– Да. Наверное, вы правы, нант Арсен. – Магритт попыталась разрядить обстановку. – Кстати, вы пробовали их посчитать?

Наивность подопечной продолжала забавлять инспектора, от чего та непонимающая захлопала глазами. Однако именно в этот момент Мэй заметила, что между ними напряжения стало намного меньше, чем в ранних днях совместного проживания.

Внезапно на всю территорию поместья раздались голоса Валента и Карлин, которые заставили овечку убежать. Вскоре вампиры попали в поле зрения магов. Влюблённые во всё горло орали кабацкие песни, пританцовывая словно пьяные с гостинцем Арсена.

– Знаете, нант… – Мэй поёжилась от увиденного. – Будь это моей кровью, мне было бы очень неловко за этим наблюдать.

– Но кровь то уже не моя. – такой скупой ответ Арсена удивил подопечную.

Тем временем парочка под аккомпанемент своих голос закружилась в вальсе. Магритт таких ярких проявлений эмоций ещё не приходилось видеть. Она наблюдала нежность между родителями, неоднократно становилась свидетелем кокетливого флирта Эйммы в сторону дворцовой охраны да дреннского молодняка во время народных гуляний, но такая страсть для нейстрийки была в новинку. Недолго потанцевав, Валент и Карлин слились в поцелуе.

– Знаете, нант Арсен, я не удивлюсь, если это была любовь с первого взгляда. – Мэй тут же ответили ухмылкой. – Не верите в это?

– Девочка моя, – инспектор снисходительно улыбнулся. – Любовь с первого взгляда придумали писатели, чтобы впечатлительные наны активно покупали их книги.

Такого сформулировано цинизма Магритт ещё не приходилось слышать. И всё же отчасти она была согласна с инспектором. Мэй скептически относилась к любви с первого взгляда, однако она не исключала её существование.

А ещё парочка напомнила Магритт о приближение рассвета, поэтому она решила вернуться в комнату, чтобы снова попытаться уснуть. Провожая её взглядом, Арсен задумался о сентиментальности, которая, по его мнению, была присуща каждой женщине…

Когда двадцатидевятилетний нант Болинг сделал предложение девятнадцатилетней нане Минхен, она надолго призадумалась. Поначалу Арсен не понимал из-за чего, ибо он постарался выждать достаточно времени после траура, чтобы такое предложение казалось уместным. Тем больше оказалось его удивление, когда Элси произнесла: “Я понимаю, нант Арсен, что ты хочешь мне помочь, но… А вдруг ты в кого-то влюбишься?” Нант Болинг от этого вопроса даже впал в ступор, однако он, быстро взяв себя в руки, задал встречный вопрос: “А что ты подразумеваешь под любовью?” Он часто слышал в свете от девиц на выданье речи о любви, но никогда не мог понять, что они имели в виду под данным словом. Да и сами наны не могли внятно объяснить это, не прибегая к цитатам из сентиментальных романов. Элси же просто молчала. Нант Болинг не думал упрекать ни великосветских нан, ни свою будущую жену за это. Он всего лишь не мог осознать фундамент, на котором стояли их эфемерные суждения о такой же эфемерной любви. Поняв, что потенциальной невесте нечего ответить, Арсен выложил свои аргументы: “Ты практически выросла на моих глазах, поэтому знаю, какая ты замечательная и благочестивая девица. А если ты думаешь, что я однажды загуляю по домам терпимости, то тебе не нужно переживать на этот счёт. Мне это никогда не было интересно, да и для здоровья такое рискованно. Я уверен, что у нас может выйти крепкий брак.” Неопытной в силу юности Элси эти доводы показались вполне разумными. Они же подтолкнули её дать согласие.

И вот смотря на уходящую Магритт, Арсен уже в который раз убедился, что каждой юной девице присущ сентиментализм, не дающий видеть действительность без розовых тонов.

