Корсары Николая Первого. Путь домой (страница 5)
Кажется, это поняли. И оценили. Во всяком случае, смотрели без страха, но если раньше его приказы исполнялись быстро, то сейчас – по команде «Бегом!». Впрочем, какие тут особо команды? Прорубить днище, да идти ко второму кораблю, вот и весь сказ.
Пока пираты гребли, надо признать, весьма умело и слаженно, к берегу, пара русских матросов спустились в трюм. Что же, топором на Руси-матушке любой крестьянин владеет мастерски, чего уж говорить о северянах, что и лес валить горазды, и лед колоть, и дома строить, и, чего уж там, ворога распахать от макушки до задницы могут запросто. Видел Александр такое во время абордажей. Впечатлило, да… И таким умельцам прорубить днище корабля – что иному высморкаться. Несколько минут стука топоров, и они вновь на палубе. Доложили, что сделали не меньше десятка пробоин. Что же, пора отваливать.
Стоило признать, они и впрямь оказались на высоте. Деревянные корабли тонут плохо, но в этот раз все получилось достаточно быстро. Вначале бригантина слегка накренилась, потом вода коснулась пробоин в носу и начала бодро поступать в трюм. Сначала ручейком, затем речкой, под конец водопадом… И вот недавно еще быстроходный и даже в какой-то мере изящный корабль начал заваливаться на борт. Еще через несколько минут оставшаяся целой мачта коснулась воды. Как ни странно, корабль не перевернулся окончательно, однако теперь он, лежа на боку, погружался достаточно быстро.
Верховцеву это зрелище привнесло некоторый трепет в душу, но по большому счету волновало мало. Да и остальных моряков обреченный корабль трогал мало. Сейчас «Миранда» не спеша, ибо ветер по-прежнему дул слабо, приближалась ко второму кораблю, и все гадали, что же они там найдут. Все же, если и он окажется пустым, то будет обидно – зря, что ли, воевали?
Пожалуй, что первым и самым сильным впечатлением об этом корабле была… пустота. Да-да, именно так. Корабль – он ведь живой организм. На нем всегда кто-то движется, слышны чьи-то разговоры… Да хотя бы поскрипывание снастей! Здесь же было тихо, спокойно, мертво. Не совсем, конечно, – вон, на рею присела какая-то местная птица, видом напоминающая яркий комок перьев, а повадками обычную ворону. Но то – птица. Отсутствие звуков тоже понятно – парусов на мачтах нет, ветер слабый. Но вот отсутствие людей по-настоящему задевало. Они что тут, всех поголовно истребили?