполнив карманы орехами, он вернулся на тропу.
Калорийные орехи придали сил, и он достаточно быстро преодолел крутой подъём и вышел на пологий склон, по которому тропа поднималась к небольшому плато. Здесь кое-где виднелась молодая поросль травы.
Вдруг вновь возникло то чувство, как будто кто-то следит за ним. Он затылком почувствовал чей-то тяжёлый взгляд и хотел обернуться, но не успел.
Он услышал хлёсткий звук выстрела, и в ту же секунду сильный удар в районе поясницы сбил его с ног! Падая, он ударился головой о камень. В глазах потемнело, и сквозь наваливающуюся тишину он услышал затухающее эхо выстрела, разносящегося по горным ущельям.
––
Пейзаж за окном стал меняться. Всё чаще и чаще стали появляться признаки растительности. На горизонте в серой дымке сплошной стеной возвышались горы. Несколько раз по сторонам от дороги им попадались остовы сгоревшей техники. И лишь две нитки трубопровода да вездесущие суслики сопровождали их.
– Скоро развилка на Мазари-Шариф и Кундуз! – Рыжий огляделся по сторонам. – Тут ещё более-менее спокойно, да и дорога нормальная.
– А где не спокойно?
– Это как повезёт! – Рыжий улыбнулся. – Не дрейфь, сержант! Глянь, какая красота впереди!
Горы с каждой минутой приближались всё ближе, и в свете утренней зари их абрис всё чётче вырисовывался на фоне неба. Колонна шла, наверное, уже около часа. Видимо, из-за раннего времени движения по трассе практически не было. Один раз прошла встречная колонна из нескольких бензовозов в охранении пары БТРов.
Наконец впереди показалась небольшая ложбина, за которой были видны какие-то сооружения. Головной БТР уже повернул и, пройдя несколько сот метров, остановился. По радиосвязи прошла команда «Стой». Растянувшаяся колонна как гармошка начала собираться за поворотом. Рыжий лихо повернул на развилке и остановился в метре от стоящего впереди автомобиля.
– Ну вот и развилка! Здесь наш блокпост совместно с сорбозами! Размяться не хочешь, Шурави? – спросил Рыжий, выпрыгивая из кабины.