В общем, я как могла скрашивала своё пребывание в светлой академии. Все шло прекрасно, за эти дни не только ректор смирился с моим скверным мстительным характером, даже Шат и Орант стали куда слабее реагировать на мои проделки. Шат и вовсе начал принимать всё с поистине аристократическим смирением. Сабина же хоть и злилась, кричать и сыпать угрозами перестала. Лишь бросала ненавидящие взгляды, которые меня ничуть не трогали. Не впервой.

Так продолжалось, пока в один далеко не прекрасный день моя ставшая уже привычной жизнь у светлых резко не изменилась.

А всему виной – встреча с лучшим студентом боевого факультета и по совместительству двоюродным братом Дилана Шата.

Выпускная группа боевиков, задержавшаяся на летней практике, из-за чего, собственно, и пропустила начала учебного года, вернулась в светлую академию чуть ли не с фанфарами. Их возвращение я банально пропустила, увлеченная приготовлением нового зелья для Шата и златовласки – хотя теперь её волосы были зелеными, и она стала напоминать кикимор.

Многие до сих пор считали что кикиморы – это исключительно страшные, усыпанные бородавками старухи с зелеными, вечно лохматыми и грязными волосами. Живущие в самом болоте.

Как же ошибались эти недалекие личности…

Кикиморы отнюдь не были уродинами. Среди них встречались на зависть красивые девушки. И не просто красивые – а удивительно прекрасные.

Многих мужчин сгубила их красота. Оказавшиеся на их землях представители сильной половины человечества были очарованы такими необычными прекрасными созданиями. И сами не замечали, как влюблялись по уши, забывая о прошлой жизни, родных, друзьях и возлюбленных, если они были.

Нас, ведьм, светлые – да и среди темных есть такие – считают коварными. Но настоящие виртуозы коварства – кикиморы. Они не хуже нас умеют готовить многие зелья, в том числе – привороты. И вот привороты у них куда действеннее ведьминских. Об этом не принято говорить в слух, но так и есть. Дело не в их мастерстве или магических силах. Всё дело в редких ингредиентах, которых в избытке хватает в Топях.

Ведьмы единственные, кто уже много лет сотрудничает с кикиморами, ведя торговые отношения, поэтому нам известно о них больше других. Кикиморы не любят контактировать с внешним миром, предпочитая скрытный образ жизни, и тому есть множество причин. Одна из этих причин объединяла нас – во время борьбы с демонами кикимор и ведьм считали их пособниками и безжалостно истребляли. В те безрадостные, полные отчаянья и страха дни мы многих потеряли и навсегда уяснили – с предвзятым отношением и гневно настроенной толпой спорить бесполезно. Как и доказывать свою непричастность.

Те, кто желал видеть в нас худшее, видел бы его, невзирая на правду.

И хотя те времена давно прошли, и нынешний король признал заслуги ведьм и кикимор в борьбе с демоническими захватчиками, память и обида в нас были еще живы и сильны. Мы нехотя шли на контакт, особенно со светлыми, которые когда-то и выступали громче всех за наше полное истребление.

Так вот, вернемся к дням настоящим. Роковая встреча с лучшим студентом боевого факультета вышла запоминающейся.

Закончив работу, счастливо напевая себе под нос, я прибралась в алхимическом кабинете, свободный доступ в который мне любезно предоставила магистр Ранье. Еще на первом практическом занятии магистр оценила мои навыки и неустанно нахваливала, поэтому, когда спустя время я попросила доступ для оттачивания навыков, магистр дала без возражений. Конечно, предварительно убрав опасные и ценные ингредиенты.

Чуть ли не вприпрыжку мчась в комнату, я крепко сжимала в руке драгоценное – в прямом смысле драгоценное, учитывая стоимость ингредиентов, вошедших в состав – зелье. И уже предвкушала, как будет «радоваться» Дилан, опробовав на себе мои труды – даже зажмурилась от счастья – когда случилось непредвиденное. Нога каким-то образом соскользнула со ступеньки, и я, не удержавшись, начала заваливаться вперед.

И в этот самый момент словно из воздуха при полном параде – в парадной форме боевиков – и появился он – Рейган Арвен.

