Я от такой наглости вообще растерялся, даже забыл, что это я собирался сегодня удивлять их, а не наоборот. Нет, я, ясно дело, в политике ничего не смыслю, но даже у меня хватает извилин, чтобы понять, что, если пустить дело на самотек, Карадена может получить сразу три войны, одна из которых будет гражданской.

Бедную родину Эридана стало искренне жаль. В Столичном округе много своих проблем – гениально! Можно подумать, что провинции не обеспечивают эту самую столицу.

И что же мне делать? Мельвидор и Леонер очень просили не высовываться. Не высовываться… Легко сказать. Король в коме, принц смотался в неизвестном направлении, а мне потом до старости чувствовать себя виноватым, что ничего не предпринял, когда у меня была возможность?

Что ж, тонуть так тонуть…

Я набрался смелости и решил идти ко дну.

– Нет, – отчеканил холодно. – Оставлять, как есть, мы не будем.

– И что же вы предлагаете, принц? – это «принц» прозвучало с отчетливой насмешкой.

«Я предлагаю разогнать вас всех к чертовой матери», – зло подумал я, заодно еще раз разозлившись на Эридана, будущего короля, допустившего ТАКОЕ. Если так пойдет, скоро на свое отражение в зеркале кидаться начну – из-за какого-то дурака-принца я вынужден торчать в этом сумасшедшем доме, да еще и заниматься вопросами, от которых зависят тысячи жизней.

– Пошлите шпионов в эти провинции, – пытаясь скрыть раздражение, предложил я. А потом сообразил, что делаю. Эридан – глава королевства, а министры, соблаговолили, видите ли, выслушать его предложение, всего лишь предложение… Нет, так не пойдет… – Пошлите шпионов, – повторил с нажимом. – Сегодня.

– Думаю, стоит вынести этот вопрос на обсуждение, – снисходительно обратился ко мне министр Корвец, тот, что обозвал Эридана «обнаглевшей помехой». Похоже, эти слова слетели с его губ не сгоряча.

Итак, я вспомнил фильмы про королей, которые мне довелось видеть, и попытался скопировать властную интонацию правителей:

– Данный вопрос обсуждению не подлежит. Это приказ.

– Но… – начал было министр и замолчал. Они, конечно, обнаглели, но открыто попереть буром на принца еще не решались. – Как вам угодно, ваше высочество, – и снова эта пренебрежительная интонация на «высочестве».

– Угодно, – заверил я. – И не откладывайте.

На этом совещание закончилось.

***

Когда-то мне казалось, что самый страшный крик, который я когда-либо слышал, – рык директора школы после того, как мы с друзьями развели костер в спортзале и чуть не спалили все здание (кстати, из той школы меня исключили). Оказалось, ошибался. По сравнению с тем, как орал Леонер, директор просто мило беседовал. Монах же вопил так, что мне показалось, у замка сейчас снесет крышу. Хорошо, что Мельвидор – маг и позаботился о звукоизоляции.

– Полдня! – орал глава церкви. – Полдня ты был без присмотра и уже умудрился настроить всех министров против себя, унизить половину из них да еще и заставить выполнять свои приказы! Да Эридан бы ни за что не стал вести себя так вызывающе! Они немедленно догадаются, что что-то нечисто!

Маг вообще молчал, не мешая монаху драть свое измученное молитвами горло. Но по его виду было ясно, что он полностью со всем согласен. Что ж, замечательно.

– Как раз наоборот, чисто! – не выдержал я. – Совершенно чисто! – И уточнил: – У вашего Эридана в голове. А у меня там мозги, какие-никакие, но вполне рабочие, и они считают, что сегодня я действовал только на пользу Карадене, в отличие от вашего обожаемого принца, так лихо из нее сбежавшего.

– Ты не Эридан, – настаивал монах, – ты не имеешь права принимать королевские решения!

– Тогда верните меня домой! – вспыхнул я еще больше. – А то я, по-вашему, должен играть Эридана со свободой действий овцы. Даже не овцы! Жертвенного барана! Черта с два! Чего вы от меня хотите? Верните меня домой, и проблем не будет. Или идите и сообщите всем, что я не Эридан.

