Меня спасли рефлексы, и я перекатилась в сторону. Сталь клинка зазвенела об камень там, где только что была моя голова. Я ударила ее ногой в живот. Она охнула и отшатнулась, а я рывком вскочила на ноги, пытаясь унять дрожь в руках.

Калиста выругалась сквозь зубы. Кажется, в ее глазах мелькнула боль, но она тут же взяла себя в руки. Я тяжело дышала, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди.

– Ты все еще можешь остановиться, – прохрипела я, удерживая меч перед собой. – Мы можем вместе уйти отсюда.

Калиста покачала головой. В ее глазах светилась мрачная решимость.

– Нет, Рейна. Ты не понимаешь, – прошипела она. – Я шла к этому восемь лет. Восемь лет изнурительных тренировок, бесконечных часов учебы, молитв и бессонных ночей. Если я не сделаю этого, меня… меня не будет.

Она отпрянула и сделала ложный выпад. Я едва успела отклониться, почувствовав, как лезвие меча чиркнуло по щеке. Теплая кровь заструилась по коже.

“Ну уж нет. Я – это я. В одеяниях жрицы или нет. И я знаю что делать.”

Ее клинок просвистел в опасной близости так, что я почувствовала, как поток воздуха коснулся моей шеи. Я не дала обмануть себя финтами, парировала бросок и резко повернула запястье, выводя ее оружие из равновесия. Ее стойка пошатнулась, и на миг мне показалось, что она сейчас упадет.

Она попыталась отступить, но я уже видела слабые места. В следующий миг лезвие скользнула вдоль ее меча, и я ударила по гарде с точным поворотом запястья. Я использовала оружие как рычаг, и ее клинок вылетел, звеня о каменные плиты пола.

Тяжело дыша, мы застыли в центре зала, где когда-то возвышался алтарь богини тьмы. Теперь там зиял черный провал, из которого тянуло зловонным холодом.

– Бой окончен, – усилием воли я заставила свой голос не дрожать.

Калиста же, кажется, не до конца осознавала, что произошло. Она ошеломленно смотрела то на меня, то на свое оружие, лежащее в нескольких шагах.

“Я… победила?”

– Послушница Рейна! – голос Верховной Жрицы звучал холодно, будто ее вовсе не интересовало, что происходит. – Бой не окончен! Ты должна принести жертву богине.

“Да пошла ты!”

– Бой окончен! Я не буду ее убивать! – ярость смешалась с отчаянием внутри меня. – Калиста, пойдем отсюда.

Она все еще смотрела на меня.

Ее карие глаза – обычно такие живые – теперь были странно пустыми. Я протянула ей руку.

Все произошло слишком быстро. Калиста резко рванула вперед, уходя в сторону. Я машинально шагнула за ней, пытаясь предугадать ее движение, но она резко развернулась и ударила правой ногой в мою икру. Острая боль прострелила колено, и я пошатнулась, теряя равновесие.

Камни под ногами посыпались – мы стояли слишком близко к провалу.

Я испуганно вскрикнула, сердце замерло в груди. Хотела перегруппироваться, но она толкнула меня в спину, прежде чем я успела что-либо сделать.

– Рейна! – крик Лии зазвенел в ушах, смешиваясь с гулом крови.

Я падала.

Падала…

Падала.

Глава 6

Несколько мучительно долгих мгновений у меня ушло на то, чтобы осознать, что я падала.

В ушах застыл пронзительный крик Лии, а дыхание замерло в груди. Но когда я врезалась в ближайший уступ, реальность мгновенно вернулась: меня отбросило на край каменной плиты, и я, задыхаясь от боли, судорожно ухватилась за край.

Огненное жжение пронеслось по плечам и рукам, и я сжала пальцы так, что костяшки побелели. На миг показалось, что я смогу выбраться. Однако силы быстро покинули меня – ладони соскользнули, и я снова сорвалась вниз.

Казалось, что падение продолжалось бесконечно. Где-то на полпути лианы, пробившиеся сквозь трещины древних стен, замедлили мой стремительный полет. Но они не смогли удержать меня полностью: я лишь ощутила резкую остановку, а потом снова полетела вниз.

