Михайлов замолчал, заполнив паузу очередным кусочком мяса, отправив его в рот, а Мостовиков в нетерпении заторопил его: – Юра…, не томи. Ты явно не всю информацию выдал…

Прожевав и сглотнув, запив мелким глотком коньяка, Юра ощерился в хищной улыбке: – Есть ниточка. Есть! Но она вам вряд ли понравиться.

– Ну…? – Насторожился шеф.

– Пока мы ползали по всему помещению в поисках прибора, из-за барной стойки вытащили бармена. Ничего он не видел, но когда стукнули его по роже и задали наводящий вопрос – Кто тут гулеванил из богатеньких? Так вот – три сынка, все остальные около тусовочная шушера. И как вам такие фамилии: Игорь Паршиков?

– Блядь! Только не он….

– Понимаю. Нам только войны с ним не хватает. Следующий Сергей Чумаков.

– Это уже лучше.

– И Николай Чередниченко…

– Знаем мы его папашу. Прохиндей. Рьяно набивается в друганы к губернатору. Но не наша весовая категория.

– Вот и весь расклад. Прибор у кого-то из них. Поэтому предлагаю – вот под эту шумиху, изъять сынков Чумакова и Чередниченко. – Михайлов замолчав, перекинул инициативу на решение начальнику.

– Мда… 66% против 33%. Интересно, конечно. Да и шума большого не будет, когда пропадут. Но, честно говоря, я бы лично сделал ставку на Игоря Паршикова. Чумаков и Чередниченко хоть и богатые люди, но крутятся в своей нише. С нами почти не пересекаются… А вот сам Паршиков Григорий Константинович, тот нам ровня. Поэтому мы с ним и бодаемся за власть и влияние в регионе. Чёрт. Так что давай пока без криминала. Собирай, на всякий пожарный, на всех озвученных парней досье. А я попробую пойти на мировую с Паршиковым старшим. Тут мне на днях предложили поучаствовать в одном проекте, федерального уровня. И я немного не тяну по финансам, поэтому предложу наполовину сработать с Паршиковым и через него выйти на его сына. Понимаю…, долгий путь, но давай не будем пороть горячку.

Москва. Высокий кабинет Федеральной Службы Безопасности.

– Артём Николаевич, к вам гости. Подполковник Брыкин…

– Оооо…, хороший гость. Давай его сюда, – Хозяин большого кабинета радостно оживился, отпустил кнопку селектора и, несмотря на своё высокое положение и звание, стремительно поднялся из-за стола и пошёл навстречу заходившему в кабинет гостю.

– Слава! Не поверишь…, ещё сегодня утром вспоминал про тебя…, – развёл руки в дружеском объятии Артём Николаевич.

– Здравия желаю, товарищ генерал-полковник, – почти официально поздоровался подполковник, но это было лишь «почти». Брыкин сам радостно и доброжелательно улыбался в ответ, искренне принимая лёгкие объятия хозяина кабинета. И этому были причины. Двенадцать лет тому назад, единственный сын Артёма Николаевича, который тогда был пока ещё только генерал-майором и должность была поменьше, так вот сын, грубо и походя, поправ горячее желание отца тоже стать офицером и служить в ФСБ, ушёл учиться в гражданский ВУЗ, на какую-то там полярную геологию, чем кровно обидел отца. И отучившись положенное количество лет, легко попал в полярную струю и теперь годами пропадал в Антарктиде, совершенно забыл про семью и родителей. А тогда из училища, к нему в отдел, пришёл зелёный лейтенант Брыкин, внешне здорово похожий на сына генерала. И всю свою отцовскую любовь, чётко регламентированную служебной субординацией и обязанностями по службе, излил на молодого лейтенанта. Который ещё оказался толковым и добросовестным, что помогало генералу легко двигать Брыкина по карьерной лестнице вверх. Да и не только по службе – помогал и опекал и в личной жизни. А Брыкин никогда его не подводил и не разочаровывал, даже в мелочах.

