– Да неужели? – не поверила Ника, посмотрев на Льва. Мужчина с тем же непроницаемым лицом. Интересно, он хоть какие-то эмоции проявляет, ответил:

– Да, у нас были дела неподалеку. Решили заехать, рассказать, что узнали из

того списка, что вы нам прислали.

– Так быстро? – спросила я.

– А почему просто не позвонили? – это уже Ника.

Вопросы мы задали одновременно, на что мужчины, переглянувшись, усмехнулись.

– Время поджимает, поэтому мы стараемся все делать в кратчайшие сроки, – пояснил Владимир.

– Я звонил, но у тебя недоступно, – ответил уже Лев, с намеком посмотрев на Нику.

Сестренка полезла в сумку за телефоном и, найдя искомое, повернула дисплей в сторону Льва:

– У меня нет пропущенных.

Нахмурившись, он достал свой телефон и по памяти набрал цифры, поставив вызов на громкую связь.

– "Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети", – раздался механический голос из динамика, тогда как Ника все еще держала включенный телефон.

– Ничего не понимаю, – покачала я головой, так же доставая средство связи и набирая сестренку. Через несколько секунд раздалась мелодия, и она, скинув звонок забрала телефон Льва. Покопавшись в нем, она что-то в нем нашла и протянула обратно:

– Последняя цифра неправильная. Лев достал свой блокнот, сверился с написанным и показал это Нике.

– Вот черт, моя ошибка, – повинилась она и сама же исправила номер. И не откладывая в долгий ящик, скинула себе звонок. Когда с этим было покончено, Владимир спросил:

– Вы сейчас свободны?

– Да, – ответила ему. И тут мой желудок решил намекнуть, что его надо срочно кормить громкой трелью.

– Как насчет перекусить? – заметил Владимир, пока я старалась не краснеть. Как же неудобно.

– Почему бы и нет, – пожала плечами Ника. И, не стесняясь, первой пошла в сторону машины. Лев усмехнулся и последовал за ней.

– Прошу, – предложил свою руку Владимир.

– Благодарю, – со смехом взялась за нее и в сопровождении пошла к машине.

Расположившись, как и в прошлый раз, мужчины спереди, мы сзади. Владимир повернулся к нам и спросил:

– Какую кухню предпочитают дамы?

– Без разницы, – ответили мы хором. Говорить в унисон у нас уже стало привычкой, как и повторение фраз друг за другом.

– Значит, на наше усмотрение, – констатировал он.

Ехали мы с включенным радио, поэтому разговаривать было ни к чему. Я рассматривала проплывающие здания, задаваясь вопросом, как все так обернулось. В то, что совершил отец, верилось с трудом. Я и помочь то хотела лишь из желания найти его и спросить «зачем?». Зачем он так поступил? Неужели у него проблемы с деньгами? Почему в таком случае не обратился ко мне? Мы бы вместе придумали, как решить проблему. Хотя, чем я бы смогла помочь? Сама еще студентка, живу, перебиваясь редкими подработками и помощью Ники, которая оплачивает большинство счетов. На первом курсе я пыталась совместить работу и учебу, но получалось откровенно паршиво и, посмотрев на мои старания, Ника попросила сосредоточиться на университете и ни о чем не переживать. Посмотрев на печатавшую что-то в телефоне сестру, порадовалась, что она есть в моей жизни и, не сдержавшись, привалилась к ее плечу, переплетая наши пальцы.

– Ты чего? – с удивлением спросила она, но руку не забрала, несмотря на то, что я ей помешала, просто отложила телефон обратно в сумку.

– Ничего, – покачала головой, с улыбкой прикрывая глаза.

– Точно? – переспросила она.

– Абсолютно, – заверила ее. Чуть наклонившись, она оставила легкий поцелуй на моем виске и, положив свою голову на мою, задумчиво рисовала невидимые линии на своих коленях.

– Приехали, – возвестил Владимир, как только машина остановилась.

