Что они и сделали, предложив остатки еды и закуски из бара. Озорство домового поутихло, и он устроился в своем углу, наблюдая за снующими туда-сюда людьми. Иногда он даже играл с Гавраном и присматривал за Лом, когда она поднималась в свою квартиру на втором этаже. Их шеф-повар Бастьен последовал за Лом из их родного города в Луизиане, но отказывался сидеть и трястись от страха в одиночестве в «Короле Пик» после захода солнца. Он потребовал, чтобы женщины выкрасили потолок в небесно-голубой цвет, а это, как говорили, отпугивало призраков. Девушки так и сделали, но Мия могла поклясться, что домовому новый цвет пришелся по душе.

– По крайней мере, он стал вести себя не так дерьмово, – беззаботно заметил Кай, и домовой погрозил ему кулачком. Кай расстегнул молнию на кармане куртки, вытащил купюру и протянул ее Мии. – Принесешь мне виски?

– Виски! – возмутилась Лом. – Это все, что ты когда-либо пил. Попробуй одно из моих варев.

– Ладно. – Кай усмехнулся. – Я в игре. Какое из твоих зелий лучшее?

На лице Лом расцвела триумфальная улыбка, ореховые глаза засияли от возбуждения.

– «Русалка». Полынная водка, бенедиктин, горькая настойка, ржаной виски, коньяк и сладкий вермут, дополненные активированным углем, зеленой пудрой и лимонной цедрой для украшения.

Брови Кая взлетели вверх, когда челюсть Мии упала чуть ли не до туфлей. «Русалка» была творцом тяжелой утраты Лом, а сам Кай пострадал от встречи с демоницей.

– Мрак. – Кай жестом согласился на напиток. – Запиши на мое имя.

– Тебе не нужно за это платить. – Лом схватила бутылки, но Кай покачал головой:

– Я заплачу. – Он взглянул на бумагу в руках Мии: – Что это?

– Вероятно, работа. – Она показала ему имя. – По-видимому, пропавший человек. Я попрошу Аму проверить.

Кай неодобрительно хмыкнул при упоминании этого имени. Он поднялся с табурета и взял электрическую бритву Лом, которую она держала в ящике для мусора под стойкой бара. Неторопливо приблизившись к латунному зеркалу на соседней стене, он наклонил голову и начал подравнивать волосы, а пряди падали на домового.

– Она все еще в Южном Бостоне?

– Конечно, – сказала Лом, закончив готовить напиток. – Она не просто горячая, она крутая, и она сломает тебе колени, если ты сейчас же не уберешь свою шерсть с моего пола.

– Твой кот-гоблин сожрет ее, – пробубнил Кай, грубо взъерошив свою жесткую гриву, чтобы убрать выбившиеся пряди. Он всегда стриг волосы коротко по бокам и оставлял на макушке длиннее, но, несмотря ни на что, они были дикими и, казалось, росли быстрее, чем сорняки весной.

Лом открыла рот, чтобы рявкнуть в ответ, но Мия перебила ее.

– Это правда, – кротко сказала она. – Я видела, как он ел волосы. И уховерток.

Лом передала «Русалку», которая скользнула по стойке, и скривилась, словно проглотила что-то кислое.

– Думаю, мне не на что жаловаться.

Кай вернул бритву и отважился сделать глоток своего коктейля.

– Черт, – он сглотнул сквозь стиснутые зубы, – я ненавижу то, что мне это нравится.

Лом хихикнула, расставляя бутылки по полкам.

– Я добавила в меню две новинки: «Черный волк» и «Белая волчица».

Кай разглядывал изумрудный блеск, переливающийся в его бокале вместе с углем.

– И это…

Она смущенно улыбнулась.

– Мое переосмысление «Олд фэшн» и «Уайт рашн», вдохновленные двумя моими любимыми пушистыми друзьями.

– То есть ты превратила меня и Аму в фирменные коктейли. Уверена, что тебе не понадобится моя шерсть? – Кай проглотил остатки смолянистой жидкости, когда Лом пригрозила ему физической расправой. Пообещав не подсыпать свои остриженные волосы в напитки, Кай сполоснул стакан, пока Мия собирала вещи.

Завернув остатки кренделя в салфетку, Мия присела на корточки и положила его на пол. Домашний дух наклонил голову, открыл рот и прохрипел:

– Спа…сибо.