Год назад, перед окончанием Брыкиным академии, уже генерал-полковник Леонтьев предложил ему свой вариант дальнейшей карьеры: – Слава, тут годика через два появиться возможность поставить тебя на очень хорошую должность. Полковничью, с генеральской перспективой. Но для этого ты должен послужить не в Москве, а в одном из регионов. Послужишь там. Уверен, что покажешь себя и я потом тебя смело двину вот на эту должность…

Так и получилось. Брыкин поехал служить в тот регион, который ему предложил генерал и возглавил там небольшой, но серьёзный отдел. Успешно влился в работу и когда, скучавший по Брыкину генерал периодически звонил тамошнему начальству, то прямо млел у телефона, когда хвалили его протеже.

– Давай, Слава, проходи сюда… Садись… Нина, – крикнул он секретарю, с улыбкой наблюдавшей от дверей за встречей, – Нина…, кофе., бутербродиков и всё остальное. С дорогим гостем разговаривать будем…

Пока Нина готовила кофе, бутербродики и другое, гость кратко рассказал о своей жизни, да и сам услышал добродушное ворчание Артёма Николаевича на свою жизнь: – Да что там у меня – работа, дом. Дом – работа, да иной раз по выходным внуки… А так… Это работа. Оооо… и Нина нам несёт…

Секретарша бережно поставила поднос на столик в гостевой зоне и удалилась, лишь напомнив, что через сорок минут надо проводить совещание, а пока она к ним никого не пустит.

– Ну…, а в Москву чего? Ты как – будешь? – Леонтьев принёс из комнаты отдыха коньяк и вопросительно мотнул им.

– Да, как и вы… В кофе…

Генерал щедро плеснул Брыкину в чашку с кофе коньяка, а себе лишь немного, сожалеюще пробормотав: – Тебе можно, а вот мне уже по чуть-чуть… Так чего ты в Москву?

Сделав глоток, Брыкин небрежно произнёс: – Да ничего интересного. Обычная текучка. Что-то проверить, поднять старые дела и там покопаться, – пока он это говорил, резво мотнул несколько раз по кругу указательным пальцем, на что генерал понимающе закрыл глаза, встал и прошёл к своему столу и из выдвинутого ящика стола достал небольшой пульт. Присел обратно к Брыкину и нажал одну из кнопок. Увидев зелёный огонёчек, удовлетворённо положил пульт на стол: – Ну, а теперь можно… Новая, кстати, глушилка… Глушит всё в радиусе 10 метров, в том числе и сотовые телефоны.

– Так вот, Артём Николаевич, в основном приехал по вашему вопросу, по которому вы мне звонили месяц назад и тут вырисовывается очень интересная картина. Я даже не знаю, как её изложить и не выглядеть в ваших глазах человеком с буйной или даже может быть больной фантазией. Поэтому, вот папочку вам приготовил и вы её почитайте. Только желательно, чтобы о содержание её никто не знал. Пока знаю я, а потом будете вы и если информация уйдёт, то даже ваша должность и звание не спасут.

– Слава, на моей службе меня трудно чем удивить, но заинтриговал…, – генерал взял папку и положил её перед собой, – почитать почитаю, но ты кратенько, в двух словах расскажи мне. А уж выводы я сделаю.

– Ну что ж… В двух словах не получится, но постараюсь быть кратким. Ваш бывший сослуживец, полковник в отставке, Эдуард Константинович, который и дал вам сигнал, живёт в небольшом коттеджном посёлке, на окраине областного центра, жена уехала на целое лето к детям, а он заскучал. А недалеко от его дома, стоит новенький шикарный коттедж с большой огороженной территорией. В нём никто не живёт, но его с самой постройки охраняет семь человек. В этом ничего криминального нет, охрана себя ведёт нормально. Как бы и претензий к ним нет. Но он как-то раз обратил в местном магазине внимание, что охрана берёт продукты, явно не на семь человек, а гораздо больше. И это на протяжение нескольких недель. Стал на коттедж более пристально поглядывать и хоть дом и нежилой, но обратил внимание, что туда периодически на пару часов приезжают солидные мэны. Но в один прекрасный день, он обнаружил, что охрана сменилась полностью. А тут ещё через три дня, гуляя по окрестностям, встретил товарища по детству. Тоже служивый, но не ФСБэшный, а армейский. Обрадовались друг другу. Тот в охране небольшой базы работал. Договорились на следующий день встретиться уже в посёлке и посидеть, повспоминать, поговорить, шашлыки поесть. Что и сделали на следующий день. Но…, как всегда у русских бывает, спиртного не хватило и они пошли в магазин. Но пошли за пивом и проходили мимо вот того коттеджа, а оттуда машина выезжала и его товарищ увидел в машине несколько парней и так между делом рассказал, что эти парни несколько дней тому назад, в его смену, кого-то рано утром искали недалеко от их базы. И к нему приходили и спрашивали, представившись ментами. Хотя у него тогда уже сомнение насчёт этого было. А увидев их сейчас, и так стало понятно, что они не менты. Походили, поспрашивали и уехали. Да…, – спохватился Брыкин, – его товарищ сказал, что вроде бы перед их приходом слышал выстрелы.

