И он, услышав просьбу дочери, бросает на меня косой взгляд. Затем снова смотрит на Софу, слабо кивая.

– Да, ангел мой. Как скажешь.

Далее я читаю малышке сказку на ночь, прямо как в детстве, когда ей было всего пять. И несмотря на то, что Софа стала постарше, она все равно довольно быстро засыпает.

Смотрю в одну точку на стене, крепко сжимаю руки, до боли. Юра молча сидит сзади от меня.

– Ты можешь ехать. Я побуду с ней, – мой голос глухой и безжизненный. Кажется, этот день разом убил меня, высосал все силы. Еще вчера у меня была счастливая семья, здоровая дочь. Сегодня -ничего.

– Вера, – с упреком рычит Юра.

– Я попрошу Данила, он нас заберёт и отвезет домой.

– Прекрати, – Юра повышает голос, но так, чтобы не разбудить дочь.

Встаю на ноги и подхожу к предателю ближе, остановившись в пол шаге от него и смотря на него разочарованным взглядом.

– Юра, езжай. Тебя ждут.

На что муж начинает злиться ещё сильнее. Его лицо стремительно краснеет, челюсти сжимаются, глаза сверкают яростью. Он встает на ноги и стискивает мой локоть так сильно, что я чувствую боль. Его дыхание – тяжелое и прерывистое, словно он вот-вот взорвется от гнева. Юра с силой тащит меня за собой и выводит в коридор.

Благо, что он пуст, и мои родители уже уехали домой.

По коже пробегают неприятные мурашки, я никогда не видела своего мужа таким злым. Наверное, потому что рядом я – старая и скучная жена, сухая и деревянная. Будь на моем месте его новая любовь, он бы вел себя совершенно по другому. Эта мысль ранит мое больное сердце. Доводит до отчаяния.

– Ты нарочно это делаешь? – здесь он уже дает волю гневу. Его басистый голос отдается звоном в тихом темном коридоре.

– Что я делаю? Отправляю тебя туда, где ты сейчас должен быть? – хмыкаю я, вырвав свою ладонь и сложив руки на груди. Внутри все клокочет от боли и жгучей обиды на неверного супруга.

– Я сказал, перестань, – муж снова грубо хватает меня за запястье, приблизившись в упор к моему уху, опаляет его жарким дыханием. – Оставь свои ядовитые фразочки при себе. Наша дочь больна. И сейчас для меня она на первом месте, ясно тебе?!

Резко отстраняюсь от предателя, пытаюсь вырвать руку из его стального захвата. Но он будто бы назло, сжимает её крепче.

– Поэтому мы с тобой забываем все то, что было сегодня за ужином. Продолжаем играть счастливую семью. Ради Софы.

– А если я не хочу? Если я не хочу больше иметь с тобой никакой семьи?! – раздраженно шиплю, ощущая, как в уголках глаз собираются слёзы.

– Хочешь ты этого или нет, спрашивать никто будет. Придется, Вера. Придется, – в голосе Юры звучит металл. Чувствую себя в его грубом захвате слабой безвольной куклой. Понимаю, что предатель прав. У меня нет выхода. Ради здоровья и благополучия своей девочки я на все пойду. Даже на сделку с самим дьяволом.

– А как же твоя любовница? По ночам к ней бегать будешь?! – не удерживаюсь от очередной колкости. Возмущение вместе с отчаянием захлестывают меня с ног до головы.

– А вот это тебя не касается, дорогая. Забудь о любовнице. Жила же как-то до этого, даже ничего не подозревая. Вот и дальше живи.

Глава 6

Вера

Сказать, что я возмущена до предела, значит, не сказать ничего. Слова Юры просто выбивают меня из колеи. Я не понимаю, как смогу жить рядом с мужем зная, что он будет периодически бегать к своей любовнице. Беременной любовнице.

Но… Сама не замечаю как, проходят недели. Я взяла больничный, чтобы быть рядом с Софой, проходить все обследования и услышать официальное подтверждение диагноза. Теперь моя девочка будет носить с собой специальный ингалятор, на случай, если приступ вновь повторится.

Юра… Я старалась избегать с ним общения. Думала, так мне удастся унять боль внутри.

