Официант откупоривает бутылку вина и разливает по бокалам. Наш столик относительно уединенный, но зал отсюда просматривается хорошо и, делая глоток, я с интересом изучаю обстановку и других посетителей. И едва не давлюсь вином, когда справа от меня раздается небрежное:

– Привет.

Максим бесцеремонно плюхается на соседний стул, откидываясь на спинку и чуть сползая задом по гладкой атласной ткани сиденья.

– Здравствуй еще раз, Максим, – отзываюсь максимально нейтрально и сдержанно.

Ни за что не поверю, что он оказался тут случайно, потому что тоже решил поужинать. Подобному упорству можно только позавидовать, хотя, по-моему, это уже граничит с патологией. И долго он меня теперь преследовать будет?

Кирилл переводит удивленный взгляд то на меня, то на Максима.

– Максим, – протягивает ему руку через стол.

– Кирилл, – растерянно жмет в ответ.

– Кирилл, Максим знакомый моей коллеги по работе. Мы с ним сегодня случайно познакомились, и он уже уходит.

– Разве? – выгибает бровь Максим, словно я сказала несусветную глупость.

– Да, Максим. Ты, наверное, не заметил, но у нас с Кириллом свидание. И мы хотели бы провести время вдвоем.

– Слушай, Кирилл. А ты уже поел? – полностью проигнорировав мою последнюю фразу, обращается к Кириллу, который сидит словно воды в рот набрал.

– Да мы только сели, – отзывается в смятении, – и не начинали еще.

– Да? Тогда у меня к тебе предложение. Ты сейчас отсюда сваливаешь ко всем хренам, и мы заканчиваем этот вечер без тебя. Пообщаетесь в другой раз. Ты только в плюсе останешься. За ужин платить не придется. Я тебе еще даже накину за неудобства.

И небрежным жестом бросает на стол пачку купюр.

Кирилл смотрит на деньги расширившимися глазами и поднимает на Максима ошалелый взгляд. Я молча наблюдаю за этим цирком, потому что теперь стало даже интересно. Он вообще собирается ему хоть что-нибудь ответить? Максим ведь не только его этим сейчас унижает. Меня тоже.

– Что, мало? – уже на полном серьезе уточняет Максим, лезет в карман и бросает на стол еще пачку.

Кирилл снова опускает взгляд на деньги, пару секунд молча на них смотрит и… тяжело сглатывает.

Кажется, мне все понятно. Я с шумом отодвигаю стул и встаю из-за стола. Иду к выходу, но через пару шагов возвращаюсь обратно и беру со столика бокал с остатками вина. Пожалуй, отбросим в сторону никому не нужное показное благородство и высокомудрие. С мгновение решаю, кому из них выплеснуть содержимое бокала в лицо, потому что на двоих тут не хватит, и выбираю Кирилла. У Максима-то на лбу написано, что он придурок, с ним хотя бы сразу все понятно было, а вот Кирилл…

– Не забудь за меня заплатить, – стукаю бокалом об стол, – ты теперь богатый.

А теперь можно и уходить. На Максима я целенаправленно не обращаю ни малейшего внимания. Вообще не смотрю в его сторону.

– Маааш. Маш, подожди, – зовет меня в спину Кирилл, но как-то вяло и неуверенно. Уж лучше бы вообще молчал.

Выйдя на улицу, сажусь в машину и завожу мотор, нетерпеливо барабаня пальцами по рулю, пока она прогревается.

Телефон в сумочке издает короткий писк, сопровождаемый «вжиком» вибрации, и на первом же светофоре я вытаскиваю его, чтобы проверить.

Максим. Он откуда-то и номер мой узнал.

«А ты далеко ушла? А то я с твоим парнем договорился. На этот вечер ты моя. Цена вопроса 700к».

Я рычу от злости и отбрасываю телефон на сиденье, трогаясь с места.

Дома первым делом иду в кухню и хлопаю дверцей микроволновки, потому что так и не поела и теперь жутко голодная. Взгляд падает на огромный букет бордово-красных роз, стоящий в вазе на подоконнике. Придурок! И цветы эти его дурацкие! А Кирилл, кстати, никаких цветов мне не принес…

Мелодичный «дзыньк» отвлекает от мрачных мыслей, и я сажусь за стол.

Уже когда расстилаю диван и ложусь спать, телефон под подушкой снова издает короткий писк и «вжик».

