– Так что осталось только довести работу до конца. – Владимир снова стал серьезным и жестом приказал следовать за ним по парку. – У того парня – Юра, да? – жизнь будет уже не совсем радужной, потому что, во-первых, Ника поселила в нем необузданный, в чем-то даже дикий иррациональный страх. Во-вторых, – он повернулся к Арслану, – Арс, советую быть осторожным в формулировках: «У тебя в голове что-то помутилось после падения». Теперь ваш Юра, скорей всего, сойдет с ума, потому что ты заложил в него мысль о помутнении рассудка, которая великолепно сочетается с кошмаром Ники. Это может произойти быстро, может чуть медленнее, зависит от того, хватит ли у вас духу завершить начатое. Тут расклад такой: либо другие души, либо вы.

Владимир отвел их к одной из дальних беседок. В этой части парка было немноголюдно.

– Вы можете либо облегчить страдания мальчика сейчас, либо отказаться и испортить ему жизнь. Но в этом случае вам все равно придется восполнить баланс и привести Велесу душу другого человека. Человека, Игорь. – Владимир чуть повысил голос и сурово посмотрел на него. – Я готов поверить в то, что ты испугался и действовал по ситуации в амбаре, но впредь такого прощать никто не будет. Последствия, повторюсь, ты знаешь.

Игорь не выдержал и, выпутавшись из рук Ники, замахнулся, чтобы ударить Владимира. Кулак остановился в нескольких сантиметрах от его лица, словно уперся в невидимую стену. Владимир раскрыл глаза от удивления.

– Неужто Климентий не рассказал, что не сработает?

– Не рассказал, – процедил Игорь.

– Как так запамятовал. – Владимир отвел его кулак. – Правила такие. Двоедушники не могут друг другу навредить. Ладно, ребятки, вы осмысливайте, принимайте решение, время у вас до Крещения есть. Накануне встретимся, доложите о состоянии вашего одноклассника, и разойдемся на год. Адь е! – Он широко улыбнулся, помахал им рукой и удалился в противоположную сторону парка.

Игорю показалось, что он уловил какой-то запах. Легкий, едва заметный, незнакомый. Он даже не мог определить, не было ли это игрой подсознания, настолько запах был мимолетным.

«Не игра. Так пахнет страх. Я тоже учуял».

«Почему он боится?»

«Хороший вопрос».

– Игорь? – одернула его Ника. – Игорь! – Она схватила его за рукав. – Да что с тобой такое! – Она недовольно нахмурила брови и сложила губы некрасивой «уточкой».

Игорь поморщился: ему не нравилось, когда Ника злилась, потому что ее и без того нестандартное вытянутое лицо с глубоко посаженными глазами приобретало жуткие и неприятные черты. Конечно, она оставалась по-своему красивой – ведь все наши любимые люди красивы? – но злость ей совершенно не шла, как будто вытаскивала изнутри ее настоящую. А внутри Ника была той еще ведьмой, Игорь давно это понял, а недавно еще и воочию наблюдал.

– Да ничего, – бросил он резко и набрал воздуха, чтобы ответить что-нибудь еще, но тут же спокойно выдохнул. Снова это ощущение, как будто что-то сильное загорелось внутри и тут же потухло. Противно. – Задумался, – сухо добавил Игорь.

Ника отпрянула от него.

– Задумался? Задумался?! Тут такое происходит, а ты «задумался»? – закричала она. – Как мы это расхлебывать будем? Почему ты не рассказал про своих родителей?

– Не ори, – осадил ее Арс. – Пойдемте отсюда, надо решать, что делать.

– Решать нечего. – Игорь остался стоять на месте. – Обсуждать тоже нечего. Варианты нам разложили. Положительного выхода нет.

– В смысле, нет?

– В смысле, что мои родители не просто так умерли в мой день рождения. Выход – только смерть.

Все замолчали. Лишь переглядывались, ожидая, кто заговорит первым. Ведь кто-то должен был в конечном счете заговорить первым? Кто-то должен был взять на себя ответственность и огласить решение, которое и без того им было уже известно?

– Не хотите доводить дело до конца, я сам это сделаю, – нарушил тишину Игорь.

– А ты чего такой д’Артаньян, а? – вмешался Ярослав. – Ты изначально особняком был, а теперь что изменилось? Ты же вроде предостерегал нас, а теперь хочешь втянуть всех в это по уши?

– Я жить хочу, – отрезал Игорь. – Мы уже дружно в это втянулись. Теперь остается только двигаться вперед.