***

Вторые сутки были посвящены тому, чтобы выведать информацию уже внутри города. Нант Гиселинг для жителей Тарло являлся настоящем героем. Причина тому была избавление от стаи волков, которые много лет не давали покоя горожанам да горным пастухам. Магритт не верила своим ушам, ибо во всех легендах о вампирах, что она слышала, такие существа являлись самыми страшными персонажами. Однако жители Тарло, хоть и смущались соседства с человеком заражённым вампиризмом, но всё же испытывали благодарность к Валенту. Их опрос привёл к окончательному выводу об успешной проверке.

На обратном пути в поместье Мэй, наконец, решилась расспросить Арсена о загадочных символах.

– Это гирландские руны. – ответил инспектор. – Никогда не слышала о них?

– Нет! Откуда? – усмехнулась нейстрийка.

– На этих землях семь тысяч лет назад жили гирланды. В некоторых исторических трудах они описывались, как сильный магических народ по причине того, что они никогда не смешивались с простыми людьми.

– То есть… Они…

– Да, для них не было чуждо кровосмешение. – поморщился Арсен. – Так что не удивительно, что они в конечном итоге выродились, оставив после себя только руны, значение которых до сих пор не смогли разгадать.

– Не может быть. – не верила Мэй. – Они же наверняка с кем-то соседствовали. Хоть что-то ещё могли узнать ведь…

– Девочка моя, некоторые народы могут быть слишком закрытыми. Собственно говоря, поэтому мне смешно слышать от некоторых магов, которые говорят, что они якобы потомки гирландов.

– Разве такое не может быть?

– Ну-у… Конечно, могли быть такие, которые выбрали изгнание из племени ради союза с простым человеком или магом из другого народа, но… Вряд ли это была распространённая практика.

– Откуда вы столько знаете о них, нант Арсен?

– Я с детства люблю читать о разных древних этносах… А до тринадцати лет я хотел стать этнографом.

После этих слов, Арсен заметил, как его подопечная резко закусила нижнюю губу. Причиной тому было то, что Магритт в последний момент успела сдержаться от вопроса: что произошло после тринадцати лет? Нейстрийка, вернув своё первоначальное спокойствие, лишь протянула: “А, ясно.” Арсен же решил сделать вид, будто он не видел этого странного выражения лица. Его внимание снова сосредоточилось на пути в поместье. Так Магритт поняла, в каком возрасте у её наставника проявился магический потенциал.

Мэй теперь с ещё большим интересом глядела на гирландские руны, которыми жители Тарло украшали свои дома в знак уважения исторической памяти.

***

Оставалось пережить ещё одну ночь до возвращения в Сангреле. Магритт не представляла, как это сделать, ибо прошедшая бессонница ей далась с большим трудом. К тому же не успела она даже переодеться для сна, как в дверь комнаты постучались. Сначала это показалось странным, ибо Мэй уже обменялась с наставником пожеланиями спокойной ночи.

– Нант Болинг? – робко спросила Магритт.

– Добрый вечер, нана Торффен. – по ту сторону двери отозвалась Карлин. – Вы позволите войти?

Мэй стало не по себе от непонимания того, что могло вечером понадобиться вампирше. Инстинкт самосохранения навеивал нехорошие подозрения, но, с другой стороны, здравый смысл подсказывал,

что невеста нанта Гиселинга легко могла бы выломать дверь и напасть без соблюдения правил вежливости. После повторного обращения Карлин Мэй позволила ей войти. Вампирша, дойдя до середины комнаты, огляделась, а затем обратила внимание на гостью.

– Как я вижу, нана Торффен, вы ещё не успели переодеться. – Карлин громко соединила свои руки. – Я бы хотела пригласить вас прогуляться по городу. Вы даже не представляете, каким весёлым может быть Тарло ночью!

– Ну-у… Я даже не знаю, нана Шоунен. – Мэй задумчиво отвела взгляд.

– Не переживайте, нана Торффен! – рассмеялась Карлин. – Уж со мной то вам бояться нечего!

– Pa-a… Tan, nari, hamano fitna. (Ну-у… Вы, конечно, не считаетесь.) – увидев ожидаемое непонимание со стороны собеседницы, нейстрийка снова перешла на союзный язык. – Просто… В прошлый раз, когда мне одна нана предложила составить компанию, это закончилось очень печально.