Не успели мы выйти, как мужчины уже открыли двери с наших сторон и галантно помогли выйти. Место ,куда нас привезли, было очень даже уютным. «Fiore» гласила надпись над входом в окружении искусственных цветов. Стеклянные двери с металлическими ручками гостеприимно пропустили нас в здание. Внутри стояли столики по всему периметру отгороженные ширмами с украшением все тех же цветов. Под потолком висели выключенные сейчас светильники вперемешку с серебристыми бабочками. Деревянная лестница с металлическими перилами, что вела на второй этаж, так же украшена, как и все остальное. Такое обилие цветов, очень уж гармонично смотрелось, ненавязчиво, а ширмы создавали чувство приватности.

– Добро пожаловать, – с улыбкой подошла к нам девушка в черном платье – футляре с небольшим вырезом из-за стойки, прямо напротив входа. На бейджике, прикрепленном с правой стороны, было имя «Алина»

– Здравствуйте, – поздоровались мы.

– Зал для курящих или некурящих? – поинтересовалась она.

Переглянувшись, мы с Никой постановили:

– Для курящих.

– Прошу за мной, – пригласила она и повела нас на второй этаж.

Там были стеклянные двери, что разделяли помещения на два зала с промежутком между ними, со стоящим здесь же черным диваном и низким столиком. Нас провели в один из них, где работала вытяжка, и было немного прохладнее, чем в основном, но не критично. Народу было совсем мало, всего несколько человек за столиками у стены.

– Присаживайтесь, – подвела она нас к столику возле входа, рассчитанным на четверых, с мягкими диванчиками.

Мы сели друг напротив друга, и девушка, оставив меню, сказала, что скоро официант подойдет и примет заказ, поставив посередине пепельницу.

– Так, что же я хочу, – вслух принялась выбирать Ника из предоставленного ассортимента блюд. Я же, последовав ее примеру, листала глянцевые страницы с аппетитными фотографиями. Жадность и голод требовал всего и побольше, но вступившаяся рациональность намекнула, что не влезет.

– Здравствуйте, готовы сделать заказ? – появился рядом официант.

Мужчины заказали себе по чашке кофе и что-то мясное, я же остановилась на ризотто с морепродуктами, чизкейке с ягодами и большой кружке чая. Ника заказала себе запеченные баклажаны с сыром, пасте с белыми грибами, а на десерт попросила яблочный штрудель с мороженым и кофе. Когда же официант ушел с нашим заказом, Ника вытащила из сумки сигареты и прикурила, подталкивая пачку в мою сторону.

– Курить вредно, – процитировал надпись на упаковке Владимир, смотря на меня.

– Жить в принципе вредно, – пожала плечами, затягиваясь порцией никотина.

Он не первый и не последний человек, что делал такие замечания, и я перестала как-либо реагировать после десятого. Кому какое дело, что и как я делаю. Это мое здоровье, и только я могу им распоряжаться. В этом был какой-то свой медитативный процесс.

– Согласен, – подмигнул он и без спроса вытащил сигарету, прикуривая.

В нашей компании только Лев никак на это не отреагировал.

– Так что вы узнали? – перешла к насущным вопросам Ника.

– Те имена, что вы дали только один человек, контактировал с вашим отцом месяц назад, – взял слово Лев, раскрывая свой блокнот.

Я заметила, что он с ним в принципе не расстается, держа при себе в кармане куртки. А вот интересно, почему он не потребовал свою кофту обратно и никак не отреагировал, что Ника все еще в ней, будто это и не его вовсе.

– И кто же это? – полюбопытствовала сестренка, стряхивая пепел.

– Волшин Никита Андреевич, – ответил мужчина.

– Не знаю такого, – нахмурилась Ника и повернулась ко мне, – Мила?

– Да, отец упоминал своего друга Никиту как-то раз. Я запомнила, потому что он стал крестным его сына, где-то года полтора назад. Он тогда пьяный позвонил, поделился, так сказать, радостью, – пытаясь вспомнить детали того разговора, сказала я.

– Мы хотели бы съездить по тому адресу, что у нас есть. Проедетесь с нами? – спросил Владимир.

– Сейчас? – переспросила Ника.

– Ну, поедим и поедем. Чего откладывать то? – поправил ее мужчина.

– А если его дома нет? Все же разгар рабочего дня, – засомневалась я.

