Май закончился быстро, а июнь пролетел так стремительно, что Андреа едва его заметила. Она даже завела небольшой отрывной календарь на рабочем месте, чтобы ориентироваться в датах, но поймала себя на том, что бездумно отрывает и комкает бумажки. От Эммы пришла еще пара писем, в которых она уточняла, не надумала ли Андреа пригласить кого-нибудь с собой и не передумала ли вообще ехать. Оба вопроса вызывали у Андреа неприятное ощущение во всем теле, похожее на зуд, только изнутри, куда было никак не добраться.

Однажды у нее даже возникло желание написать Бену. Возможно, решение о расставании все же было поспешным? Спасло ее то, что она догадалась проверить его профили в соцсетях, прежде чем написать. В отличие от нее самой, у Бена за прошедшие полгода личная жизнь наладилась. Пока Андреа листала многочисленные фотографии Бена с его новой девушкой, у нее портилось настроение. Ее одолевало что-то среднее между ревностью и сожалением. В ту пору, когда она еще встречалась с Беном, они не проводили вместе отпуска – у Андреа их не было, не оставались друг у друга на ночь – далеко было добираться до работы, и уж тем более не планировали съезжаться – и в одиночестве было неплохо. Стоило, наверное, порадоваться за него, но получалось как-то неискренне.

Второй темой, вызывающей тревожность, была поездка. Когда у тебя аэрофобия, доступный мир сжимается до пары соседних штатов. Путешествия куда-то далеко – уже непозволительная роскошь и трата времени, и причина для них должна быть очень веской.

На поездку в Ливенворт стоило заложить три-четыре дня, два дня – на саму свадьбу и еще три-четыре – на обратный путь. Итого выходило полторы недели. И это при условии, что по времени состыкуются все автобусные маршруты.

Или останавливаться по пути в мотелях? Если бы у нее были права, можно было бы взять машину напрокат.

Но получение прав, как и регулярные занятия спортом, и чтение книг по саморазвитию, были в списке ее дел с пометкой: «Когда-нибудь, когда работы станет поменьше». Она надеялась, что этот момент наступит после повышения, когда у нее в подчинении будет несколько сотрудников, и, наконец-то, можно будет делегировать задачи. Но другая, рациональная часть сознания подсказывала, что на всем списке можно смело ставить крест.

Был еще поезд. Дорого и долго, зато не надо мучиться с ночевками и пересадками. Этот вариант нравился ей больше остальных, но под него пришлось бы закладывать больше времени на дорогу. Да и несколько дней пришлось бы провести в компании незнакомцев, безо всякого личного пространства. Нет, вариант неплохой, но не идеальный.

Андреа почувствовала, как начинает гудеть голова. Было уже далеко за полночь, хотелось спать. Эта поездка вместо повода развеяться стала еще одним неприятным делом, которым необходимо заняться. Нужно выгадать время, сесть и все как следует спланировать. К сожалению, на это требовалось больше сил, чем у нее оставалось каждый день после работы.

Мысль оставить все как есть и никуда не ехать, ссылаясь на занятость, казалась ей все более и более привлекательной. К тому же там не будет отца. По сходной причине. Правда, Андреа подозревала, что дело не только в работе. После развода всякий раз, как их с Эммой родители оказывались в одной комнате, происходящее напоминало поле боя. Смогли бы они выдержать и не вцепиться друг другу в горло на протяжении недели? Зная обоих, Андреа сильно в этом сомневалась.

Прошлое

Андреа выгадывает момент, когда мать запирается у себя, а Эмма еще находится в школе, и набирает рабочий номер отца. Раньше она неоднократно пыталась звонить ему на мобильный, но он не отвечал. Может, было некогда. Может, стыдно.

Ей отвечает отцовский ассистент, Мэтти.

– Андреа, солнышко, – говорит он, будто ей все еще двенадцать лет, и Мэтти показывает ей, как собирать пасьянсы на своем компьютере, пока она ждет отца в приемной. – Он сейчас на совещании, а потом сразу уезжает на деловой ужин. Я передам, что ты звонила, но ты уж не обижайся на него, если он забудет перезвонить.

Мэтти работает на отца много лет, он очень хороший ассистент, и врать умеет тоже очень хорошо.