– Ты же знаешь, что мы не можем этого сделать, – насупился монах.

Тут мне сделалось совсем обидно. Ничего-то они не могут, зато я, по их мнению, почему-то все могу.

– А я не Эридан и не умею вести себя как Эридан, – голос у меня стал какой-то придушенный, от обиды, наверное.

– Остынь, Леонер, – неожиданно заступился за меня волшебник. – Если хорошенько разобраться, Андрей прав, Эридан слишком многое позволял министрам. И этот приказ Андрея был на самом деле разумным.

– Этот разумный, – не сдавался монах, – а следующие? Или, думаешь, теперь он станет паинькой?

Мельвидор очень серьезно посмотрел на меня. Что ж, по крайней мере не враждебно.

– Пожалуй, с дальнейшими приказами и решениями могут быть проблемы, ты ведь ничего не смыслишь в делах королевства.

А кто это отрицал? Я и не говорил, что что-то в этом понимаю. Не я бегал по площади с плакатом: «Возьмите меня в другой мир!» Это они пришли и забрали меня.

Похоже, магу удалось сделать невозможное, потому что Леонер наконец перестал орать и мерить комнату шагами. Остановился.

– И как с ним быть?

Ну вот, междусобойчик устроили. Стоят и решают, что со мной делать, даже не стесняясь, будто меня тут и вовсе нет.

– Может быть, вам стоит дать мне больше информации об этом мире, Эридане и Карадене? – предложил я. – Все равно я не могу замереть на месте, но всем нам будет лучше, если перестану двигаться в темноте и без фонарика.

Мэл и Леонер переглянулись.

– Не нравится мне это, – высказался монах.

Волшебник же еще раз посмотрел на меня, прежде чем ответить.

– Парень за полдня сделал то, что не удавалось Эридану годами – утер министрам носы. И я не думаю, что своими действиями Андрей может ухудшить и без того жуткое состояние Карадены.

– Зато свое может, – не сдавался монах, – и наше, если кто-то узнает, что мы в этом замешаны.

– Если вы меня научите, никто ничего не узнает, – настаивал я. Терпеть не могу чувствовать себя беспомощным. – Расскажите мне побольше о караденских делах, чтобы я мог дождаться Эридана, не упав лицом в грязь.

На лице Мельвидора появилось задумчивое выражение.

– Недолго осталось… – так печально и тихо пробормотал он, что я даже не сразу расслышал.

– Что – недолго осталось? – не понял я.

– Что? – Мэл тряхнул головой, выходя из задумчивости.

– Он имел в виду, что недолго осталось ждать возвращения Эридана, – Леонер пришел на выручку другу.

– Ясно, – протянул я. – Так научите?

Мельвидор потрепал себя за бороду.

– А почему бы и нет? – сказал он таким тоном, будто бросал вызов самому себе.

Глава 5

Никогда не думал, что время может течь так медленно, оно будто остановилось вовсе. Я прожил в Карадене три бесконечные недели, но мне показалось, что прошло не меньше полугода. И эти «полгода» дались мне нелегко.

Поиски Эридана продолжались, но, как и прежде, безрезультатно. Словно он растворился. Не было Эридана, и у меня не было пути домой.

Три недели главной мыслью, которая занимала мою голову, была: «Не хочу, чтобы Эридан вернулся к развалившемуся по моей вине королевству». Честное слово, я старался. И Мельвидор сумел дать мне довольно-таки много информации за это время.

Я учился с таким рвением, что, увидь меня мои школьные учителя, у них бы волосы встали дыбом. Вместе с Мельвидором и Леонером мы решили, что и без того до крайности обозленных министров мне стоит пока избегать. И было объявлено, что принц снова заболел. Министры приняли новость как должное и на моем присутствии не настаивали, может быть, надеялись, что наследник отлежится в своих покоях и снова станет послушным и тихим, каким был до этого.

Для себя же я решил, что раз уж мне суждено притворяться принцем, делать это нужно хорошо, а не наобум. И я учился, впитывал все, что говорил мне Мельвидор, делал записи, читал книги.