А тут проходит ещё какое-то время и в областных новостях по телевизору проходит информация, что такого-то числа, на такой-то трассе в дребезги разбивается микроавтобус, в котором ехали погибшие сотрудники службы безопасности местного олигарха Мостовикова. И трупы в аварии так были изуродованы, что их всех хоронили в закрытых гробах. Виновный в аварии водитель микроавтобуса. А ваш товарищ ещё раньше пробил, что коттедж как раз и числился за корпорацией Мостовикова. Вот вам и позвонил, предполагая, что там может находиться нарко лаборатория, а трупы погибшей охраны говорят, что идут внутренние разборки.

Получив информацию Эдуарда Константиновича, и уже от вас, я по своим каналам пробил обстановку в области и в регионе на наркотики. Всё как обычно, не отмечено появление новых наркотиков, объём поставок и сбыта не увеличился. Так что, вариант с наркотиками и внутренними разборками отбросил. С коттеджем тоже всё в порядке, построен на законных основаниях, полтора года назад. А потом, честно говоря, отставил на некоторое время в сторону это дело. Просто не было зацепок.

А тут, слыхали наверно, у нас в городе случилось ЧП!? Ещё по федеральным каналам дня два рассказывали и показывали…!? Там, вполне благополучный военный пенсионер, на почве поствоенного синдрома кучу трупов наделал…

– Да…, краем уха что-то слыхал…

– Я тоже особо не интересовался. Таких случаев по стране до полна… А тут, буквально на следующий день, после этого ЧП, звонит ваш Эдуард Константинович и предлагает приехать, так как появилась новая информация. Приезжаю, а там у него сидит его товарищ детства, который рассказывает, что вот этот военный пенсионер, полковник, каждое утро гонял на велосипеде мимо их базы. И в то утро, когда люди Мостовикова кого-то искали, тоже в то время ездил и им они тоже интересовались. Я вникаю в это дело и оказывается, он помимо кафе ещё устроил стрельбу и у своего дома и пострелял там людей опять же Мостовикова. Три трупа. Два сразу, один умер по дороге в больницу и два раненых.

– Ты гляди… Бравый вояка… Ещё есть у мужика порох в пороховнице…

– Был, Артём Николаевич… К сожалению был.

– Почему был? Насколько помню, его живым взяли…

– Я отдельно на этом остановлюсь. Так вот, поставил своим парням задачу, неофициально тряхануть свидетелей в кафе. И вот что рассказал бармен. Сразу после стрельбы, примчались люди Мостовикова во главе с его ближайшим помощником, неким Михайловым и до прибытия полиции что-то искали. Даже по карманам пенсионера шарили.

– А что, этот бармен, лично знает людей Мостовикова?

– Нет. О них я узнал от одного полицейского, который мне был должен. Полиция по вызову приехала в кафе и застала там их. Объяснение с их стороны было следующее – Люди Мостовикова отдыхали на такой-то улице, когда на них беспричинно напал вот этот человек. Пострелял их, захватил машину и погнал в город. Они за ним и приехали в кафе сразу после стрельбы….

А теперь перехожу к самому главному. Военного пенсионера, Сергей Михайлович зовут. Фамилию я пока намеренно не говорю, но вы её знаете. Взяли живым и здоровым прямо на месте преступления, с левым стволом. И с этого ствола и пострелял около своего дома первых людей Мостовикова. То есть, он шёл в кафе целеустремлённо и очевидно предполагал, что на него нападут и нападут именно эти люди. Поэтому он и действовал так дерзко.