– Ладно, спасибо, – говорит Андреа. – Но ты передай, что я очень скучаю.

Если честно, она уже и не ждет ответного звонка, но вечером в тот же день телефон разрывается трелью.

Она первая успевает поднять трубку и дает знак Эмме, что ее звонок не касается.

– Привет, дочка! – говорит отец неестественно жизнерадостно. – Как у тебя дела? Ты извини, уже поздно, у меня мало времени с тобой поболтать.

Андреа набирает в грудь побольше воздуха и начинает рассказывать обо всем, что наболело. О ненавистной школе, где ее считают выскочкой, о ненавистном городе, в котором все вдруг стали пристально следить за всеми, о сообщениях от друзей из Нью-Йорка – оказывается, они прекрасно живут своей жизнью без нее, хотя и обещали очень скучать и терпеливо ее ждать.

За потоком жалоб она не слышит, что к разговору присоединяется третий.

– Андреа, довольно, – строго отчеканивает мать, поднявшая трубку второго телефона, наверху. – Ему нет дела до тебя и твоих проблем. Ему вообще нет дела ни до кого, кроме него самого и его работы!

– Филлис! Хватит настраивать ее против меня, дай нам поговорить спокойно.

– Это я настраиваю? Она не дура, и сама способна…

Андреа слушает несколько минут их ругань, а потом вешает трубку на рычаг и уходит в свою комнату.

Настоящее

К сожалению или к счастью, сочинить письмо Эмме с отказом оказалось так же сложно, как и составить план поездки. За пару недель до свадьбы и то, и другое оставалось примерно на одном и том же этапе – никаком.

Раньше Андреа казалось, что стоит пережить сложный, напряженный период на работе, и она сможет заняться всем тем, что откладывала на потом. Но это было иллюзией. Каким-то образом чужих обязанностей у нее стало еще больше. Хотя ей не приходилось возвращаться домой к полуночи, теперь она дорабатывала из дома. Вносила юридические правки, собирала и обрабатывала заявки на снабжение, выслушивала претензии.

Это… выматывало. Намного сильнее, чем когда она занималась только своими профессиональными задачами, пусть и двадцать четыре на семь. Она даже осторожно озвучивала проблему мистеру Роджерсу, на что получала один и тот же ответ: «Хороший руководитель должен уметь все». Она понимала, что таким образом ее готовят к повышению. Но уже сильно сомневалась, что доживет до него, вкалывая с такой нагрузкой.

Эмма позвонила сама. Позвонила в тот момент, когда последнее, чего хотелось, это с кем-то разговаривать. Андреа уже почти дремала в кровати. Прикрытый ноутбук лежал рядом, на соседней подушке, и терпеливо ждал, когда ему уделят еще немного времени. Но надежный план «поработать еще полчасика перед сном» с треском провалился. Глаза слипались, и все мысли растекались из головы. Никак не получалось взять себя в руки. Тем более не хотелось тратить силы на непростой разговор.

Однако если выбирать между работой и разговором с сестрой, то последний требовал от нее меньше энергии.

– Да? – пробормотала Андреа, устраиваясь удобнее на подушке.

– Не разбудила?

Андреа взглянула на часы. Шел первый час ночи.

– Не-а.

– Я почему-то так и подумала, – хмыкнула Эмма. – Наверняка лежишь в постели, представляешь, какое красивое у меня будет платье, и завидуешь.

– Угадала, – фыркнула Андреа и демонстративно зевнула. – Тебе что-то нужно? Или позвонила поупражняться в остроумии?

На том конце линии на несколько секунд повисло молчание.

Андреа даже подумала, что связь оборвалась, но Эмма заговорила снова:

– Ты приедешь?

Наступила очередь Андреа молчать. Она тяжело вздохнула и приготовилась выдавать оправдания, которые успела придумать.

Но Эмма не дала ей сказать:

– Слушай, я уже все продумала!

Андреа удивленно нахмурилась.

– М-м?

– Друг Робина, его шафер, через неделю будет по делам в Нью-Йорке. Он на своей машине, поедет обратно, как раз чтобы успеть к свадьбе. Он мог бы взять тебя с собой.