Я понимала, что рано или поздно он окончательно уйдет, и я останусь вдвоем с дочкой. Мы останемся вдвоем с дочкой с разбитыми сердцами. Этого момента я боялась больше всего, и в то же время понимала, что так долго мы не продержимся. Неужели Юра не понимает, что нашей дочке все равно будет больно?!

Когда он якобы задерживался на работе, я понимала, что он у неё. В эти моменты меня сжигала дикая боль и жгучая ревность, осознание того, что уже никогда не будет как прежде.

Однажды, когда Юра является домой за полночь, нарочно не ложусь спать и жду его приезда.

– Почему не спишь? – сухо проговаривает он, заметив меня в комнате, где я нарочно оставила работать ночник. Когда Софа засыпает, я ухожу спать в гостиную. Не могу больше делить одну постель с предателем.

Подхожу ближе к мужу, складываю руки на груди. Очерчиваю его пустым взглядом, но в груди все ещё больно свербит.

– Как долго ты ещё собираешься жить на две семьи?!

– Ты меня пилить на ночь глядя решила? – Юра заводится с пол-оборота. Только сейчас замечаю, что он не в духе. Очень странно. По-моему, от любовницы нужно приходить, как минимум, в приподнятом настроении, а не злым как собака. Что у них произошло?

Может, поссорились? Боже, да какая мне разница! Юра уже не часть меня. Он теперь чужой.

– Я задаю вопрос сейчас, потому что раньше у меня не было возможности с тобой поговорить! Ты целый день где-то, – выдаю с наездом, ощущая, как воздух между нами накаляется. Голос дрожит от еле сдерживаемых эмоций.

– Вера, давай потом. У меня был тяжелый день, – устало бурчит Юра, пытаясь пройти мимо меня. Я преграждаю ему путь, впирая решительный взгляд.

– Нет, Юра. Сейчас.

Предатель издает шумный вздох и закатывает глаза. Демонстративно трет переносицу, показывая, насколько сильно он устал бегать от одной семьи к другой.

– Что ты хочешь? – в его голосе звучит раздражение.

– Я так больше не могу, Юра. По-моему, ты задержался здесь… – отрезаю по живому, хоть и понимаю, что без Юры нам с Софой первое время будет тяжело, но лучше сделать это сейчас. У нас ведь есть ещё и Данил. Старший сын не так давно женился и у него уже своя отдельная семья, но если нам потребуется какая-то помощь, я уверена, что он поможет и мы сможем обойтись без предателя.

– Софа ещё не выздоровела, – находит он причину своей задержке.

– Юра, у неё астма! Она не лечится, если ты не понял! Это на всю жизнь! – кричу «шепотом», чтобы не разбудить дочь. Взгляд Юры сужается, челюсти напрягаются, издают едва слышимый скрип.

– Не торопи события. Я сам решу, когда настанет время, – увиливает от ответа предатель, и это снова выводит меня из себя.

– Тебе, конечно, очень удобно. Ты то там, то сям. А обо мне ты подумал?! Мне каково сейчас, зная, что ты не едешь домой, потому что проводишь время со своей любовницей?!

Юра грубовато хватает меня за плечо, прижимает к стене. Грубый оскал заставляет вздрогнуть, и даже где-то в глубине души закрасться страху.

– Потише, дочь разбудишь, – рычит он мне на ухо. Его горячее дыхание обжигает, пытаюсь отстраниться от него, но не могу. Тело немеет. Когда-то Юра, примерно в такой же позе, так страстно меня целовал, а теперь я не испытываю ничего, кроме боли и разочарования.

– Или ты нарочно хочешь, чтобы она все услышала?! – продолжает напирать предатель, затем резко отстраняется. Выдыхаю, чувствуя себя освобожденной.

Правда, должного облегчения не чувствую. Я была права, Юре просто удобно жить на две семьи. Он проводит время с дочерью, она живет в розовой сказке из лжи, где её психика не травмирована разводом родителей.

Когда ему захочется, он едет развлекаться с любовницей. Затем снова возвращается домой… Нет, я устала. Я больше так не хочу. Нужно что-то решать. Но Юра, кажется, как раз-таки не хочет ничего решать.

– Дай мне время, – уже тише добавляет муж, отойдя на самый дальний угол комнаты. Так, что свет ночника не доходит до него, лишь темная фигура виднеется вдали. Там стоит мужчина, который стал моим личным кошмаром.

