– Такой маленький, а столько шума, – пробормотала Зоя. – Надеюсь, он больше не будет орать в ведро, а то так можно и заикой остаться.

Набрав воды, она вернулась ко входу в дом. Хорошо, что есть дрова, можно будет развести огонь. Жаль, чая нет, к бутербродам он был бы очень кстати. Надо поискать, вдруг от предыдущих хозяев остались какие-нибудь припасы?

Внутри таверны было тихо, холодно, пахло сушеной мятой и пылью. Окинув взглядом обеденный зал, углы которого тонули в темноте, Зоя прошла вдоль стойки и толкнула кухонную дверь. Огромная дровяная печь, груда котлов в углу, длинный кухонный стол, над ним доска с висящими ножами, топориками, лопаточками, ложками и еще какими-то непонятными штуковинами. Буфет – огромный резной монстр, набитый стопками тарелок и кружками. Ни намека на съестное, да и растапливать кухонную печь ради чашки горячей воды было глупо.

Пройдя через кухню, Зоя очутилась в небольшом коридоре. Один его конец заканчивался дверью на задний двор, а второй – ведущей наверх лестницей.

Второй этаж был поделен напополам толстой бревенчатой стеной. Задняя половина явно предназначалась под хозяйское жилье. Крохотное подобие прихожей. Две небольшие комнатки: рабочий кабинет с письменным столом, стулом и секретером в углу, и такая же спальня, в которую втиснули кровать, платяной шкаф и тумбочку. Толкнув очередную дверь, Зоя едва сдержала ликующий вопль. Санузел! Ванна! Кран! Повернув ручку, она убедилась, что таскать воду из колодца на второй этаж не придется и поспешила в последнюю комнату.

В небольшой кухне-столовой обнаружилась небольшая, на пару поленьев, печка, мягкое кресло и низкий деревянный столик, накрытый вязаной салфеткой. В висящих на стене шкафчиках Зоя отыскала котелок для чая, мешочки с сушеными малиновыми и земляничными листьями и засахаренную баночку меда. Жизнь, определенно, налаживалась. Конечно, она бы предпочла поужинать тарелкой горячего ароматного плова, но бутерброды тоже сойдут.

Переднюю половину второго этажа занимали три гостевые комнаты и общий санузел. На большое количество приезжих здесь явно не рассчитывали. Спустившись по лестнице, ведущей в обеденный зал, Зоя набрала дров из поленницы, отыскала сумку и в сопровождении пса отправилась в свои комнаты.

Через час, честно разделив последний бутерброд со своим мохнатым компаньоном, Зоя удобно устроилась в кресле и отхлебнула из кружки сдобренного медом травяного отвара. В печке уютно потрескивали поленья, за окном, в угольно-черном небе, поблескивали звезды, Зоя укутала ноги найденным в шкафу пледом и зевнула. Завернуться бы сейчас в теплое одеяло да проспать часов восемь! А лучше десять. Только вот дела сами себя не сделают, так что мечты о сладком сне придется отложить.

Во-первых, нужно было найти кладовку. Наверняка в ней должны быть какие-нибудь продукты. Хотя бы крупа и мука. Во-вторых, нужно было перетряхнуть конспекты по домоводству и кулинарной магии и составить список заклинаний, которые могут понадобиться в ближайшее время. Если есть возможность облегчить себе жизнь – надо ее использовать!

Поиск кладовки Зоя, поколебавшись, отложила на утро. Магические светляки – это, конечно, хорошо, но при дневном свете как-то надежнее. Сейчас лучше заварить себе еще травяного чая, принести из кабинета письменные принадлежности и заняться сбором информации.

Объевшийся песик покидать теплую комнату наотрез отказался. Свернувшись клубком возле печки, он тихо посапывал во сне, время от времени смешно дергая ухом.

– Намучался, бедолага, – посочувствовала ему Зоя. – Мерз, голодал… Ничего, теперь все будет хорошо. Как бы тебя назвать? О, знаю. Будешь Бубликом.

Песик, не открывая глаз, постучал по полу хвостом.

– Вот и договорились, – подытожила Зоя. – Надо бы тебя еще искупать, но это завтра. Спи, а я в кабинет схожу. Надеюсь, тут пишут не гусиными перьями.

