И тут он вспомнил, что и сам испил её крови в облике волка, и эмоции били через край. Шансы, что у них образуется связь, увеличились в разы. А если это так, то через день-два проснётся древний инстинкт – слепое необъяснимое влечение, с которым невозможно бороться.

Данияр сжал зубы до хруста. Он не станет пользоваться этим. Не позволит дурману крови решать за них.

Но когда дурман рассеется… Он заставит её увидеть его – Данияра. Не как бету стаи. Не как случайного спасителя. Его – со всеми его недостатками, яростью и той странной нежностью, что просыпалась при одном только её взгляде. И если тогда, не одурманенная и свободная в выборе, она отвернётся… Что ж. Он научится жить с этой болью.

«Серьёзно? Отпустить? – усмехнулся он своим мыслям. – Ну уж нет. Если я пойму, что мои чувства больше, чем болезненное влечение, то открою на рыжеволосую красавицу охоту».

Данияр сжал кулаки и шагнул в темноту, готовый принять последствия своего выбора.

ГЛАВА 6

Кабинет Альфы погрузился в гнетущую тишину, нарушаемую лишь потрескиванием дров в камине. Видар сидел за массивным дубовым столом, его пальцы медленно постукивали по тёмному дереву. Лунный свет, пробивающийся сквозь шторы, очерчивал красивые черты его лица.

Он понимал, что поступок брата был вынужденной мерой, и не был уверен, что сам бы поступил иначе. Хотя, в отличие от брата, его разум был бы ясен, и Видар нашёл бы другой способ спасти члена своей стаи. Но что сделано, то сделано, и ничего изменить невозможно. Осталось только уповать на чудо, что у Деи и Данияра не произойдёт запечатление. Но пожурить его за подобный поступок Видар, как альфа, был обязан.

– Ты нарушил закон.

Данияр стоял напротив него, в глазах читалось внутреннее напряжение:

– Она умирала, и я не жалею о содеянном.

– Ты уверен, что не было другого выхода? – Голос Видара звучал низко, с опасной сдержанностью.

– Ты что, плохо слышал, что я тебе только что рассказал? Дея умерла. Её сердце перестало биться! – Его клыки слегка удлинились, царапая нижнюю губу. – Меня не пугают последствия.

– Не пугают, говоришь? – зло усмехнулся альфа. – А о своём возможном ребёнке ты подумал?

– Она племянница Марты, часть нашей стаи.

– Но почти человек! – Видар резко встал, его зелёные глаза вспыхнули. – Ты можешь быть уверенным, что он не повторит судьбу Айрис?

В камине с треском лопнуло полено, осыпая искрами каменный пол. Данияр сжал кулаки, чувствуя, как в груди разгорается протест:

– Дея сильнее, чем кажется. Её кровь…

– Может дать нам ещё одного беспомощного полукровку, – перебил Видар. Он подошёл вплотную, и внезапно его голос потерял всю твёрдость: – Ты видел, как страдает наша сестра. Хочешь ли ты этого для своего ребёнка?

Айрис – их младшая сестра, и ее человеческая кровь оказалась сильнее волчьей. Айрис их с Видаром боль и слабость. Кто знает, может, в Дее окажется больше оборотня и она всё же обретёт свою волчицу. Такое случалось. Редко. И, к сожалению, такие волчицы всегда были… покорными.

Ну и пусть.

– Дея не Айрис, – голос Данияра прозвучал хрипло. – Ее кровь больше смешана с нашей. Возможно…

– Возможно? Ты готов положиться на удачу? А ничего, что ваш будущий ребёнок, – Видар уже не скрывая ярости, – станет мишенью для врагов, для охотников – для всех, кто жаждет навредить нам? Ты готов к этому?

– У нас получилось защитить Айрис, значит, я смогу справиться, когда у нас с Деей появится потомство.

– Конечно, как же я сразу не понял… – губы Видара искривились в подобии улыбки. – Это твой шанс заполучить желаемое. – Внезапно его голос стал тише: – Но подумал ли ты о ней? Когда дурман из-за твоей крови пройдёт…

– Я сумею разжечь в ней страсть, и она примет меня, – Данияр непроизвольно облизнул губы, вспоминая её образ и запах.

Видар отвернулся к камину. Пламя отражалось в его глазах, превращая их в два золотых угля.

