За свою работу будешь получать зарплату. Чтобы какой-нибудь деятельный чмошник из числа моих недоброжелателей не обвинил меня в покушении. Мы оба с тобой знаем, что по нашим обычаям я могу не только забрать тебя в свой дом, но и в свою постель, но… есть ведь и федеральные законы…

– Вот именно… Тебе тоже об этом стоит помнить…

– А вот это сейчас было лишним… Про законы- это я не для тебя говорил. Для тебя есть теперь только один закон- закон моего дома. Усекла?

Я молчу, поджав губы.

– Голос, Диана,– говорит, как собачонке.

– Да, Батыр. Ты прав. Я все усекла… Для меня есть теперь только один закон- и это закон твоего дома. Это ты хотел услышать?

Ухмыляется.

– Пока да. На нынешний момент хватит. Умница. Послушная девочка.

Глава 3

Дом Батыра встречает нас помпезной роскошью и высокомерием.

За два часа нашего пути он объяснил свою концепцию жизни.

– Милена и Джаннет мне не жены… Скорее наложницы. Любовницы. Шлюшки…,– усмехается он пошло,– Брюнетка и блондинка. Сочная и субтильная. Чтоб было разнообразие… Мне нравится делить с ними постель.

– Можно без подробностей?

Просто побоялась их спрашивать – делает он это одновременно или по какому-то графику, поочередно…

Тошно. Одна грязь вокруг.

Но мне нужно справиться…

Не буду ждать восьми месяцев. Свяжусь с Рамазаном, как только смогу. И так, чтобы не подставить брата.

О том, что для решение своих проблем ему пришлось бежать на время из страны, я была в курсе. Мы специально старались свести общение к нулю- чтобы меня не пасли и не пытались надавить тем самым на него, но… вот оно как все вышло…

Рома не хотел, чтобы я оставалась с Джалилом, но я убеждала его в обратном… Говорила, что он все равно мой муж… Что я… люблю его…

Врала безбожно. Но а что было делать? Они и так были на ножах. Рома и так сильно обидел семью Гусейновых, отобрав у них солидный кусок бизнеса и отвергнув невесту из их рода… Если бы я ушла- это бы была уже не просто война, а битва за смерть…

Я больше не хочу смертей. Не хочу крови. Не хочу боли.

Я хочу тишины…

Просто сбегу сама.

У меня есть образование… Несмотря на то, что Джалил все эти годы планомерно уничтожал мою самостоятельность, я найду способ выкарабкаться…

За этими мыслями даже и не заметила, как мы съехали на территорию коттеджного поселка рядом с морем.

С первого взгляда это место захватывало дух. Монументальные ворота с коваными узорами открывали путь к истинной роскоши – белоснежному дворцу, отражающемуся в зеркальной глади бескрайнего моря. Архитектура – смесь современного минимализма и восточного величия: высокие колонны, панорамные окна от пола до потолка, террасы с резными перилами, утопающие в зелени пальм и оливковых деревьев.

Перед домом – безупречный ландшафтный парк: мраморные фонтаны, шелковистый газон, дорожки, выложенные золотистым камнем, ведущие к частному пляжу с белым песком. Воздух наполнен ароматом морского бриза и цветущих жасминов.

Стоило нам заехать во двор, припарковать машину и выйти к крыльцу, на нем тут же появляются две гурии в пеньюарах, с визгом кидающиеся ему на шею.

И правда, совсем разные.

Чтобы глаз не привыкал.

Они целуют его, смеются, вешаются…

Я в шоке смотрю на происходящее.

Батыр держится снисходительно. Видно, что происходяшее его искренне забавляет.

После жарких объятий все трое переводят глаза на меня.

–Знакомьтесь, девочки. Это Диана. Он только спустилась с гор и будет прислуживать в этом доме вместо Марины, которую вы выжили общими усилиями. Сразу предупреждаю, что Диана вдова. Она набожная, скромная и неразговорчивая. А еще ей очень нужны деньги. Пожалеем бедняжку и не будем над ней глумиться, правда?– шлепает за аппетитный зад одну из красоток, которые оглядывают меня с таким презрением, что хочется врасти в землю с корнями и не переступать порога этого дома. Но выхода у меня нет.