«Ты мне теперь должна за испорченный вечер».

Я отбрасываю телефон и поправляю под головой подушку, яростно тыкая ее кулаком. Не успеваю нормально лечь, раздается еще один короткий писк.

«Долго еще ломаться будешь?»

Следом почти без перехода прилетает еще одно сообщение:

«Уж слишком старательно цену себе набиваешь».

Достал. Где тут в спам его занести? А. Вот. Нашла.

Глава 4

Максим

Дааа… немного все пошло не по плану. Да по пизде, откровенно говоря, все пошло. Номер мой заблокировала. Чтобы девчонка кинула меня в черный список? На моей памяти подобное случалось со мной примерно ни разу. Мысленно отматываю события назад, прикидывая в какой момент все пошло не так, не считая того, что с самого начала, и понимаю, что еще сотню раз поступил бы так же. Еще не хватало опуститься до соревнований в ухаживаниях с какими-то ушлепками. А так был Кирилл – и нет Кирилла. Временно или насовсем – это уже не мое дело. Чтобы усадить ее на свой член, мне времени хватит, а потом пусть делает что хочет.

Времени я решил не терять и теперь жду ее около подъезда. Знаю, что сегодня у нее смена в цветочном, проезжал мимо – проверил, и надеюсь, что после работы она поедет домой. Сначала думал прямо у работы ее подловить, но она же у нас «за рулем».

Маша

На улице уже темно. После работы я еще заезжала в магазин электроники, чтобы прикинуть цену на ноутбуки и сориентироваться, сколько мне потребуется денег для приобретения того, что с нужными характеристиками. Потом поехала на занятие в «Black cats». На работе сегодня был настоящий аврал: привезли свежую партию цветов, следом приехал Марк Петрович, чтобы лично все проконтролировать и раздать нам памятки по уходу за новыми растениями, которые появились у нас впервые, плюс работа с покупателями, которую никто не отменял. В общем, поужинать не получилось. На голодный желудок тренироваться не слишком-то комфортно, но я и так пропустила прошлое занятие.

Приткнув машину на свободное место и почти дойдя до своего подъезда, под козырьком которого срабатывает автоматический свет, замечаю, что практически у самого входа припаркован летательный аппарат, на котором ездит Максим. Сам он стоит, небрежно привалившись к капоту, и пальцами левой руки щелкает по экрану смартфона. Поднимает взгляд на мои шаги, убирает телефон во внутренний карман ветровки и преграждает мне путь, вставая посреди тротуара.

– Что ты тут делаешь?

– Я ведь говорил, что ты теперь должна мне за испорченный вечер.

– Понятно, – отзываюсь сухо и пытаюсь его обойти.

– Маш, подожди, – выбрасывает в сторону руку, не давая пройти, – у меня тут… – открывает дверь машины и берет с переднего пассажирского сиденья охапку бордово-красных роз, – это тебе.

– Этот фокус у тебя больше не пройдет, Максим.

Я снова пытаюсь его обойти – он снова выбрасывает в сторону руку, преграждая путь.

– Маш, да подожди…

Поразительная настойчивость. Рядом с этим мужчиной ощущаешь себя как под многотонным прессом. Как ни сопротивляйся, все равно раздавит. А я и без того уже в лепешку.

– Максим, пожалуйста, давай не сейчас. Я хочу домой. Я очень сильно устала, а еще очень сильно голодная.

Я говорю ему это без всякого раздражения. Почти просяще. Я действительно сегодня очень устала и единственное, чего хочу, – это горячий ужин, теплый душ и мягкую постель. На то, чтобы устраивать пикировки, у меня нет никаких сил.

– Ладно. Хочешь серьезно – давай серьезно. Это не ты, а я испортил тебе вечер и теперь хочу это исправить. Возьми, пожалуйста, цветы.

Я вздыхаю и все-таки беру букет, рассчитывая, что хотя бы на сегодня вопрос на этом будет исчерпан, но едва прижимаю его к себе двумя руками из-за того, какой он огромный, Максим одним уверенным движением подхватывает меня под колени и спину и еще одним таким же уверенным движением усаживает в машину:

– Умничка. Теперь садись.

И захлопывает дверь.

Максим

Плюхаюсь на водительское сиденье, садясь рядом. Маша молчит. Никак не сопротивляется и не пытается удрать или возмущаться. И смотрит. Смотрит на меня не со злостью, а с какой-то обидой во взгляде, словно я ее не в машину к себе усадил, а задницей в лужу.