Светлый, судя по всему, не ожидал, что в его объятья так эффектно влетит ведьма, и именно поэтому – точно не из-за моего скромного веса – не устоял на ногах.

А ведь он на выпускном курсе боевого факультета и всегда должен быть готов к неожиданному нападению! Чему их только учат в светлой академии.

Кряхтя, чувствуя некий дискомфорт в ноге, той самой виновнице моего падения, попыталась встать с парня, но не тут-то было – крепкие мужские руки обвились вокруг талии, мешая подняться.

Вскинув изумленный взгляд в лицо светлого, благодаря которому я избежала травм и сумела мягко приземлиться, я на мгновение замерла. Глаза парня были такого насыщенного серого цвета – словно предгрозовые тучи, – что я невольно залюбовалась. Но осознав это, быстро взяла себя в руки и спросила:

– Ты чего?

– Так ты и есть та самая ведьма, – без улыбки произнес парень, внимательно рассматривая меня. Его руки по-прежнему находились на моей талии и не собирались оттуда исчезать. Более того, боевик вообще не подавал вида, что ему вот так лежать некомфортно. А ведь он неслабо приложился во время падения – по крайней мере, обязан был приложиться.

– Да я ведьма. Теперь, когда ты это выяснил, может, уже дашь мне встать? – хмуро спросила. Лежать вот так на парне, практически касаясь своим лицом его, было… непривычно смущающе.

Да, оказалось, я всё еще умею смущаться. Что крайне удручало.

Удерживающая меня преграда исчезла, и я вновь попыталась встать, кулачком оперевшись на грудь парня.

Хруст мы услышали одновременно со светлым, а затем я почувствовала легкую боль и жжение в ладони. Той самой, что покоилась на груди боевика.

«Зелье!» – молнией пронеслось в голове. Но было поздно. Зелье уже вытекло из раздавленного мною бутылька и впиталось в одежду светлого.

Пока я, отряхнув от осколков, осматривала слегка оцарапанную руку, светлый решил действовать.

Рывок, и я оказываюсь на ногах, а напротив стоит парень, чей серый взор полон подозрительности.

– Что было в бутыльке?

– Зелье, – сглотнув, призналась, в панике пытаясь просчитать масштаб последствий.

Пары капель этого зелья более чем достаточно для эффекта, а я пролила всё…

С одной стороны, хорошо, что зелье не попало внутрь, значит, по идее, эффект должен был минимален, а то и вовсе отсутствовать. Но, учитывая силу, вложенную в него, и сложность состава, глупо рассчитывать, что всё обойдётся.

Ну что за невезенье?! Я ведь была так осторожна.

– Какое зелье? – терпеливо уточнил светлый.

– Экспериментальное… – тихо, не желая смотреть парню в лицо, ответила.

Сама не знаю почему но перед этим светлым я неожиданно почувствовала робость и некий страх. Возможно, дело было в том, что он боевик, ведь именно они были теми, кто истреблял ведьм и кикимор когда-то. Опасаться их, можно сказать, у ведьм в крови.

И всё же я разозлилась на себя за трусость.

Чего это я должна робеть и трястись перед ним? Сам виноват, нечего спасать, когда не просят!

– Экспериментальное? – тон парня стал угрожающим, но я не поддалась слабости и, вскинув на него твердый взгляд, ответила:

– Зелье не проверенное, чтобы сработало как задумано, должно быть принято внутрь.

– Чего мне теперь ожидать? – сухо спросили у меня.

Я замешкалась, прежде чем ответить.

– Точно не знаю. Если бы принял внутрь, помучался бы пару дней кошмарами. А так… возможно, всё обойдется.

Боевик дураком не был и мою заминку в конце, как и отсутствие уверенности, заметил. И посмурнел.

– Ведьма, ты в курсе, что опаивать студентов в светлой академии запрещено? – строго спросил он.

– Запрещено серьезно вредить здоровью и жизни студентов и преподавательского состава, – дотошно поправила я. Ибо, прежде чем вставать на путь мести, изучила устав. – Маленькие шалости, не несущие реальной опасности для жизни и здоровья, не запрещены. И тебя никто не опаивал, между прочим. Зелье пролилось случайно.