Глаза Мии округлились как блюдца, и она прикрыла рот рукой, а другой замахала Каю и Лом.

– Он заговорил по-английски! Он учит английский!

– О, блеск, – невозмутимо произнес Кай. – Теперь оно научилось раздражать меня на двух языках.

Гавран приземлился рядом с домовым и клюнул крендель. Домовой бросился вперед, защищая свое подношение от ворона-воришки.

– Эй, оставь его в покое, обжора, – пожурила Мия своего пернатого компаньона, когда тот устроился у нее на плече. – Побудь здесь, пока не вернется Ама. Составь компанию Лом.

Гавран фыркнул в ответ, затем взмахнул крыльями и подлетел к кассе, где Лом закончила пересчитывать наличные.

Надев куртку, Кай взял Мию под руку и встал рядом с домовым.

– Готова выдвигаться?

– Конечно. – Она забрала у него одежду. – Ты в порядке, Лом?

Но подруга лишь отмахнулась:

– Выметайтесь уже, голубки. Пора закругляться.

И действительно, был уже почти час ночи. Мия потянула Кая за рукав, ее взгляд упал на сливовые тени, покрывавшие его подбородок.

Его рука обвилась вокруг ее поясницы, когда он последовал за ней на улицу, а свежий ночной воздух приветствовал их, как старых друзей.

* * *

Их двухкомнатная квартирка была такой же старой, как и сам город. Расположенная на втором этаже трехэтажного дома, она могла похвастаться двумя целыми окнами и ванной, отделанной розовой плиткой, что Мия сочла изюминкой роскошного интерьера. Каю, конечно, было наплевать на пастельные тона, но он был поклонником соседнего круглосуточного магазина на углу, где была аптека и достаточное количество прилавков с закусками, чтобы удовлетворить его ночную тягу к свиным шкваркам и майонезу. Мия предпочитала «Данкиз» через дорогу, хотя иногда составляла компанию Каю только ради того, чтобы посмотреть, как он безуспешно увиливает от Марти, чересчур разговорчивого владельца магазина.

Прихожая вела в скромную гостиную с окном, выходящим на восток, двухместным спальным местом и старым сундуком, который по совместительству служил журнальным столиком. Кай бросил ключи на кухонную столешницу, покрытую бежевым ламинатом 80-х годов, и повесил куртку на крючок за дверью. Две конфорки на плите были сломаны, а духовка внутри выглядела так, словно пережила апокалипсис. В их холодильнике едва хватало продуктов на неделю, а микроволновая печь занимала половину места для приготовления пищи. Это было не то, что имели в виду родители Мии, когда советовали ей самой устраивать свою жизнь, но это был самый счастливый дом, который у нее когда-либо был.

– Мне нужно принять душ, – заявил Кай, когда Мия сняла обувь и повесила свою верхнюю одежду рядом с его. Он достал из кармана куртки канареечно-желтые бинты для рук – те, что она ему подарила, – и аккуратно отложил их в сторону, чтобы постирать.

Мия полагала, что избиение людей руками, обмотанными предупредительной лентой, соответствует чувству юмора Кая, но она не знала, насколько он к ним привяжется. Девушка считала, что бинты также помогают ему не забывать о том, куда он возвращался после ночи сломанных костей и подпольных боев: к человеку, который любит его.

Кай прошлепал по коридору, раздеваясь на ходу. Он стянул с себя футболку, затем – джинсы, повесив их себе на предплечье, под полосами ободранной кожи проступили напряженные мышцы спины. Мгновение спустя включилась вода, и Мия направилась в спальню в конце приземистого коридора.

Их спальня была тесной, кровать занимала почти каждый дюйм пространства на полу. Они придвинули ее вплотную к окну, чтобы иметь доступ к шкафу, а это означало, что Мии приходилось переползать через Кая, когда ей ночью нужно было в туалет. К счастью, он был не против, к тому же цеплялся за любую возможность пощупать ее ягодицы. Он спал всего несколько часов кряду, и Мия не собиралась испытывать удачу быть раздавленной каждый раз, когда он отправлялся к холодильнику после дремы.

Сняв джинсы и бюстгальтер, Мия с готовностью сменила повседневную одежду на футболку оверсайз. Она достала записку, которую дал ей незнакомец, и положила ее на прикроватную тумбочку, которую они подобрали в мусорной куче возле соседнего здания. Упав на матрас, девушка закрыла глаза. В последнее время не происходило ничего особенного, и она была рада, что не понадобится Лом в «Короле Пик» как минимум до обеда. Кай также был совой, а это означало, что большую часть времени они проводили вместе после наступления темноты.

