Репортажи, которые потрясли мир (страница 6)
Расследование линчевания
Теперь расскажем о событии 1892 года, которое перевернуло жизнь Иды Уэллс и привело ее к большому расследовательскому репортажу. Один из ее друзей, Томас Мосс, открыл бакалейную лавку для чернокожего сообщества в районе Кёрв в Мемфисе. Его бизнес стал настолько успешным, что начал тягаться с более старой бакалейной лавкой по соседству, которой владел белый мужчина по имени Уильям Барретт. Барретт не мог смириться с конкуренцией. После оскорблений последовали запугивания и угрозы. Мосс, безуспешно пытавшийся заручиться защитой полиции, решил вооружиться и самостоятельно защищать свой магазин при поддержке двух друзей.
Однажды вечером произошла роковая конфронтация. Барретт вместе с шерифом, его людьми и несколькими городскими чиновниками организовали группу, которая осадила бакалейную лавку Мосса. В темноте он и его друзья не могли разглядеть нападавших, но слышали их крики ненависти. Перепуганные, они открыли огонь в их сторону: в результате был убит заместитель шерифа, а несколько чиновников ранены. Осознав свою ошибку, они сдались и были немедленно отправлены в тюрьму в ожидании суда. Но события приняли трагический оборот. Слухи об их аресте быстро распространились, и атмосфера в районе стала накаленной. Ночью собралась толпа белых мужчин, готовых «осуществить правосудие» своими руками. Они ворвались в полицейский участок, вытащили Мосса и его друзей из камеры, вывели на железнодорожные пути и зверски забили до смерти. На следующий день пресса ничего не сообщила об этом расистском линчевании, ограничившись обвинениями жертв в «варварстве вооруженных негров».
В тот день Иды Уэллс не было в Мемфисе. Вернувшись и узнав о случившемся, она написала открытое письмо, в котором призвала чернокожих покинуть город, где власти никогда не защитят их, где слово чернокожего никогда не будет равнозначно слову белого и где всегда закрывают глаза, когда белые хладнокровно убивают чернокожих. Затем она решила провести масштабное расследование случаев линчевания на юге страны. Оно длилось три месяца. Как только она узнавала о новом случае насилия, она отправлялась на место, опрашивала свидетелей, тщательно восстанавливала ход событий. В поисках правды Ида шла на огромный риск для своей жизни, но это ее не останавливало. В мае 1892 года она поехала в Тунику, деревню в Миссисипи, где линчевали чернокожего, обвиненного в изнасиловании дочери белого фермера. Вернувшись, она опубликовала статью, в которой доказала, что молодая женщина была согласна на сексуальные отношения и что ее отец об этом знал. Это не единичный случай, объясняла Ида: обвинения чернокожих в изнасиловании – систематический прием для сокрытия добровольных сексуальных отношений и подогрева ненависти вплоть до преступления.
Ида Уэллс прекрасно понимала, какую волну гнева вызовет ее статья. Поэтому, проявляя осторожность, она не подписала ее своим именем. Однако спустя несколько дней, когда она находилась в поездке на Восточном побережье, здание редакции ее газеты было атаковано разъяренной толпой, разгромлено и подожжено. После этого Ида уже не могла вернуться в Мемфис и в итоге продолжила свою журналистскую деятельность в Нью-Йорке, присоединившись к газете New York Age, которую возглавлял радикальный активист за права чернокожих Тимоти Томас Форчун. Здесь она смогла продолжить борьбу с расовой сегрегацией и углубить свои расследования случаев линчевания.
