Приключение в Коктебеле

В разгар лета, в отчётный период, бухгалтеру в ресторане безумно сложно уйти в отпуск. Можно сказать, что уйти в этот момент можно только вперед ногами. У меня сложилась близкая к этому состоянию ситуация – развод, маленькая смерть. Подруги в буквальном смысле вытолкали меня за дверь моего же дома, с чемоданом и электронным билетом, помните, как в фильме "Любовь и Голуби", открыл дверь из дома, хоп, и море. Приблизительно так у меня и получился не запланированный отдых.

 Коктебель – посёлок на побережье, где испокон веков искали вдохновения или упоения, но скорее приключений, художники, музыканты, писатели и, нудисты. Модное местечко, даже вино с таким названием имеется. Коктебель. Набережная узкая, пляж еще уже, мелкая галька острыми шипами впивается в непривыкшие городские стопы. Отдыхающие тюлени пёстрой массой слились с пляжем, места нет для упавшего яблока, а что там про меня говорить. Долго искала жилье. В сезон – это проблема. Я бродила пару часов вдоль коттеджей и гостевых домов, все под завязку. И тут навстречу подвернулся низкорослый жилистый, весь в морщинах-бороздах, дедок. Беззубой кривой улыбкой прошамкал, что у него есть неплохой одноместный вариант с личным входом.

 Я так устала, таская тяжеленный чемодан по ухабистым дорожкам Коктебеля, что была согласна на все. Ну не все, конечно. Предлагаемый по описанию номер полулюкс оказался деревянной пристройкой к дому для туристов, но, что немаловажно, дед не обманул. Был отдельный вход, из хозяйского сада попадаешь в мой караван – сарай. Иначе не назовешь. В нем было окно – дот, отстреливаться от поклонников косточками вишни. Кровать, тумбочка и пару гвоздей, которые выдержат вес плавок. Вот и все убранство. Ерунда, я же приехала лазить по горам, ездить на экскурсии и дышать морским воздухом. Спать я планировала мало, мысли о расставании еще не покидали меня. И я разработала на десять дней себе конкретный такой маршрут, поверьте, он был очень активный и энергозатратный, местами и опасный. По незнанию особенностей местной флоры и фауны, два раза наткнулась на змей. Но поняла, когда встретила егеря у подножия горы, спускаясь. Он долго крутил у виска пальцем. В целом, отдых удался, побывала в Судаке, Ялте, посетила Евпаторию и несколько монастырей со святыми источниками. Место на пляже я застолбила. Личное.  Один милый, престарелый, с кожей цвета медной сковородки нудист, каждое утро услужливо стелил для меня свое полотенце. Любители загорать голышом заняли лучшее место у моря, песчаную широкую косу у подножья горы. И их совершенно не смущала я в купальнике, а меня не раздражали они, сквозь чёрные очки я, порой, наслаждалась потрясающими видами. Десять дней пролетели как косяк уток, зрелищно и быстро. В   день отъезда утрамбовала еле – еле свои вещи и сувениры в чемодан. В наружный карман дорожной сумки положила паспорт, деньги, билеты на самолет и проездной до Симферополя на автобус. И по традиции, задолго до отъезда, рано утречком отправилась на море, окунуться перед дорожкой да монетку кинуть. Сижу, тащусь от морского воздуха, но состояние какое-то тревожное, да и дождь начал накрапывать, небо мгновенно затянулось тучками.  Над морем поднялся серый туман. Я помчалась в свой сарайчик. Надо ехать, лучше заранее, в дороге же всякое бывает. Согласитесь?

 Проверяю снова привычным движением карман сумки, а там …пусто. Ни паспорта, ни денег, ни билетов. Соответственно, не уехать, ни улететь. При любом раскладе – баста! Яростно начинаю разгребать чемодан, сумку, протрясла даже завёрнутые в упаковку сувениры. Или я долбанутый или лыжи не едут. Но паспорт же был здесь! Я в слезах на трясущихся ногах выбегаю в хозяйский сад, стучусь к деду с бабкой в дом, ору во весь свой не тихий голос. Тишина. Отдыхающая Леночка, соседка, говорит, мол, только-только на рынок уехали на своих жигулях. Паника парализовала дыхание. До вылета самолёта еще семь часов, но до аэропорта полтора часа езды, и толку то, как туда добраться? А как вылетать без паспорта, даже если я доберусь. Я даже не заметила, как оказалась со своими пожитками на трассе. Таксисты участливо интересовались, чем помочь? Мозг лихорадочно работал…

 Я стою у ресторана – замуж поздно, сдохнуть рано… Помните, как там у Радзинского? Вереница мыслей пролетела за секунду. Я стояла у ресторана толи «Плакучая ива», то ли «Улыбка Коктебеля», оттуда доносился курортный гимн всех времен «У ресторана», все в тему, а я промокшая до нитки, в шлепках и с глазами побитой собаки. Вариант просить милостыню был как нельзя кстати, но я его решительно исключила. Таксисты, проезжающие мимо, заходящие в питейное заведение, приморские «холостяки», подкатывали свои шарики, конечно, но, когда узнавали причину моего столбового стояния, отчаливали со скоростью военного крейсера. Попыталась залезть зайцем в автобус, на входе запросили билет, рокировка не удалась. Выставили снова на трассу. Состояние реветь как белуга, но я верю в свою счастливую звезду. Паники не было. В вразвалочку подошёл мужчина, армянской наружности курортный мачо. Он был уверен в своей неотразимости. Я уже скороговоркой повторила историю моего фиаско. Он, оригинально прицокивая языком, сказал:

– Эээ, Джан, ты встрЭтил того, кто решит любой твой проблем. И Сурен потащил меня к своему, ну очень близкому знакомому, местечковому держателю власти, участковому Арсену. До сих пор помню их имена.