В секретере нашлась стопка белой бумаги, баночка чернил, перьевая ручка и два блокнота в кожаных обложках. Один блокнот Зоя без зазрений совести предназначила для личных нужд. Вернувшись в кухоньку, она подбросила в печку еще одно полено, вытащила из сумки тетради и принялась методично перелистывать страницы.

Сначала она радовалась каждой удачной находке, и даже пыталась кое-что попробовать на практике. С уборкой пыли и мусора она справилась с первого раза, а вот с мытьем посуды вышла незадача. Котелок с остатками травяного отвара вместо того, чтобы засиять начищенными боками, просто исчез с печки. Несколько томительных мгновений Зоя соображала, что ей теперь делать, а потом котелок материализовался в воздухе и рухнул на Бублика, расплескивая остывший чай и вялые размокшие листья.

Пес, против Зоиных ожиданий, не испугался. Не открывая глаз, он отряхнулся, переполз на сухое место и снова заснул, свернувшись в идеальный тороид.

Не вставая с кресла – удобно-то как! – Зоя заклинанием убрала с пола разлитое безобразие и снова потянулась к тетради.

Через пару часов ее энтузиазм заметно угас. Пытаться что-то намагичить уже не хотелось. Зоя писала, заправляла ручку чернилами, снова писала и вкладывала в конспекты закладки. К концу второй тетради у нее затекла рука, начало ломить спину и страшно замерзли ноги, потому что плед сполз на пол, а поднимать его было некогда.

Наконец, захлопнув конспект по кулинарной магии, Зоя со стоном распрямилась, начала разминать сведенную судорогой кисть, да так и застыла с поднятой рукой, потому что дверь в коридор начала медленно отворяться. В темноте негромко кашлянули, а потом в кухоньку зашла соседка Вера Павловна.

Глава 8

– Учишься? – насмешливо спросила она.

– Учусь, – со вздохом признала Зоя. – А вы тут как оказались?

– А вот это уж мое дело, – подбоченилась Вера Павловна. – Неблагодарная ты девица, Зойка. Нет чтоб спасибо сказать бабушке, ты то жалобу писать, то вопросы задавать.

– Да за что спасибо-то? – разозлилась Зоя. – Это из-за вас я тут, в этом вот…

Она попыталась вскочить с кресла, больно ударилась коленом о столик, уронила кружку и, вздрогнув, открыла глаза.

За окном светло-серое небо наливалось нежным розовым цветом, знаменуя начало нового дня. Дверь в комнату была закрыта, кружка спокойно стояла на столике, рядом лежал исписанный блокнот. Возле остывающей печки мирно посапывал Бублик.

– Приснится же такое, – пробормотала Зоя. – Эй, Бублик, вставай, пошли искать кладовку!

Пес зевнул, нехотя поднялся и потрусил вслед за хозяйкой. Поцарапав лапой дверь, он шмыгнул во двор и направился по своим собачьим делам. Зоя поежилась от утреннего морозца, оставила дверь приоткрытой, чтобы пес мог вернуться в таверну и приступила к тщательному осмотру дома.

Как и следовало ожидать, дверь в кладовую нашлась на кухне. Привычно переждав, пока голубые молнии проверят ее браслет, Зоя зашла в длинное полутемное помещение. По стенам кладовой тянулись полки, набитые мешками, корзинами и кувшинами. Запах мяты, витавший в таверне, усилился, и Зоя вспомнила, что это признак работающего консервирующего заклинания. Отлично, значит, с голоду они с Бубликом не умрут!

Вертя головой по сторонам и стараясь ни к чему не прикасаться, она дошла до дальней стены. Там, спрятанный за шкафом, уставленным банками и бутылками, стоял стол, на котором лежали две амбарных книги. Зоя перелистала одну: принято сорок килограммов риса, израсходовано три килограмма перловки и семь килограммов картофеля. Интересно, как все это взвешивать? Таких заклинаний Зое точно не попадалось. Сделав себе мысленную пометку прояснить этот вопрос позже, она открыла второй журнал. Принято от старосты Доброслава молока десять кувшинов, масла сливочного пять килограммов, яиц куриных три десятка, гусиных восемь штук, и две бараньи туши общим весом сорок семь килограммов.