– Но…

– Так будет быстрее и дешевле, чем своим ходом, ты не находишь? Не переживай, он нормальный парень, водит аккуратно. Доберетесь без происшествий.

Андреа прикрыла глаза и растянулась под одеялом.

– А…

– А обратно мы сами подвезем тебя. Мы с Робином, я имею в виду. Мы хотим отправиться в путешествие по Восточному побережью в качестве медового месяца. Последняя остановка – Майами.

– Угу…

– Так что от тебя требуется только отпроситься с твоей очень серьезной взрослой работы, собрать вещи и в назначенное время сесть в машину. Пора, наконец, вернуться к своим корням, а? Пусть хотя бы на пару дней.

– Мы родились в Нью-Йорке, – из последних сил пробормотала Андреа, слегка причмокивая губами.

– Да… Но ты не можешь отрицать, что без Ливенворта мы не стали бы теми, кто мы есть сейчас. А помнишь…

Если Андреа и помнила, она уже не могла об этом рассказать. Болтовня сестры убаюкала ее лучше, чем любой документальный фильм о маньяках.

Пора вернуться к своим корням… К дому у реки, откуда бежала при первой же возможности, к горным вершинам, виднеющимся куда ни посмотри. К узким улочкам, к утренней тишине, к запаху свежего хлеба, к праздничной суете. К мальчику с глазами такими зелеными, что сразу навевает мысль о травянистых лугах. Ах, как сердце замирает, когда эти глаза смотрят на нее. Когда их обладатель улыбается самой обезоруживающей из улыбок.

Как хочется вернуться хоть на мгновение к этим ощущениям… Отмотать время вспять, вернуться в те дни, когда все было идеально. Пусть их было не так уж и много. Пусть плохое в конце концов перевесило хорошее.

Она должна хотя бы попытаться.

Утром Андреа чувствовала себя уже гораздо лучше. У нее был выходной, и она сделала то, чего не делала уже очень давно: отключила звук на телефоне и оставила его на прикроватном столике. План сестры крутился в голове. Конечно, он не был идеальным хотя бы потому, что подразумевал четыре дня в пути в одной машине с незнакомцем. Но так и правда удобнее, чем на автобусе. Можно заранее обсудить остановки, может, даже переночевать пару раз в отеле. И все равно так будет быстрее.

В глубине шкафа пылился старый чемодан, ожидая своего часа. Кажется, куплен он был еще для того, чтобы ездить из колледжа к отцу на каникулы, и с тех пор ни разу не пригодился. Вот и настало его время. Оставалось только надеяться, что не рассохся за столько лет.

Утро Андреа провела, составляя список того, что нужно взять с собой. Список оказался бесконечным. Еще полчаса ушло на то, чтобы сократить его вдвое. Ведь не закрыли же магазины в Ливенворте? Андреа сделала себе пометку уточнить у Эммы.

К обеду она закончила перебирать вещи, которые хотела взять в поездку. Устало опустилась на чемодан. Это была приятная усталость. Такая, какой она не чувствовала уже очень давно.

К вечеру на телефоне скопилось несколько непринятых вызовов и непрочитанных сообщений, но было слишком поздно, чтобы отвечать. Андреа ждала волны тревоги по этому поводу, но той не было.

Андреа, как никто другой на этой проклятой работе, заслужила отдых. Пара недель отпуска уже казалась ей не такой плохой идеей. Очень и очень неплохой.

В ночь перед поездкой Андреа практически не спала. Ее распирало какое-то непонятное, полузабытое предвкушение. Как в детстве, когда они всей семьей ездили куда-то в выходные. Она проснулась рано утром без будильника и еще какое-то время лежала, пытаясь представить, что ждет ее впереди. Интересно, каким окажется друг Робина? Жаль, Андреа забыла спросить, как его зовут. И о чем они будут говорить всю дорогу? Пару лет назад Андреа еще могла поддержать интеллектуальную беседу о литературе, о музыке, может быть, немного о кино. Но ее знания об этих сферах неизбежно устарели, а единственным увлечением, дожившим до сегодняшнего дня, остались документальные фильмы про убийства.

Однако ни одного фильма Андреа не досмотрела до конца.