Воздух с хрипом вылетел из легких, когда мое тело наконец с глухим ударом столкнулось с каменным полом. Тупая боль разлилась по спине, я забыла, как дышать и на какое-то время потеряла связь с реальностью…

***

Когда я пришла в себя, из проема надо мной сочился тусклый свет. Проклятье. Сколько я провела без сознания?

Я заставила себя сделать вдох. Грудная клетка болезненно сжалась, но сырой и холодный воздух все же наполнил легкие.

Я жива. Это была единственная хорошая новость на данный момент.

Осторожно попробовала пошевелиться. Ладони скользили по шершавому полу, пальцы двигались.

Ноги… Они тоже шевелились. Но стоило мне двинуть правой ногой, как резкая, обжигающая боль пронзила колено. Я замерла, боясь усугубить ситуацию.

Мои глаза медленно привыкали к темноте, и я смогла, наконец, рассмотреть окружение. Я оказалась в подземном помещении без окон. Воздух пах сыростью и плесенью. Из-под потрескавшихся каменных плит кое-где пробивались корни растений. Благодаря свету из проема я заметила три полуразрушенных арочных прохода. Я подняла голову вверх, прищурилась, оценивая глубину падения.

Пять этажей. Пять! Ничего себе, сколько же загадок скрывал храм Ксералии?

Амулет! Рука по привычке потянулась к шее – и не обнаружила там теплого прикосновения камня. Бездна… должно быть, он слетел во время моего безумного падения. Без него я не могла использовать магию. На душе стало еще тревожнее.

Меча поблизости тоже не наблюдалось. Я оказалась безоружна и беззащитна в гребаных катакомбах.

Усилием воли я попыталась заставить себя сесть. Все вроде бы цело… кроме ноги.

“Так, Рейна, нужно понять, что там с твоим коленом.”

Выругавшись сквозь зубы, я осторожно закатала шерстяные шаровары, открывая колено. То, что я увидела, заставило меня сжаться от ужаса. Колено выглядело отвратительно: опухшее, синее, сустав явно сместился из своего положения. В памяти всплыл момент удара – Калиста угодила прямо в коленную чашечку.

Твою мать, как же метко.

Я откинулась назад на холодный пол и взвыла. Вся боль и тяжесть сегодняшнего дня вдруг разом навалилась на меня и потребовали выхода. Слезы бурлили внутри, и я, не выдержав, дала им волю.

Я плакала.

Плакала, оплакивая себя, свою ногу, свою недавнюю, почти случившуюся смерть. Оплакивала нашу наивную дружбу с Лией и Калистой, нашу мечту стать жрицами Элиоры и защищать людей от Теней.

Я всего лишь хотела спасти подругу. Как в итоге я оказалась в этих жутких катакомбах, с выбитым коленом и покалеченными планами на будущее?

Я плакала и не могла остановиться.

Сколько я так лежала, выплескивая все свои эмоции наружу? Минут десять? Полчаса? Час? Я потеряла счет времени. Но в конце концов поток слез иссяк, оставив за собой пустоту и ноющую боль где-то под ребрами.

Вытерев щеки тыльной стороной ладони, я приподнялась и села, глядя на свое несчастное колено.

“Выбора нет,” – решила я. – “Нужно что-то предпринимать, пока я окончательно не потеряла возможность ходить.”

Нас, как послушниц, обучали основам медицины и первой помощи. Но магией целительства я не владела – ее изучали жрицы, на следующей ступени, да и то – немногие.

– Давай, Рейна, вспомни уроки.

Память услужливо вытащила из глубин сознания голос наставницы: "Если сустав выбит, ни в коем случае не двигайте пострадавшего. Прежде всего, обездвижьте поврежденную область. Вправить сустав можно, но… осторожно."

Сама идея трогать свое колено, не говоря уже о попытке вправить его, пугала до безумия. Но что мне оставалось? Оставить все как есть? Я слишком хорошо знала, чем это может обернуться. Без поддержки сустав продолжит смещаться, а боль – усиливаться, а я даже в текущем состоянии вряд ли смогу встать.

Придерживая больную ногу обеими руками, я склонилась ближе, стараясь рассмотреть травму. Пальцы коснулись припухшей кожи, и я зашипела от боли, стиснув зубы. Каждое прикосновение отзывалось резким, жгучим импульсом, но я все равно продолжала.