Игорь не лукавил. Прощаться с жизнью, когда она еще толком и не началась, он точно не хотел. Еще больше он не хотел оставаться двоедушником, но так уж сложилось. Видимо, дядя был прав: яблоко от яблони, или как он там выразился.

– Значит, пойдем все вместе, – заключил он. – Сделать это надо сегодня, чтобы никто не передумал.

– Ты предлагаешь прямо сейчас вернуться в больницу? Это не будет подозрительно? – спросила Ника.

– Не будет, если с нами пойдет его лечащий врач, – тихо, но уверенно вступил Ярослав.

– Брат, ты хороший актер, но навряд ли ты сможешь обмануть медперсонал, они своих-то уж знают, – сразу отрезал Арс.

Яр мялся и кусал губы, оглядывался по сторонам и топтался на месте.

– Кажется, я могу превращаться в других людей, – наконец объявил он. – Тоже не хотел говорить, пока не проверю пару раз. Видимо, придется импровизировать.

* * *

Они зашли в отделение незадолго до окончания приемных часов. «Мы быстро, вы нас и не заметите», – нашептывал Арслан медсестрам и остальному персоналу. Одна за другой петли тянулись от них с Ярославом по всей больнице. Это можно было бы сравнить с паучьей сетью, но Игорю это представлялось чем-то пострашнее. Интересно, если бы они видели все эти нити и одновременно ухватились за них, что бы случилось?

Когда они зашли в палату, Юра спал. Игорь впервые задумался, как так вышло, что он лежал один в палате на четверых. Тоже Арс постарался? Зачем? Знал, что придется остаться с ним наедине? Знал, что придется его убить?

– И как мы это сделаем? – заерзал Ярослав. – Кто-нибудь вообще об этом подумал? Игорь? Прошу главного активиста из Гаскони выйти вперед, – яростно зашептал он.

– Может быть, не придется делать… «это», – сказал Игорь, подходя ближе к Юре и стараясь не реагировать на привычные подколки Ярослава. – Точнее, я кое-что попробую сделать, а дальше будем действовать по ситуации.

– Пояснить не хочешь? – спросил Арс.

– У меня тоже проявились способности. – Игорь даже к нему не повернулся. Достал из куртки ножницы, которые схватил наугад на посту медсестры. Почему-то подумал, что для такого дела нужно было что-то медицинское. Хотя, если уж говорить начистоту, Игорь в принципе не особо понимал, какой инструмент мог подойти. Разве что точно не ножовка.

– Сначала расскажи. – Арс остановил его, сильно сжав плечо. – Ты можешь нас всех сейчас подставить. Ты совсем недавно говорил, что доведешь дело до конца, а теперь юлишь.

Игорь дернул рукой, но было ожидаемо, что из железной хватки друга ему не вырваться. Он тяжело вздохнул и подцепил ладонью нити, шедшие от Юры к Арсу и Нике.

– Вы это видите? – Он приподнял руку чуть выше. Двоедушники недоуменно уставились на него. Так он и думал. – А я вижу. Это похоже на… нити с крючками. Они идут от жертвы, – он посмотрел на Юру и сделал паузу, – к бесу. К вам в том числе. Я не сразу понял, когда впервые увидел. Не знаю, как это еще объяснить, но как только вы используете свои силы, вы как будто петлю на жертву набрасываете. Я так и нашел Юру в амбаре – по нити от Ники.

Остальные подошли чуть ближе, пытаясь разглядеть то, на что показывал Игорь, но не видели ничего, кроме его руки. Арс недовольно сощурился.

– Почему ты не говорил? – возмутилась Ника.

– Потому что я не знал, что это, – огрызнулся Игорь. Ему не нравилось, что за хорошее дело он еще должен перед друзьями оправдываться. – Может быть… Может быть, если я смогу эти нити разорвать, то никого не придется убивать. Тогда не будет никаких поставок душ Велесу, не будет необходимости оставаться двоедушниками. Вдруг получится?

– Думаешь, это можно сделать обычными ножницами? – хмыкнул Ярослав, на всякий случай прислушиваясь. Мимо палаты периодически проходили медсестры и врачи, но они даже не пытались проверить пациента.

– Я не знаю, – процедил Игорь. – Но я хочу попробовать все исправить, прежде чем оборвать чью-то жизнь. Я – будущий врач все-таки.

Арслан не удержался от смешка.

