Развод в 46. Ты всё разрушил (страница 4)
Ложусь на неуютный диван, к которому никак не привыкну. Всю ночь кручусь в постели, так и не найдя удобное положение, в котором смогла бы уснуть.
Просыпаюсь в удрученном разбитом состоянии. Сегодня я выхожу на работу в школу, Софа также выходит на занятия после перерыва из-за болезни. Предстоит тяжелый день, а я с самого утра ощущаю жуткую слабость и апатию. Замазываю синяки под глазами, а также, уже ставшие очевидными, морщины, плотным слоем тонального крема.
Завтрак проходит в накаленной обстановке. Во всяком случае, для меня. Потому что мне снова приходится играть роль любящей жены. Юре это дается намного легче. А я чувствую скованность и укор совести, что обманываю дочь. Лью ей в уши сладкую ложь, когда на самом деле наша семья уже давно разрушена.
– Пока, папуль! – прощается Софа с Юрой, помахав ему рукой.
– Пока, принцесса! До вечера, – он подмигивает ей, а меня же пробирает колючими мурашками от его слов. Сколько это будет продолжаться?
Расходимся по машинам. Юра уезжает на работу в одиночестве. А мы вместе с Софой едем в школу, в которой я работаю, а она учится.
Я очень надеялась, что хотя бы этот день пройдёт гладко и не принесет мне никаких сюрпризов. Ощущаю неладное ещё тогда, когда мой урок прерывает завуч. Постучав в дверь, она прочищает горло и выдает сухим деловым тоном:
– Вера Владимировна, вы мне нужны.
Медленно опускаю руку вниз, кладу мел на место, так и не дописав формулу на доске до конца.
– Дети, посидите спокойно пожалуйста, я скоро вернусь, – объявляю я, хотя вовсе не уверена, что мои избалованные восьмиклашки послушаются меня.
Выхожу в безлюдный коридор, наблюдаю на себе размытый взгляд Раисы Игоревны – завуча школы по воспитательной работе, строгой и серьезной женщины, которая всю свою жизнь посвятила школе. Настолько сильно, что так и не обзавелась семьей, в свои пятьдесят три года женщина живет совсем одна в компании трех кошек.
– Что-то случилось? – внутри зарождается неприятный отголосок тревожности. Неужели кто-то из моих учеников что-то натворил? Иначе Раиса Игоревна бы не пришла просто так посреди урока.
– Да. Случилось. Ваша дочь София устроила драку со своими одноклассницами.
Глава 8
Вера
После четвертого урока спешу на разговор с учителем Софы -Эльвирой Геннадьевной.
Все дети уже разошлись, лишь одна Софа сидит в коридоре, понуро опустив голову вниз. Дочь прекрасно понимает, что сейчас будет, поэтому даже боится посмотреть на меня.
– Жди меня здесь и никуда не уходи! – строго выдаю я, Софа лишь кивает в согласии.
Постучавшись в дверь, вхожу внутрь.
Класс пустой, только солнце, пробиваясь сквозь окна, рисует пылинки в воздухе. Эльвира Геннадьевна сидит за своим столом, скромным и аккуратным, как и она сама.
Заметив меня, она приветственно кивает. Молодая голубоглазая блондинка смотрит на меня с укором. Создается ощущение, что это не дочь моя подралась, а я сама.
Мы с Эльвирой Геннадьевной относимся друг к другу нейтрально. Между нами нет ни дружбы, ни вражды. Она пришла в школу не так давно, полтора года назад и класс, в котором учится Софа – первый в ее опыте. Девушке всего двадцать три, и она только его набирается, но почему-то держится обособленно от коллектива.
– Добрый день. Объясните мне, что случилось, – я присаживаюсь напротив неё.
Прочистив горло и расправив плечи, Эльвира Геннадьевна выдает с очевидным упрёком:
– Софа подралась с двумя девочками. Лизой и Варей. Не знаю, что там у них произошло и что они между собой не поделили, но Софа начала эту бойню первой, – женщина смотрит на меня предосудительным взглядом. Глаза впиваются в меня острой хваткой, от такого пристального взгляда ощущаю себя некомфортно. Ощущение, что я сама являюсь нашкодившей ученицей под прицелом строгого учителя. Но прогибаться я не собираюсь.
– Так узнайте, – решительно выдаю я, отчего учитель изумлено хлопает ресницами. Смотрит на меня так, будто бы я её оскорбила. С возмущением.
– В смысле?
– Вы не знаете, что девочки не поделили. А я вам говорю, что следовало бы для начала узнать причину конфликта, а затем обвинять Софу, – незаметно сжимаю кулаки. Хоть я и злюсь на дочку, все равно буду до последнего стоять за неё. Потому что я знаю свою девочку, она за всю свою жизнь и мухи не обидела. И если она начала применять силу, значит, дело серьезное.
– Решать проблемы кулаками это не подобает общешкольным правилам, – не ожидав от меня такого сопротивления, скомкано выдает девушка.
– Я прекрасно это знаю, Эльвира Геннадьевна. И не говорю, что моя дочь поступила верно. Но, возможно, эти девочки могли ее обидеть или наговорить что-то неприятное, спровоцировать нарочно, что вывело Софу на эмоции. Вы же в курсе, что у неё астма… – стараюсь говорить спокойно, но внутри все кипит. Кажется, что все проблемы разом навалились на мои плечи.
– Я в курсе, – грубовато перебивает девушка, – Но не стоит прикрываться болезнью.
От резкого высказывания учителя на миг теряюсь. Думала, Эльвира Геннадьевна будет более… Понимающей, что ли. Становится немного обидно от предвзятого отношения девушки, ведь Софа очень любит свою учительницу и всегда положительно к ней относилась.
– У Софы сейчас тяжелый период в жизни, – заплетающимся языком проговариваю я, ощутив как от дикой сухости во рту он прилип к небу.
– У вас проблемы в семье? – пристальный взгляд коллеги заставляет невольно вздрогнуть. Ощущение, что она видит меня насквозь.
– Эм… Нет, – проглотив плотный ком, вставший поперек горла, выдавливаю из себя.