– Ты действительно веришь, что страсть – это любовь? – спросил он, наблюдая, как рушится в огне очередное полено. – Сколько таких пар мы видели…

Грудь Данияра сжалась, и будто невидимые когти впились в сердце.

– Ты считаешь, я недостоин любви? – хрипло вырвалось у него.

Альфа медленно повернулся.

– Это не тот вопрос, достоин ты или нет. – Видар устало махнул рукой, нет смысла воздух сотрясать, всё уже случилось. – Дее только через неделю исполнится восемнадцать. Она слишком юна для пары.

– Я готов подождать.

– Готов он, так я и поверил, – покачал головой альфа. – Вот так и тянет запереть тебя в камере, чтобы мозги на место встали. Герой-любовник хренов! Не удивлюсь, что ты бы такое отмочил, даже если бы Дее не грозила гибель. Как выкручиваться будем, озабоченный?

Данияр засмеялся:

– Импровизация. Слышал о таком?

– А как же, – ехидно ответил Видар, – ты мне сегодня именно это и продемонстрировал. До сих пор думаю, как пар сбросить. Поискать, что ли, врагов, чтобы душу отвести… У тебя есть на примете кто-то, кого не жалко? – спросил со взглядом, полным надежды.

– Поблизости нет.

– Жаль, такая терапия накрылась медным тазом… – театрально вздохнул Видар.

– Найди горячую цыпочку и оторвись с ней по полной. Говорят, это тоже помогает.

– И стать озабоченным, как ты? – скривился Видар.

– Ты мне просто завидуешь. Каждый из нас мечтает о таких чувствах. А рядом с ней все другие женщины – просто тени.

Видар покачал головой:

– Упаси, богиня, от подобного безумия. Идти на поводу инстинктов – не мой путь. Когда-нибудь я выберу пару, но это будет по расчёту, без этих эмоциональных бурь. А ты… – тяжело вздохнул, – уже сделал выбор. Но помни: легко тебе не будет. А лучше молись, чтобы всё обошлось.

Он направился к своему столу. Сев вальяжно в кресло, закинул ноги на стол. Его зелёные глаза, холодные, как лёд, изучали брата. Перочинный нож с гравировкой в виде волка ловко прыгал между его пальцами, отражая блики огня из камина. На мгновение нож замер, остриём направленный в сторону Данияра.

– Ладно, с твоим любовным бардаком разберёмся чуть позже. Но я хочу знать, почему какие-то кровососы решили, что наша территория вдруг стала открытой для посещения! – Он резко воткнул нож в стол, и тот завибрировал.

– Завязывай мебель портить.

– Да с такими событиями скоро её менять придётся! У меня с утра день не задался. Припёрлась ни свет ни заря Гелла со своими пророчествами, все мозги мне выела.

Данияр сжал кулаки, чувствуя, как под кожей шевелится его волк.

– О, и какое же «видение» посетило нашу дорогую провидицу на этот раз? – спросил неестественно спокойно.

Видар язвительно ухмыльнулся:

– Да ничего оригинального. Что твоя рыжая бестия принесёт стае горе, что её нужно изгнать… – Он наклонился вперёд, вытащив нож из стола. – Думаю, у неё свой интерес. Она ведь мечтает, чтобы ты запечатлелся с её дочкой.

Данияр зарычал, его голубые глаза вспыхнули.

– И что ты ей ответил?

Видар поднял бровь:

– Спокойно, братик. Я вежливо поблагодарил и отправил её восвояси. Разумеется, я не собираюсь избавляться от членов стаи при первой же трудности, – продолжил Видар, наблюдая за реакцией брата. – Хотя… Может, тебе стоит подумать о Заре? Она явно не против.

Рык Данияра заставило дрогнуть стекла в шкафу.

– Да ни за что! Зара у меня уже в печёнках сидит! Она вчера умудрилась подбросить мне в постель своё нижнее бельё!

– Как романтично… – забавлялся Видар.

– Не вижу ничего смешного. Мне проще перегрызть глотку Эрику, чем продолжать этот фарс. Она уже ведёт себя, как моя пара!

Видар фыркнул:

– Понимаю. Но выгонять их не будем – мы обязаны её брату. Но этот цирк с «романом» пора заканчивать. Хотя… – он задумчиво покрутил нож, – может, тебе всё-таки съездить куда-нибудь? Пока гормональная буря не уляжется?