– В этом весь ты. – Он покачал головой. – Несколько дней назад ты красиво заявлял, что еще не давал клятву Гиппократа, а теперь прикрываешься студенческим билетом. Может, нам и не надо ничего исправлять?

– Я в любом случае попробую, не получится – сделаем то, за чем пришли, – холодно процедил Игорь. Он не был удивлен. Ярослав и Ника молчали в ожидании, что Арслан как всегда за всех примет решение. Только в этот раз Игорь будет принимать решения сам.

Арс задумался на пару секунд, но в итоге кивнул и сделал несколько шагов назад, оттесняя остальных подальше от кровати.

Игорь глубоко вздохнул и подошел к койке Юры. Осторожно взял нити в руку. Они стали ярче. Как будто толще. Какие-то тяжелее, какие-то – легче. Игорь длинно выдохнул, задержал дыхание и попробовал разрезать одну из них – ему показалось, что она лежала выше других, значит, начинать нужно было с нее. Руки не дрожали. Никогда не дрожали, чем он очень гордился, потому что в институте учили, что рука врача должна быть твердой.

Движение ножницами – нить поддалась и разорвалась.

– Одна есть, – шепотом сказал Игорь. Бросил короткий взгляд назад: это была петля Арса, видимо, созданная сегодня во время их первого визита. Обрывок тонкой нити упал на пол и повис, все еще торча из груди Юры, крючок Арса и вовсе исчез. Игорь обратил внимание, что такие же ниточки, пусть и намного тоньше, торчали из его руки и ноги – видимо, даже после смерти бесы оставляют свой след. Мерзкое зрелище.

Игорь подхватил следующую петлю – более легкую. Долго выбирал, разрезать ее или другую – почему-то чувствовалось, что важен порядок. Обе вели к Нике. Выбрал наугад, потому что не мог понять, какая из них оказалась на Юре раньше, какая отвечала за ночной кошмар, а какая – за морок.

Еще одно движение ножницами.

Лезвие как будто затупилось.

– Ай. – Ника скривилась и схватилась за голову. – Голова раскалывается. Так должно быть?

– Твою мать, – Игорь повернулся к ней. Нити Ники запылали красным светом, словно предупреждая о попытке уничтожения.

Юра очнулся с громким вздохом, выгибая спину и закатывая глаза. Рухнул на кровать. Обрывки разрезанных нитей и петли Ники затянулись и связали все его тело, врезаясь, впиваясь, проникая через кожу к костям.

Юра перестал дышать.

Игорь чуть не выронил ножницы.

Арслан заткнул рот Нике за секунду до крика.

– Уходим, – скомандовал он. – Уходим, ничего не трогайте! – повторил он чуть громче для Ярослава, который хотел, видимо, как-то помочь Юре. – Отпечатки оставишь, придурок, уходим. – Арс бросил Нику в руки Игоря и оттащил Яра за ворот халата. – Мы уже ничем не поможем, – зло бросил он сквозь зубы.

* * *

В следующий раз они заговорили, когда ушли подальше от больницы и затерялись среди празднования в одном из баров.

– Это. Что. Было? – делая паузу после каждого слова, спросил Арслан. – Ты что с ним сделал?

– Наверное… – Игорь сглотнул и спешно выпил разом половину джин-тоника. – Наверное, петли нужно разрезать в обратном порядке. Я… не понял… Перепутал…

– Ну… Нам же все равно надо было… – Яр быстро провел ладонью у своего горла, оглядываясь. – Простите, конечно, но я почувствовал облегчение. Наверняка Владимир бы по-любому нас дожал, и так или иначе этим бы все закончилось.

– Хотя бы я не одна это чувствую… Как будто на душе стало легче. Не знаю только, какой точно. – Ника обхватила себя руками, потирая плечи, словно от холода. – Странное ощущение, да? – обратилась она к Игорю и Арслану.

Только вот Игорь понимал, о каком облегчении говорил друг. Он его уже испытал в том самом амбаре, когда прорубил череп амбарника топором. Сейчас Игорь чувствовал панику. Он. Убил. Человека. Из-за него погиб его знакомый, по факту, жертва бесовского эксперимента. Игорь понимал, что теперь он повязан со своими друзьями и Велесом до самой смерти, неважно, когда она за ним придет.

Осознание жгло где-то в районе лопаток, сдавливая легкие. Игорь еле сдерживался, чтобы не залить этот разгорающийся пожар алкоголем – по опыту дяди знал, что только сделает хуже.