Рядом со столом обнаружилась еще одна дверь, ведущая в кладовую поменьше. Полки там были практически пустыми, только на одной стояла корзинка, в которой сиротливо перекатывались три куриных яйца. Зоя с сомнением потыкала в них пальцем. Заклинание определения свежести продуктов было записано в блокноте, который так и остался лежать в кухоньке на втором этаже.

– Ладно, проверим обычным способом, – вздохнула Зоя.

За спиной, соглашаясь, тявкнул Бублик. Поднятые торчком уши и умильная мордочка явно выражали желание позавтракать.

Забрав корзинку, Зоя отправилась обратно на кухню, по пути прихватив с полок бутылку с маслом, несколько картофелин, муку и соль. Недолгая возня с дровами, и вот уже огонь жадно облизывает деревянные чурки. Какое счастье, что каждое лето она ездила к бабушке в деревню! Зоя отлично понимала, что, не имея навыков растапливания печи, она бы в жизни не справилась с этим чугунным монстром. А так – чайник тихо пыхтит, на сковороде шкворчит картошечка, взбитые яйца в миске дожидаются своей очереди. В другой миске Зоя сноровисто замесила тесто, прослоила его маслом и раскатала две пышки. Конечно, на воде они получаются как резина, но горячими вместо хлеба сойдут.

По кухне постепенно распространялось живительное тепло. Устроившийся поближе к печке Бублик с интересом следил за ее манипуляциями. Зоя критически осмотрела грязного пса, набрала воды в самую большую кастрюлю – благо, на кухне тоже обнаружился кран – и пристроила сбоку на печь. Пусть греется потихоньку. Надо хорошо отмыть этого балбеса, а то с него грязь кусками отваливается.

После завтрака Зоя налила в большой таз теплой воды, подманила Бублика последним куском пышки, подхватила ничего не подозревающего песика и сунула в импровизированную ванну. Тот не сопротивлялся. Понял, что спорить с Зоей бесполезно. Стоял, зажмурившись, временами принюхивался к мылу и фыркал, но вырваться не пытался.

Отмытый Бублик превратился в чудесное пушистое белое существо.

– А я думала, ты серый, – растерянно сказала ему Зоя. Пес вильнул хвостом, снова пристроился возле печки, свернулся в калачик и задремал.

Вылив грязную воду, Зоя вновь вернулась в кладовую. Следовало повнимательнее изучить книги с записями. Не заглядывать же в каждый мешок, чтобы выяснить, что в нем лежит.

В кладовой ее ожидал сюрприз. Амбарные книги светились неярким светом, Зоя открыла одну и с удивлением прочитала: «Израсходовано масла кукурузного двадцать грамм, картофеля триста сорок грамм, муки сто шестьдесят грамм». Вторая книга таким же образом сообщала о том, что Зоя с Бубликом съели на завтрак три куриных яйца.

Закрытые книги светиться не перестали. Зоя постучала по обложкам, приложила к одной из них браслет. Ничего не помогло. Но как-то же это должно отключаться! Что-то по этому поводу ей попадалось, то ли в конспектах, то ли в свитке… Точно! Счетный артефакт! Который обязательно нужно найти.

Недолго думая, Зоя выдвинула ящик стола и обнаружила там похожую на медное блюдце пластину, точь в точь как у трактирщика в Синих Дятлах, и кулинарную книгу. Приложив браслет к артефакту, она проследила, как угасает свечение и мысленно себя похвалила.

Запасов у Зои в таверне оказалось предостаточно. Крупа, мука, кукурузное и подсолнечное масло, овощи. Специи, варенье, мед и сушеные фрукты. Обнаружилось даже несколько связок сушеных грибов. Ни молока, ни мяса, ни яиц. Сама Зоя превосходно прожила бы и на вегетарианской диете, но кормить собаку крупой и сушеными грибами было бы слишком жестоко. Нужно было идти к старосте, и Зоя, накидав в корзинку продуктов для обеденного супа, с сожалением покинула кладовую.

Пристроив корзинку на стол, она положила рядом кулинарную книгу. Прежде чем что-то готовить, следовало изучить местные рецепты. Вдруг что-то интересное попадется? Выходить на улицу отчаянно не хотелось и Зоя, немного подумав, решила, что может позволить себе выпить чашку травяного чая. В конце концов, она вскочила сегодня ни свет ни заря и очень много успела сделать.