– О-о! А это вы мне можете рассказать по дороге. – вампирша подошла ещё ближе. – Обожаю драмы! Особенно, когда они на настоящих событиях.

Какое-то время сомнения томились в голове Магритт, однако на её окончательное решение всё же повлияли, ранее составленный, логический довод и настойчивость наны Шоунен.

Уходя тайком из поместья в компании вампирши, Мэй надеялась только на то, что нант Болинг не хватиться её до утра.

По пути в город Магритт не стала рассказывать о истории с наной Шефринг, да и без неё у невесты нанта Гиселинга нашлось достаточно тем для беседы. На большинство из них Мэй не очень охотно отвечала, а тема сравнения крови Арсена с волчьей и вовсе приводило в смущение.

Когда же девицы дошли до города, неловкость да скука сменились на восторг. Ночью Тарло горел яркими цветами. Светились даже гирландские руны на стенах. И песнь этого небольшого города была ритмична да зажигательна.

– Ну, нана Торффен, вы теперь убедились, что я оказалась права? – получив одобрительный кивок, Карлин повела гостью за руку. – Я знаю, где можно потанцевать.

Невеста нанта Гиселинга привела Мэй в самый шумный городской паб, где уже не было проходу от диких плясок под задорный союз скрипки с барабаном. Магритт не успела осмотреться, как Карлин тут же завела её в это весёлое безумие. Оно было настолько заразительным, что нейстрийка забыла про всякое сопротивление. Пока Мэй кружили в танце, ей казалось, будто все воспоминание растворялись в этом угаре. Окружающий мир упростился до ярких пятен разных размеров как в калейдоскопе. В разуме осталось только веселье, которое заставило Мэй смеяться, словно она умалишённая. Карлин её поддерживала, отвечая более сдержанным смехом. Голова Магритт закружилась так сильно, что она перестала соображать. Прибывая в этой эйфории, Мэй не почувствовала, как вампирша прижала её к себе и, сделав ещё один танцевальный круг, с уже удлинёнными клыками наклонилась к шее…

***

Пока возлюбленная прибывала в городе в компании гостьи, Валент решил занять свободное время своим любимым делом. Он продолжительное время находился в библиотеке, мучимый вопросом: что бы перечитать? Вариантов было предостаточно, но вампир не мог определиться, какой из них самый лучший. И для него это являлось одной из немногих сладостных пыток, от которой он испытывал наслаждении. Валент мог так простоять очень долго, если бы не стук в дверь. Недовольно закатив глаза, вампир позволил войти.

– Прошу прощение, нант Гиселинг. – подойдя к хозяину поместья, Арсен протянул ему книгу. – Возвращаю.

– О! – Валент прочитал название. – Вот это я перечитаю!

– К сожалению, мои ожидание она не оправдала.

– Что ж… Очень жаль, инспектор Болинг. Кстати, может вам подойдёт другой способ?

– Какой ещё?

С хитрой улыбкой Валент подошёл к глобусу. Когда он открыл верхнее полушарие, Арсен увидел несколько бутылок алкоголя.

– Для гостей держу. – объяснил вампир.

– Мне только алкоголизма ещё не хватало. – буркнул инспектор, после чего уже более вежливо добавил. – Благодарю, но мне это точно не поможет.

– Ну-у… Как пожелаете. – Валент закрыл глобус. – Извините за нескромный вопрос, но вы давно страдаете бессонницей?

– Простите за не очень вежливый встречный вопрос, но вы давно служите доктором?

– Я изучал медицину в Сангреле, и иногда помогаю жителям Тарло, когда доктора слишком заняты. Так что это чисто научный интерес, и в вашу личную жизнь я не собираюсь лезть, если вы сами не захотите этим поделиться.

– Одиннадцать лет уже… Я всё перепробовал, но… Я засыпаю только от работы с документами.

– Ясно. Как я уже говорил, в личную жизнь не лезу без разрешения, но… Я предположу самое банальное. У вас случился очень травмирующий опыт. Похоже, что вы даже сами не осознаёте, насколько он оказался травмирующим.