Медленно нащупала коленную чашечку.

Дыши, Рейна. Все будет хорошо.

Я осмотрелась. Рядом валялся камень с острым краем. Его можно использовать, чтобы нарезать ткань. На мне была туника, и я понимала, что придется пожертвовать ею ради повязки.

Стараясь не обращать внимания на боль, я нащупала камень и принялась разрывать ткань на длинные полосы. Мои руки дрожали, но я продолжала, пока не получила несколько кусков, достаточных для фиксации.

Я выдохнула, собираясь с духом.

Теперь самое сложное.

Я знала, что придется вернуть чашечку на место. Руки вспотели, а пальцы соскальзывали. Я задержала дыхание, стиснула зубы и, сосредоточившись, сделала рывок. Колено взорвалось болью и я вскрикнула. В глазах потемнело.

Я не сразу поняла, что именно произошло, но, кажется, сустав встал на место. Колено все еще болело, но движение казалось менее резким. Убедившись, что сустав больше не смещается, я принялась туго наматывать ткань вокруг колена, фиксируя его.

– Вот и все, – выдохнула я, чувствуя, как тело покрывается холодным потом, – Теперь ты можешь встать.

Но на самом деле я не была уверена, что смогу.

Передо мной чернели три полуразрушенных арочных прохода. Тени на стенах зловеще колыхались, словно подрагивая от невидимого ветра. В сущности, мне было все равно, какой выбрать: я все равно понятия не имела, куда они ведут.

Откуда-то из прошлой жизни в памяти всплыла детская считалочка:

Раз, два, три –

Выйдут тени изнутри.

Четыре, пять –

И начнут тебя искать.

Шесть, семь, восемь –

В гости их к себе не просим.

Девять, десять, не смотри –

Их глаза горят в ночи.

По крайней мере считалочка помогла мне определиться с направлением движения.

Шаги отзывались тупой болью в колене. В горле першило, а во рту пересохло от страха и усталости. Я упрямо шла вперед.

Кап. Кап. Кап…

Монотонный звук капель был моим единственным компаньоном в этом мраке. Собеседник из него, конечно, так себе, но хоть что-то.

На очередном шаге боль в ноге стала невыносимой, и я со стоном опустилась на пол, прижимаясь спиной к холодной стене.

Кап. Кап. Кап…

Я чувствовала себя совершенно вымотанной и попыталась устроиться и поспать.

Я так и сгиню в этих проклятых катакомбах. Никто даже не узнает.

Надеюсь, эта новость испортит свадебное настроение Иланы. Я зло усмехнулась.

Последний раз я видела ее два года назад, когда она приезжала в Акролитию вместе с родителями, чтобы навестить меня и посетить самый большой храм Элиоры в Империи. Тогда она показалась мне лучшей версией меня. Выше на полголовы, с женственными формами и мягкой, теплой улыбкой.

Мое же тело, кажется, мало изменилось со времени первой менструации: все такое же худое и угловатое.

Илана будет прекрасно выглядеть в свадебном платье. Наверное, ее жених просто счастливчик.

Пошли вы все в Бездну…

Раньше я могла бы выдать браваду о том, что она не продержалась бы и минуты на тренировочной площадке или в бою с Тенями. Но теперь это не имело смысла. Никакого.

Я закрыла глаза, чувствуя, как злость и усталость отступают, уступая место тяжелому, вязкому сну.

***

Они появились ночью. Было холодно – при появлении Теней температура всегда падала. Сначала ты чувствуешь, как ледяной воздух обжигает кожу, а потом приходит страх. Крики. Запах крови.

Я убегала. Илана и мама – со мной. Я всегда убегала. Пока в храме Элиоры меня не научили сражаться.

Мы прятались в подвале. Холод сковывал тело, заставляя дрожать. Глупо, конечно, ведь двери Тени не остановят. Я цеплялась за мамину руку, слышала ее дрожащую молитву и думала: почему никто не может их остановить?

***

Я резко выдохнула и открыла глаза, ожидая увидеть перед собой жуткие силуэты. Никого. Только сырые, зловещие коридоры катакомб и тишина.

Наша провинция была одной из самых пострадавших от нашествия Теней. Несколько дней мы убегали и прятались. Пока не появились они – жрицы Элиоры.