– Сколько? День, неделя, год? До тех пор, пока я снова не закачу скандал?! – голос звенит обидой, пытаюсь успокоиться, понизить его, но не получается.

– Мам, пап… Вы что, ругаетесь? – слышу сзади себя тонкий голосок Софы.

Внутри меня все обрывается. Мир плывет перед глазами. Юра выходит из тьмы, сверля меня обвиняющим взглядом.

Глава 7

Вера

– Нет, что ты, милая, – отмираю я, натянув на лице беззаботную улыбку. Глаза дочери выражают беспокойство. Неподдельный детский страх закрался в глубине выразительных голубых глазок.

– Мы просто разговариваем с папой, – стараюсь сделать так, чтобы голос звучал максимально непринужденно.

– У твоей мамы слишком громкий голос. Прости, милая, если мы тебя разбудили, – вставляет свое слово Юра, вкладывая в свои слова скрытый укор. А взгляд такой, будто бы это я одна во всех бедах виновата. Негодяй.

Черты лица Софы сглаживаются. Страх и подозрение неладного тут же исчезают, а её хрупкие плечики расслабляются.

– Хочешь, я почитаю тебе сказку? – ласково глажу дочку по мягким волосикам.

– А можно п-папа? – несмело спрашивает малышка, и я чувствую неприятный укол ревности. Отгоняю эгоистичные мысли в сторону, я понимаю Софу, меня она видит постоянно, а Юра у нас человек занятой. То по работе, то по любовницам скачет.

Софа просто соскучилась по нему, поэтому и хочет, чтобы он был рядом с ней, уделил ей внимание. Возможно, она чувствует, что её отец скоро уйдет из семьи… Эти мысли наносят острый удар куда-то в район солнечного сплетения. Так, что становится трудно дышать, воздуха словно не хватает.

– Да, конечно, солнышко, – голос Юры смягчается, в нём сочится вся любовь и нежность по отношению к дочери.

Софа и Юра скрываются в дверях детской, а я снова остаюсь одна. Со своими мыслями. Этот разговор снова ни к чему не привел. Мне что, пинками под зад выгонять Юру? Как вообще действовать? Как сделать так, чтобы было правильно? Я не понимаю. Запуталась в этой паутине лжи, боли и отчаяния, которую создал Юра. Это все из-за него!

Спустя полчаса слышу тихий щелчок двери. На цыпочках из детской выходит Юра. Значит, дочь уснула.

– Мы не договорили, – торможу предателя, правда на этот раз уже полушепотом, чтобы не помешать в очередной раз сну дочери. В тишине мой голос кажется строгим.Наверное, сказывается учительская деятельность.

Юра подходит ближе. Наклоняется вплотную, так, чтобы я достаточно хорошо расслышала его слова:

– Хватит. Из-за тебя дочь едва не раскусила нас! Думаешь, ей было бы легче, если бы она услышала наш разговор?! – рычит мне на ухо подонок, и его обжигающее дыхание касается моего уха.

– Она все равно рано или поздно узнает. И легче ей от этого не станет! – шиплю в ответ, голос садится на отчаянный хрип.

– Она узнает тогда, когда я посчитаю нужным это сделать.

– Когда?! Когда твоя любовница родит тебе ребенка? Может, прям на выписке и огорошишь Софу, что ты променял нас на другую семью?! – слова выходят из меня с глухим свистом, понимаю, что снова не могу сдержаться. Контроль летит к чертям, и я вообще не помню, чтобы когда-либо позволяла себе говорить все, что вздумается.

Юру цепляют мои слова. Он грубо хватает меня за руку, его пальцы впиваются в кожу мертвой хваткой.

– Прекрати. Иначе я тоже могу не сдержаться, – с угрозой цедит предатель, и я не понимаю, на что это он намекает?!

– Признай, тебе тоже удобно, что я рядом. Все будто бы по-прежнему…

С силой отпихиваю от себя предателя. Он отшатывается назад, отряхивая рубашку.

– По прежнему никогда не будет! – цежу сквозь стиснутые зубы.

– Спокойной ночи, Вера, – пыл предателя резко сходит на нет. Он просто молча уходит в спальню, плотно закрывая за собой дверь.

Мерзавец! Да что он о себе возомнил? Он не имеет права управлять нашими жизнями так, как ему вздумается. На кону здоровье нашей дочери. Как физическое, так и моральное.