– Пока не разберусь с вампирами, я никуда не уеду. Всё, что сегодня произошло, слишком странно: ни следов, ни мотивов. И их поведение… Они сражались до последнего.

Видар кивнул, его зелёные глаза сузились:

– Когда твоя рыжая окрепнет, навести соседей. А пока… – Он неожиданно бросил нож, который воткнулся в дверь в сантиметре от входящего стража.

Тео покосился на оружие.

– Ладно, я лучше завтра зайду. – И ретировался.

– Чуть с мысли не сбил, блохастый, – незлобно пробурчал Видар. – Продолжим… Может, всё-таки съездишь куда-нибудь? Дашь мне хотя бы день передышки. Кислую твою морду видеть не могу.

– В этом нет необходимости.

Видар откинулся на спинку кресла:

– Ладно, тогда займись делом. Говорят, это помогает при любовных недугах. Кстати, они недавно атаковали и другие стаи. Похоже на разведку или подготовку к чему-то бо́льшему.

– Именно поэтому я остаюсь. – Данияр подошёл к двери. – Как только Дея окрепнет, навещу соседей. Мне эта ситуация самому не нравится.

Данияр уже открывал дверь, когда Видар добавил:

– И, брат… Постарайся не делать больше глупостей. Хотя бы до завтра.

Ответом Видару был оглушительный хлопок двери, за которым последовало глухое рычание, медленно затихавшее в коридоре. Альфа тяжело вздохнул и потянулся к хрустальному графину с виски, янтарная жидкость наполнила бокал.

– Вот что за день дерьмовый такой сегодня, а? – проворчал он, снова откидываясь на спинку кресла. – То кровососы нападают, то брат в любовь ударился. Господи, дай мне сил не свихнуться с этой идиотской семейкой. Ещё и мы с тобой опять врозь.

Волк в ответ рыкнул и принялся скрестись, просясь на свободу.

– Не сегодня, дружище. – Волк в груди заурчал в ответ, явно недовольный тем, что его держат взаперти. – Ты в таком состоянии всех нахрен покусаешь, и плевать, свои это или враги. Нами и так перевёртышей пугают, не стоит подкидывать им пищу для новых баек. Мы же с тобой цивилизованные, а не какие-то дикари. – Он сделал глоток, лицо скривилось. – Хотя, если подумать, после сегодняшнего дня дикость кажется весьма заманчивой альтернативой.

Он сделал ещё один большой глоток виски, ощущая, как обжигающая жидкость растекается по горлу. За окном завыл ветер, будто вторя его настроению. Тень от бокала дрожала на стене, как живая.

– Чёртовы перевёртыши, – проворчал Видар. – Вечно проблемы, вечно драмы…

Его волк снова заурчал, на этот раз почти с пониманием.

Видар допил виски, поставив бокал с таким звоном, что где-то в доме явно проснулись.

– Ладно, завтра, – пообещал альфа своему зверю. – Может быть, найдётся кто-то, кого ты сможешь покусать без политических последствий и потерь для нашей стаи. Например, тот идиот Эрик.

Взгляд упал на кипу бумаг.

– А пока… – он с театральным вздохом потянулся к отчётам, – …наслаждаемся тихим вечером с документами.

ГЛАВА 7

Зара нервно шагала по комнате из стороны в сторону, её шаги отдавались эхом в тишине. Длинные пряди каштановых волос трепетали при каждом резком повороте, а в глазах, обычно таких ярких и полных жизни, теперь бушевала настоящая буря.

– Не сработал твой план, мам! – Голос дрожал от отчаяния и разочарования. Гелла тяжко вздохнула, понимая, что дочь права. Она просчиталась, и теперь им грозило полное фиаско. – Данияр со мной возится из-за чувства долга моему брату, и больше ничего.

Зара сжала кулаки, её ногти впились в ладони, оставляя кровавые следы. Она чувствовала, как её мечты рушатся на глазах, и это было невыносимо.

И тут обвинение дочери попало точно в цель. А ведь план казался идеальным, безупречным во всех деталях. Гелла шантажом вынудила Эрика участвовать в их авантюре, угрожая раскрыть все его тёмные секреты. Он должен был сыграть мерзавца, который силой хотел заставить Зару стать его парой. Та якобы отказала, и он настроил всю стаю против них.