– Здравствуйте,– говоря я тихо, понимая, что от «собачонки» ждут голоса.

Я все еще босиком. Благо, что земля тут прогретая от дневного пекла. Но ощущение, что я как Серсея Ланнистер перед толпой зевак…

– Можешь обращаться ко мне Милена Альбертовна,– говорит светлая.

– А ко мне Джаннет Магомедовна,– с важным видом добавляет вторая.

На вид она кажется стервознее и умнее. Худая.

Они младше меня.

Правда, все искусственные, как это нынче модно, но…

Чувство ошеломительного превосходства над несчастной вдовой явно зашкаливает у обеих.

– Молодцы, девочки… Для Дианы этот дом- последнее пристанище. Это последнее место, где бы ей дали приют и работу. Так что работать она будет самоотверженно.

Он снова полосует по мне злым неоднозначным взглядом.

В голове набатом мои слова, брошенные ему много лет назад.

Он не зря столько акцентов на слове «последний» делает.

«Ты будешь последним мужчиной, с которым я свяжусь, Батыр. Твой дом станет последним, куда я приду просить о помощи. Ты ничто для меня… Я презираю тебя… Лучше бы я тебя не встречала никогда…»

Вы хотели знать, какая на вкус месть мужчины?

Она горькая.

Очень-очень горькая.

Как слезы беспомощной женщины, загнанной в тупик.

Только мало кто знает, что эти слезы могут быть ядовитыми.

Даже сама эта женщина иногда до поры- до времени не знает…

Глава 4

Мой распорядок в доме Батыра предельно четкий, почти поминутный.

Он встает очень рано, занимается спортом, быстро завтракает и уезжает до самой ночи. Это радует.

В целом все не так страшно- я успела это понять за неделю.

Мальвина Магомедовна, повар на кухне у Гусейнова, очень приятная женщина в возрасте. Вопреки заветам Батыра, мы с ней можем хотя бы раз в день попить вместе чай.

Больше тут ни с кем не пообщаться. «Гурии» Батыра занимаются собой и бездельем либо ссорятся. На меня не реагируют. Садовник Анвар- молодой парень, которого я мельком видела только раз- в дом не заходит…

Короче, царство для интроверта…

– Спасибо, Мальвина Магомедовна,– убираю за собой чашку в кран,– очень вкусные сочники.

Она подкармливает меня. Говорит, я худенькая. Знала бы, что последние три дня я вообще провела без еды и воды.

– На здоровье, Дианочка. Дом большой. Сил много нужно. Ты точно справляешься?

– Дома я тоже часто занималась уборкой сама. Это помогало нервы расслабить, голову занять. Не любила приглашать…

Осекаюсь…

По легенде я простая молодая вдова с гор.

Не хочу, чтобы они знали не только то, что я была замужем за его братом. Не хочу, чтобы думали о моем достатке, чтобы что-то там себе в голове надстраивали…

Мне тут не нужны ни сплетники, ни враги…

Батыр четко дал понять, что я могу получить свободу…

А пока я добросовестно буду выполнять свою работу. Меня устраивает и перспектива отсидеться под его защитой. Как вспомню дикий взгляд Луизы, плохо становится…

Мне выделили просторную комнату с довольно удобной кроватью, аккуратную скромную форму, да и на график я не жалуюсь- с девяти до девяти… То, что нужно…

Даже время остается заниматься своим образованием.

Я врач, пусть никогда и не работала по специальности, но старалась не терять квалификацию как минимум в части учебно- научной.

Вместо ерунды читаю по вечерам работы ученых. А еще мечтаю, что наступит день, когда я смогу надеть белый халат и начать помогать людям…

– Диана!– слышу писклявый голос Джаннет. Она гораздо более капризная. Возможно, потому, что хитрая брюнетка и что-то подозревает. Мальвина Магомедовна говорила, что она расспрашивала обо мне сразу после приезда. Мол, откуда меня привез Батыр, почему именно меня, кто был мой муж и прочее…

А я с того дня решила делать себя максимально бесцветной. Ни грамма макияжа, туго затянутые в хвост волосы на затылке…

– Принеси чая с чабрецом!– кричит из зала.