– А он безработный, может, конечно, и работает где-то неофициально, но что я сомневаюсь, – протянул Владимир, потирая переносицу.

– Почему? – допытывалась сестренка.

– Что почему? – не понял мужчина.

– Почему сомневаешься?

– Да там такая сомнительная личность, – неопределенно махнул он рукой, – лучше сами все увидите.

– Ладно, – с сомнением согласилась Ника.

Нам как раз принесли наш заказ, и мы на протяжении нескольких минут молча поглощали еду. Все же хорошо, что я не заказала еще что то, так как порции были приличные.

– Милка, – позвала Ника меня давним прозвищем, – попробуй, – положила мне на тарелку кусочек баклажана.

– Мммм, вкусно, – одобрила угощение. Ника усмехнулась и переложила мне еще несколько кусочков. Тут же с удивлением заметила, что кто-то положил рядом с ними порезанное мясо.

Подняв глаза на сидевшего напротив меня Владимира, наткнулась на пристальный веселый взгляд. Что ж, почему бы и нет, мясо я любила, поэтому, все так же глядя в его глаза, наколола кусочек на вилку и отправила в рот, зажмуриваясь от удовольствия. Пряное, слегка острое, мягчайшее мясо было той же прожарки, что я любила. Не это ли счастье.

– Эй, зачем, – отвлек меня недовольный голос Ники. И, посмотрев в ее сторону, чуть не рассмеялась. С обиженным видом она выбирала из своей пасты такое же порезанное мясо и перекладывала обратно в тарелку Льва.

– Извини, думал, ты тоже хочешь, – немного смущенно пробормотал он. А я ушам и глазам своим не верила, что бы этот мужчина да проявил такие эмоции. Не верится, но доказательство сидело прямо перед глазами.

– Да ладно, – махнула она рукой.

– Чего это она? – спросил тихо Владимир, обращаясь ко мне, но остальные его тоже услышали.

– Да просто не люблю, – весело отозвалась Ника.

– Как так? – удивился мужчина.

– Вот честное слово, – недовольно проговорила она, – почему, когда я говорю, что не люблю мясо, так на меня смотрят так, будто у меня вторая голова резко выросла? Что в этом такого?

– Да ничего, – пожал он плечами, – просто странно.

– Вот смотри, у тебя же есть продукт, который ты не любишь?

– Конечно, – подтвердил Владимир, а Лев поддержал его кивком.

– Вот и у меня тоже самое, – вздохнула она, – но моя «особенность» немного извращенной формы.

– В смысле? – уточнил Лев.

– Признаю, пахнет оно так аппетитно, что аж слюнки текут, но стоит мне попробовать – так просится обратно, – пояснила Ника, грустно вздыхая.

– Сочувствую, – искренне пожалел ее Владимир, – и давно с тобой такое? Может, к врачу стоит обратиться?

– Да я с рождения такая неправильная, – горько усмехнулась она, я же нахмурилась.

Почему-то показалось, что она сейчас говорила совсем не о предпочтении в еде. Но Ника быстро взяла себя в руки и уже с весельем принялась рассказывать, как в детстве мама пыталась насильно впихнуть в нее столь полезный продукт, но Ника стояла горой, несмотря на различные угрозы, шантаж и обещания. Так за разговорами мы прикончили обед, и уже сидя с положенным десертом, Ника спросила:

– Так куда ехать надо?

Лев назвал адрес, а я присвистнула:

– Далеко.

– Мы вас потом до дома подвезем, – заверил Владимир, опять утягивая сигарету из лежащей рядом пачки.

– Замечательно, – одобрила Ника, делая глоток кофе, немного скривившись.

– Что-то не так? – заметил это Лев. Если бы я не смотрела на нее в этот момент и не заметила бы, а он такие детали подмечает.

– Да не, нормально, – отмахнулась Ника, но мужчину такой ответ не устроил, и он нажал специальную кнопку для вызова официанта, что стояла здесь же посредине стола.

– Слушаю вас, – через минуту уже стоял парень, что приносил наш заказ.

– Девушка заказывала кофе, но сахар не упоминала, – холодно ответил ему Лев, прожигая внимательным взглядом, отчего тот поежился.