Журналистика как миссия
В начале 1893 года Ида Уэллс отправилась в Чикаго, где 1 мая должна была открыться Всемирная выставка, прославляющая промышленные, технологические и интеллектуальные достижения Соединенных Штатов. Однако для Уэллс стало неприятным открытием то, что чернокожие практически не были представлены на этом мероприятии. При поддержке Фредерика Дугласа – бывшего раба и известного борца за отмену рабства – она выпустила небольшой четырехстраничный буклет, находящийся на стыке памфлета и репортажа, под названием «Причина, по которой чернокожие американцы отсутствуют на Всемирной Колумбийской выставке» (The Reason Why the Colored American is not in the World’s Columbian Exposition). Этот буклет был предназначен для 27 миллионов посетителей со всего мира. В нем читатели могли узнать правду, подкрепленную цифрами и фотографиями, о положении чернокожих, которое характеризовалось дискриминацией, сегрегацией, бедностью и линчеванием. Поскольку официальной статистики по линчеваниям не существовало, Уэллс опиралась на «белые» источники, в том числе на уважаемую газету Chicago Tribune. Два года спустя, в 1895-м, Ида Уэллс публикует еще одну небольшую книгу – «Красный архив» (The Red Record). В ней она продолжила свое расследование и показала, что насилие в отношении чернокожих отражает страх бывших рабовладельцев перед социальным восхождением освобожденных рабов.
Хотя ее расследования, широко обсуждаемые в американской прессе, принесли Иде Уэллс известность, они также вызвали резкую критику, в том числе со стороны северных газет, таких как The New York Times, которые обвиняли ее в распространении клеветы. В Великобритании же ее приняли гораздо более благосклонно: там она провела два турне с лекциями. Общественный резонанс был настолько силен, что британские текстильные промышленники были вынуждены оказать давление на американских производителей хлопка, чтобы те положили конец практике линчевания.
В итоге после окончания Всемирной выставки Ида Уэллс обосновалась в Чикаго и присоединилась к старейшей афроамериканской газете города – Chicago Conservator, которую возглавлял адвокат Фердинанд Ли Барнетт. В 1895 году она вышла за него замуж, и у них родились трое детей. В дальнейшем вся ее жизнь была посвящена борьбе за равноправие афроамериканцев и женщин.
Ида Уэллс воспринимала журналистику не просто как профессию, а как миссию. В 1892 году в своей брошюре «Ужасы Юга» (Southern Horrors), посвященной теме линчевания, она писала, что не испытывает никакого удовольствия, «погружая руки в преступную грязь», но при этом подчеркивала: «Кто-то должен показать, что афроамериканская раса скорее жертва, чем виновница, и, похоже, именно мне это и предстоит сделать».
«Способ исправить несправедливость – это пролить на нее свет правды», – писала она. В некотором смысле Ида Уэллс изобрела форму журналистики расследования, служащей интересам чернокожего меньшинства, за что спустя 89 лет после смерти была удостоена Пулитцеровской премии «за выдающиеся и мужественные репортажи о жестоком и порочном насилии над афроамериканцами в эпоху линчевания». На долгое время после ее смерти в 1931 году Ида Уэллс стала иконой борьбы афроамериканцев, и в 2022 году компания «Барби» (Barbie) посвятила ей фигурку в коллекции «Вдохновляющие женщины» (Inspiring Women) – «героини, которые вдохновляют нас мечтать о большем».
Ида Тарбелл: вкус к расследованию
Ида Минерва Тарбелл – еще одна ключевая фигура в истории большого журналистского расследования. Она навсегда останется той, кто благодаря своему расследованию, опубликованному в девятнадцати статьях с ноября 1902 по октябрь 1904 года в журнале McClure’s Magazine, сумела пошатнуть позиции одного из самых могущественных людей в Соединенных Штатах – Джона Д. Рокфеллера.
Когда вышло ее расследование, Иде Тарбелл было 45 лет, и за плечами у нее уже была долгая карьера в журналистике. В 1883 году она получила работу в небольшом образовательном журнале Chautauquan в Мидвилле, штат Пенсильвания. Его директор, Томас Флад, как раз искал помощника и предложил место Иде Тарбелл, которая без колебаний согласилась. На тот момент она тяготилась своей преподавательской работой и, увлекаясь наукой, мечтала о карьере биолога. Новая должность позволила ей оставить класс и проводить больше времени за микроскопами. В Chautauquan она неожиданно для себя открыла страсть к писательству: ее статьи становились все более глубокими и обстоятельными, она начала интересоваться социальными темами – неравенством, несправедливостью, ролью женщин в истории.