 Опорный пункт оказался всего в двухстах метрах от места моей временной дислокации. На кабинете табличка «Майор милиции Арсен Погосян», конечно, а какое еще звание может быть у выездного начальника единственного отдела милиции в Коктебеле. За столом, добротным таким, с резными ножками, под красное дерево, я не столяр, возможно из него, сидел Он. Вершитель судеб Арсен, наиприятнейшей наружности, но со всеми атрибутами уверенного в себе начальника на шее, на руке, на запястье. Килограмма полтора золота на нем говорило о его возможностях. Ботинки, задранных на стол ног, подтверждали статус владельца. Майор был искренне взволнован историей. Деловито схватил телефон и вкрадчивым голосом заговорил со знакомой из аэропорта, мол, не может ли она помочь одной знакомой его родственника. Девушка на том конце связи заявила, что без паспорта не реально. Только консульство. Консульство работало по определённым дням, два раза в неделю, люди стоят ночами в очереди на прием. Жизнь – это или дерзкое приключение, либо ничто, как говорила Хеллен Келлер. Значит, пусть будет дерзкое приключение.

 Майор Арсен театрально стукнул кулаком по столу. Станиславский бы поверил. Прикурил сигарету и жадно втянулся. Думал. Я не мешала, проворачивая разные варианты исхода событий. Уже готовилась за оказанную помощь совершить «натуральный обмен». Арсен неожиданно промямлил, что не вязалось с его образом: «Ну, что, машина моя в ремонте, пусть вам подружки денег вышлют. Ну, мне могут выслать. У вас же паспорта нет». Майор прищурился сквозь дым. Хм, я пожелала доброго дня и вышла. Дождь кончился, пар поднимался над дорогой. Выброс адреналина в кровь уже произошёл, меня начало трясти. Нагнал Сурен: «Ну че ты обиделся, полтора часа туда, столько же назад, порожняком. За красивый глаза, кто поедет?» Я говорю, хороший человек поехал бы. Отвали. Участливый поклонник наклонился к моему уху и в пол голоса затараторил, мол менты, когда не помогают, иди к бандитам. Меня разобрал истеричный смех, я плюхнулась на высохшую после дождя скамейку, и хохотала на весь Коктебель. По-моему, ведь это одно и то же. Нет?

– Ну что ты, джан, нервний такой? Вверх иди через дорогу, только не говоры, кто сказал. Замок будет с Башнями, спроси Колю. Здээсь все его. Думаю, догаваритэсь, – Мачо хотел меня приобнять, но я успела выставить перед ним чемодан. – Ну как знаешь, пошел я, – повернувшись ко мне спиной, он поднял руку вверх, как балерун, и уплыл, напевая армянский мотив.

 Восхождение в горку далось не просто с поклажей, когда полуденное солнце июльское не щадит совсем. Минут пятнадцать стояла, пытаясь продышаться, у ворот Замка Коли. Неожиданно открылась резная железная калитка и нарисовался, хрен сотрешь…тот, который держит тут ВСЕ. Красивый, голубоглазый, импозантный мужчина, лет сорока пяти с душевнеийшей белозубой улыбкой. Голый торс, смуглое рельефное тело. Шорты в цветочек вызывали доверие. Коля протянул широченную ладонь, приветствовал меня по-мужски: «Чем обязан? Милое создание заблудилось?» И тут прорвались океаны слез…силы покинули меня. Бывают такие мужчины, которым хочется отдаться. Ой, нет, это не то, о чем вы подумали, имела ввиду довериться, с первого взгляда. Мужчины, которые решат твои проблемы одним взмахом руки, кивком головы.

 Николай, хитро прищурившись, пропустил меня вперед, широко распахнув калитку в свои чертоги. Перед глазами открылись райские сады и волшебные фонтанчики, не хватало павлинов и единорогов. Даже июльская жара трусливо отступила перед его самоуверенностью.  Прекраснейший из мужчин увлек меня в тенистую беседку. По мановению волшебной палочки на столике появились искристые пузырящиеся прохладительные напитки. Я, утирая нос, захлебываясь солёными слезами, поведала печальную историю. Николай неожиданно, заливисто так, рассмеялся. Застал врасплох.

– Ну и жук, Тимофеич, на твои кровные на рынке пару часов назад закупался!

 Вдруг где-то рядом надрывно заплакал ребенок, и возле беседки возник облик Мадонны с младенцем. Дама имела бледно – сердитый вид, вдруг святой образ растекся, я догадалась, райские кущи сейчас превратятся в бушующий ураган.

– Олюшка, детка, проснулись мои хорошие?

– Ты опять? -женщина всей своей позой давала понять, здесь мне не рады.

– Родная, ну что ты, у девочки беда, нужно помочь! – Николай попытался реабилитироваться, забирая орущего ребенка к себе на грудь. Малыш заугукал, начал сучить ножками, очевидно, придя в восторг от крепких мужских объятий. Замолчал, теребя соску и пристально, с детской непосредственностью, рассматривая меня.

– Алинда, знакомься, моя сестра! Бывает в плохом настроении, не пугайся, ох уж эти кормящие мамаши.

 Оля потрепала ласково брата по щеке.