– Ну чего ты так смотришь? – спрашиваю и сам удивляюсь своему голосу. Будто я и правда ее жутко обидел и теперь готов на что угодно, чтобы загладить вину, – поужинать просто съездим.

Протягиваю руку и поглаживаю костяшками пальцев по раскрасневшейся щеке. Кожа у нее нежная и бархатистая. На ощупь нереально приятная. Убираю растрепавшиеся волнистые прядки волос в сторону и снова поглаживаю. Взгляд сам собой стекает от ее бездонных глазищ светло-голубого фиалкового цвета вниз и зависает на губах. Они у нее красивые. Немного пухлые, ярко-розовые и манящие. Скорее всего, мягкие и нежные на ощупь. Невыносимо хочется их потрогать, чтобы проверить наверняка. Я так и делаю. Трогаю. Кладу ладонь ей на щеку и с легким нажимом провожу подушечкой большого пальца по нижней губе.

– Максим, если ты не заметил, ты трогаешь меня без разрешения.

Отстраняюсь и поднимаю руки ладонями вверх.

– Трогать больше не стану. Просто ужин, Маш. Потом домой тебя привезу.

– Хорошо, Максим. Только если…

Щелкаю кнопкой блокировки замков и завожу мотор, сразу вслед за этим вдавливая педаль в пол. Маша как-то устало вздыхает и ничего больше не говорит. Всю недолгую дорогу до «Aquarium» она задумчиво молчит, перебирая пальчиками цветочные лепестки. Я то и дело бросаю на нее искоса взгляд и замечаю, что она вся подбирается и напрягается, еще только когда въезжаем на парковку. Тормознувшись у входа, глушу мотор, поворачиваюсь к ней и напарываюсь на очередной обиженный взгляд.

– Что на этот раз?

– Решил надо мной поиздеваться? – спрашивает мрачно и с обидой в голосе.

– Что не так, Маш? – вздыхаю, потому что потихоньку начинаю уставать. Я и без того задолбался у ее подъезда столько времени торчать.

– Что не так?! Это один из лучших ресторанов в городе.

– Я в курсе.

Маша отворачивается к окну и обиженно пыхтит, как маленький еж.

– Ты можешь нормально объяснить, что не так? Только не устраивай, пожалуйста, этот дешевый спектакль с тем, что ты будешь платить за себя сама, а здесь слишком дорого.

– Ты правда не понимаешь?

– Я правда не понимаю.

– Господи! Да посмотри на меня! Как я, по-твоему, пойду туда в таком виде?! Хочешь выставить меня на посмешище?

***

– Эй, оборванец, ты тут сидеть не будешь.

Мальчик в идеально отглаженной белоснежной рубашке под темно-серым пиджаком с приколотым к лацкану значком персонажа из известного супергеройского фильма нарочито небрежным жестом скинул на пол аккуратно уложенный на углу первой парты потрепанный учебник.

В просторном классе, залитом теплым ярким светом осеннего солнца, уже прозвенел звонок, и первоклашки в ожидании где-то задержавшейся учительницы заканчивали последние приготовления к первому уроку.

Черноволосый мальчонка в потертых брючках с заплаткой на левом колене и пиджаке, рукава которого были слишком коротки для его длинных и худых рук, встал со стула, поднял учебник и снова аккуратно положил обратно на край парты.

– Я буду сидеть там, где хочу, – отрезал мрачно и жестко, вставая напротив холеного задиры.

– Не будешь, – вздернул подбородок обладатель разноцветного значка, – все говорят, что у тебя вши. Ты заразный. В конец класса вали, нищеброд.

Черноволосый парнишка больше ничего не сказал. С неожиданной ловкостью в два счета повалил обидчика на пол и принялся молотить по нему кулаками. Жестоко. Отчаянно. Так, как уже давно привык.

– Вы что делаете?!

Резкий рывок за воротник, и чья-то сильная рука оттащила черноволосого вверх и в сторону.

– Фамилия! – крикнула ему в лицо с перекошенным от злобы лицом молодая девушка с короткой стрижкой медно-рыжих волос.

– Полянский, – мрачно и как-то почти по-взрослому серьезно ответил ребенок, смело встречая взгляд серо-зеленых глаз.