– Устала? – его голос прорезал тишину.

Насквозь мокрый и совершенно голый, он рылся в шкафу.

– Почему с тебя капает на пол? – раздраженно спросила Мия.

Он приподнял бровь, вытираясь.

– Потому что кое-кто бросил мое полотенце в корзину для грязного белья.

На его ребрах виднелись синие и сливовые пятна.

– Упс. – Она села, наблюдая, как Кай сбросил полотенце и принялся вытирать лужу ногой. Потребовалось три года упреков, прежде чем мужчина начал убирать за собой – верный признак того, что он наконец приспособился делить пространство с другим человеком. Прошло пять лет, и теперь у него это неплохо получалось. Насколько Мия могла судить, домашний уют ему нравился – то есть до тех пор, пока он мог время от времени слетать с катушек.

Мия смирилась с его потребностью выпускать пар в ночных посиделках и драках в барах, и, к его удовольствию, она даже участвовала в его безобразиях, когда было подходящее настроение. Но он всегда возвращался домой, и, несмотря на все его дикие выходки, его преданность никогда не ослабевала. Он был искренним, иногда чересчур, но после целой жизни притворства и двусмысленностей это стало причиной того, что она влюбилась в него.

Кай Донован был ее лучшим другом.

Он отбросил полотенце в сторону и указал на выцветшую черную футболку, в которую она куталась:

– Это мое.

– Разве? – невинно спросила Мия, рассматривая предмет гардероба так, как будто заметила его впервые. – Ну, я думаю, теперь это мое.

Может, он и был нахальным и целеустремленным, но в то же время безнадежно склонным к соперничеству, а его несносная мелочность конкурировала с богатенькой второкурсницей подготовительной школы Лиги Плюща.

– Теперь я понимаю, в чем дело, – забавляясь, произнес он, направляясь к кровати, на его губах играла ухмылка.

– Ты платишь мне за выпивку в «Короле Пик», но не позволяешь носить твои футболки? – Она ерзала на кровати, отзеркаливая его движения.

Не то чтобы это принесло хоть какую-то пользу. Кай бросился к ней с нечеловеческой скоростью, обхватив рукой за лодыжку. Девушка вскрикнула и вжалась в подушки, ее смех перешел в хихиканье, когда он упал на нее сверху и покрыл шею жгучими поцелуями. Его рука скользнула вверх по ее животу, приподнимая мешковатую одежду.

– Тебе лучше без нее, – прошептал он ей на ухо. Запах крови и виски исчез, сменившись ароматом сосны и пряного мыла, которое подсунула ему Мия.

Она прильнула к его губам, но когда девушка прижала ладонь к его животу, он вздрогнул и резко втянул воздух сквозь зубы.

– Осторожнее с ребрами, – прорычал он, переплетая свои пальцы с ее и отводя руку от чувствительного места.

Мия опустила голову:

– Тебя и правда избивают, пока ты работаешь на Сергея.

– Все в порядке, – отмахнулся он, прижимая ее руку к подушке. – И Сергей не может заставить меня делать то, чего я не хочу. Он просто подгоняет мне жертв.

Мия заерзала под ним, но его упорство ничуть ее не угомонило.

– Я просто не знала, что обычные люди могут так сильно тебе навредить.

Губы Кая ласкали ее подбородок.

– Они хорошие бойцы, все же сильнее обычного человека. Люди могут нанести довольно сильный удар, если их правильно натренировать.

– Перестань нахваливать придурков, которые вмешиваются в нашу сексуальную жизнь, – выдохнула она.

Кай рассмеялся, и его дыхание коснулось ее щеки.

– Они не вмешиваются.

– Да? – Мия подняла голову, с вызовом изогнув губы. – Докажи.

Его глаза сузились, язык скользнул по зубам, скрываясь за улыбкой. Она дразнила его, но Кай и не думал сопротивляться. Он встал на колени, схватил ее за бедра и рывком опустил на матрас. Футболка, которую она у него украла, задралась, и он стянул ее через голову, прежде чем опуститься на локти, и его губы скользнули вниз по ее животу. Его зубы сомкнулись на резинке ее нижнего белья.