Однако казалось, маг был не в восторге от происходящего, он сильно переживал за Эридана и каждый день обещал мне, что вот-вот вернет меня домой, а иногда останавливался на середине недосказанного предложения и глубоко задумывался. Леонер тоже порой рассказывал мне кое-что об этом мире, но не так ясно, как это получалось у Мэла.

А вообще, у меня создалось такое впечатление, что эти двое все время чего-то ждали. Только много месяцев спустя я узнал, чего именно, а тогда ведь и понятия ни о чем не имел. Думал, может, речь идет о скором возвращении принца?

Считается, что мозг человека никогда не реализует все свои способности, что мы можем понять и запомнить гораздо большее, чем нам кажется, и на пределе сил нужно просто сказать: «Я могу». Оказалось, что это действительно правда. Никогда не думал, что мой мозг способен впитать такое количество информации. Впрочем, наверное, решающим фактором здесь явились не столько способности или их отсутствие, а желание. А его было хоть отбавляй. С одной стороны, хотелось не опозорить имя Эридана, пока его нет, а с другой – совершенно идиотское желание этого самого Эридана обогнать.

Все три недели я практически никуда не ходил, пытаясь за это время узнать о Карадене и ее обычаях как можно больше. Кое-каких результатов все-таки добился. Не таких больших, как хотелось бы, но и это было лучше, чем ничего.

Выучил планы замка, имена всех его обитателей, узнал подробности о каждом из министров и их деятельности, а потом просто потонул в истории Карадены и ее современном устройстве. Слишком много имен и событий. Правда, лица, которые волшебник магически показывал мне в соответствии с новым рассказом, сливались воедино, а имена предков Эридана вообще не желали запоминаться, но самое главное я все же уяснил.

Многое узнал и о самом двойнике, его жизни и привычках. Большую часть времени принц проводил в библиотеке, занимался верховой ездой, мечом владел, но сражаться не любил, близких друзей не имел, да и не искал. Зато у него была… жена! Да-да, самая настоящая жена. У меня чуть глаза на лоб не полезли, когда мне сообщили эту новость. Принц оказался женат в семнадцать лет!

Позже, когда шок немного прошел, Мэл объяснил, что особ королевской крови всегда женят или выдают замуж по достижении совершеннолетия. И, как только Эридану стукнуло пятнадцать, его женили на заморской принцессе, которую до дня свадьбы он ни разу не видел. Но, как я понял, отношения принца с женой дальше брачной ночи (кстати говоря, являющейся обязательной и подтверждаемой магами) не зашли, и в дальнейшем супруги жили в разных комнатах и ничем не докучали друг другу.

Также Мельвидор поведал, что принцесса уехала незадолго до исчезновения Эридана в свое родное королевство навестить больную матушку, так что раньше чем через пару месяцев ее не ждали.

А когда я высказал предположение, что, возможно, Эридан устремился вслед за женой, Леонер посмотрел на меня так, что я разом заткнулся и всем сердцем понадеялся, что успею смотаться отсюда, пока ненавистная принцу жена вернется домой.

Так прошло три недели, а на двадцать седьмой день моего пребывания в Карадене меня разбудил стук в дверь.

Пока я пытался разлепить глаза и вообще сообразить, где нахожусь, из коридора послышался голос Мельвидора:

– Ваше высочество, это я.

Я выдохнул с облегчением и, как был, в пижаме поплелся открывать дверь.

Мельвидор выглядел как всегда в своем синем плаще со звездами, вот только морщинка между бровей – глубже обычного. Я нахмурился: только плохих новостей мне не хватало, а в том, что волшебник принес именно плохие новости, сомнений не было.

Старик согнулся в глубоком поклоне, от которого мне захотелось скривиться.

– Ваше высочество, позволите войти? – полный официоза голос.

Я отошел от двери, пропуская мага.

– Позволяю, чего уж там.

Закрыл за волшебником дверь, а маг уже привычно взмахнул рукой, окутывая покои принца «Коконом тишины». Ну, слава богу, теперь можно не бояться, что нас подслушают.

– Мэл, что-то случилось?

– Случилось, – подтвердил Мельвидор серьезным тоном, от чего мне сделалось совсем жутко.

– Ну так не томите, – не выдержал я. – Что-то с Эриданом? Вы его нашли?