Мы переглядываемся с Мальвиной.

– Иногда удивляюсь, как он их терпит… Потом вспоминаю, что он видит их только ночами, а вся прелесть общения с этими фифами достается нам в дневное время…

– Они… давно тут?– зачем я спрашиваю? Какое мне дело? Не лезь, Ди… Не нужно тебе…

Мальвина усмехается.

– Эти уже полгода. Предыдущие чаще сменялись. У него и по три жили, и приходящие были… Батыр Алиевич человек щедрый и приятный как работодатель, но как мужик…– она понижает тон,– гулящий он… Порочный… До мозга костей… Знаю я натуру таких. Эти ни одной юбки не пропустят… Все, что плохо лежит, возьмут… ты осторожней будь, Диана.

– Зачем ему я? У него вон…– фыркаю я, отводя глаза.

Мальвина больше тоже не говорит.

Но поглядывает как-то хитро, с интересом.

А я не дышу даже.

Господи, неужели что-то могло просочиться? Батыр давно прервал отношения со своей семьей и всем своим родом. Едва ли в его окружении есть люди, посвященные в наши семейные дела, но все же…

Его нет уже три дня. Хозяин не отчитывается перед прислугой, что он делает и где пропадает, но… как минимум, он говорит о своем графике Мальвине. А это значит, что можно немного выдохнуть…

Меня устраивает, что мы не видимся, а еще больше- что он не ночует здесь, что его мощная черная энергетика не придавливает меня даже из другого крыла…

И потому, когда в двнадцатом часу ночи мне по внутреннему телефону звонит Мальвина и говорит, что Батыр Алиевич приехал и просит меня принести ему поздний ужин, внутри все скукоживается…

Я снова стягиваю волосы в хвост, надеваю форму. Глаза уже сонные, но на душе теперь дикая чечетка- что за блажь? Что ему от меня надо? К чему этот церемониал? Мог бы попросить и Мальвину подать ему еду…

– Он не в духе,– шепчет мне порывисто повариха и отправляет чуть ли не с благословением.

Только вот самого Батыра в кабинете нет.

Я и стучала, и окликала его.

В итоге зашла и поставила еду на стол.

Застыла посреди комнаты в нерешительности. Что делать?

Уходить или подождать? А если он снаружи и не узнает, что тут еда и все остынет? Так еще и не в духе…

Невольно оглядываюсь по сторонам.

Все-таки красивый дом.

Сначала он показался мне мрачным, а теперь… Я словно бы разглядела в нем утонченную меланхолию… Есть нечто пронзительное в этих интерьерах, нечто отшельническое, заставляющее замедлиться…

Рассматриваю стройные ряды полок с книгами, потертую кожу на креслах и диване, шкуру на полу. Здесь брутально и совсем нет места женщине… Неудивительно, что его две куколки такие отрешенные.

– Нравится?– раздается глухой голос сбоку. Я вздрагиваю.

Оглядываюсь на него. Он был в комнате. Сидел в кресле, которое буквально утонуло в густой тени. Наблюдал за мной…

И сейчас разглядывает. Склонил голову на одну сторону, смотрит…

– Красивый дом…– говорю честно.

Он усмехается, но не отвечает вежливым «спасибо».

Просто дальше смотрит, изучает.

– Мальвина сказала, что ты очень хорошо справляешься с обязанностями. Работоспособная, исполнительная, энергичная… Удивительно. Ты ведь была из неженок. Откуда опыт?

– Я часто занимала себя делами по дому, чтобы переключаться. Антистресс.

Батыр встает. На ходу закуривает сигарету. Подходит ко мне.

Какой же у него взгляд… Сейчас он пугает, а когда-то влек…

Я летела на него, как мотылек на огонь.

– И много было стресса?

– Я жила с твоей матерью, Батыр. И с Джалилом. Про характер своего брата ты лучше меня знаешь, иначе бы не прервал общение.

Он усмехается.

– Думаешь, я прервал наше общение из-за того, что у него характер дурной?

Я набираю воздуха в легкие. Понимаю, что могу сейчас стоять на скользкой дорожке, что вот-вот соскочу в обрыв его нетерпимости, но все равно иду по этому пути…