Про то, что зелье кошмаров не совсем безобидное, разумно упоминать не стала.

– Просто те, кто писал правила, не ожидали, что когда-то в стенах светлой академии появится ведьма, чьи маленькие шалости, – последние два слова боевик произнес с особой язвительной интонацией, – могут знатно подпортить жизнь!

И в чем тут моя вина?

Решив не отвечать на, по сути, риторический вопрос, просто развела руками.

– Если у твоего зелья будут последствия… – с угрозой произнес светлый. И, не закончив, обойдя меня, просто ушел. Вот прям взял и ушел, оставив мучиться в догадках.

Что будет-то?

Раздраженно фыркнув, с помощью магии устранила следы своего преступления – осколки и капли пролитого зелья исчезли – и отправилась отдыхать, даже не догадываясь, что в эту ночь у нас с боевиком будет один сон на двоих.

Глава 4

Мне снился лес, по которому расползался плотный темно-серый туман… Он медленно, не торопясь, стелился по земле, приближаясь к нам.

Ко мне и светлому, с которым мы и оказались тут.

Не было слышно звуков, вокруг стояла абсолютная тишина, и от этого было еще страшнее. Все инстинкты вопили, что туман несет опасность, но я не могла сделать и шага. Как и заговорить.

И не только я. Светлый тоже стоял неподвижно, лишь глаза неотрывно следили за приближением тумана.

Когда туман достиг наших ног, то начал разъедать их словно кислота. Звука по-прежнему не было, боли тоже, но то, что мы видели, заставляло сходить с ума от страха.

Меня так точно. Было мерзко до тошноты.

Туман поднимался все выше… выше… и выше… Пока не достиг моего лица, а потом… я подскочила на кровати с бешено колотящимся от страха сердцем.

«Какого демона?» – возмутилась я про себя.

Допустим, зелье попало и на меня, все-таки я его раздавила, но почему у нас со светлым один кошмар на двоих? Или… почему он был в моём сне?

Растерев лицо руками, прогоняя остатки кошмара, бросила взгляд на мирно спящую соседку. В этот момент я ей искренне позавидовала. Несмотря на кошмар, спать всё еще хотелось, но ложиться было бессмысленно. Зелье подействовало даже через кожу, поэтому спокойно поспать сегодня не удастся. Лучше заняться полезным делом и почитать семейный фолиант.

Стараясь не разбудить целительницу, полезла доставать фолиант и вечную свечу.

Установив свечу на столе, шёпотом произнесла активирующее заклинание, и фитилёк моментально загорелся, давая достаточно света для чтения. Изучение новых заклинаний увлекло, и я не заметила, как пришло время собираться на занятия. Услышав, как начала вертеться Силия, захлопнула фолиант и, убрав его на место, приступила к сборам.

Впервые я собралась раньше соседки и еще пару минут дожидалась её. У нас с целительницей сама собой сложилась традиция вместе отправляться на физическую подготовку.

Зевая и чувствуя полное отсутствие сил и желания что-либо делать, я упрямо топала на полигон. Настроение было отвратным, неудавшаяся месть, обернувшаяся против меня же, не могла радовать. Поэтому, когда магистр Нокс отправил всю группу наворачивать круги, я, под неодобрительным взглядом магистра, забравшись на свою метелочку, вяло полетела, изо всех сил борясь с сонливостью и желанием запульнуть чем-нибудь в бодро бегущего Шата.

Его цветущий, довольный жизнью вид сегодня особенно сильно раздражал. Это словно насмешка над моей неудачей и бессонной ночью.

Последующие занятия я провела на задних партах, пытаясь вздремнуть, но как только начинала засыпать, тут же приходили кошмары. То я оказывалась стоящей в трясине, доходящей до груди, то меня сжирала какая-то демоническая тварь, подло напрыгнувшая со спины, то я горела, а вокруг радостно голосили светлые.

И везде, в каждом сне, присутствовал боевой маг. И хотя его участь была не завидней моей, мне казалось это всё равно не справедливым – светлый воспринимался исключительно причиной всего происходящего, а никак не тем, кто страдал вместе со мной.