Руин аванпоста Кел на краю плато более не существовало. На их месте зияла глубокая воронка. После пробуждения слуги Палача разрушили свою древнюю крипту – вместе с Саркофагами, стазис-полем и всем остальным, что могло там храниться. Вероятно, возвращаться в Вечность они планировали иным путем. Под завалами оказалось наше оборудование, два синтетика и четверо людей, охранявших объект. Восходящий Фрост и парень из его копья выбрались сами, почти не пострадав, а вот чтобы достать остальных, пришлось проводить спасательные работы с помощью земной техники, рунных Существ и Аспектов. В частности, я второй раз увидел, как рыжий гигантопитек Эйрик разгребает огромные обломки не хуже экскаватора.

Один из пострадавших, женщина, была извлечена живой, хоть и с серьезными травмами, другой же колонист, к сожалению, погиб. По нелепому совпадению им оказался мой хороший знакомый Тадеуш, с которым когда-то соседствовали в общей спальне. Хотели того Псы или нет, но они уже нанесли ущерб нашему Народу, а значит – стали врагами.

Небо, черт побери, небо – в нашем Круге! Под маской Дикой Охоты они разыскивают Белого Дьявола и заживо сожрут любого Восходящего в поисках информации о нем! Я не питал иллюзий – даже сам вселенец опасался Псов, поэтому столь долго сохранял инкогнито, тщательно заметая следы. Пожалуй, о том, что Пламени Подобный – тот самый Дарующий Молнии из разрушенного Эстэ, точно знал только я да несколько человек из племени Теней, которым он открыл свою настоящую суть. Может, догадывалась Форель, но вряд ли знала точно…

А что известно наверняка, Стратагемы не дадут соврать, – это связь некоего Сигурда Морозова, Восходящего из Народа Земли, и Тысячи Братьев. Это след, на который они неминуемо выйдут. Уже вышли, потому что Палач прочитала мою память – да, важнейшие эпизоды скрывали Печати Тайны, но и того, что между ними, достаточно. Благодаря Скай я примерно понимал, что она знает, и вывод был простым – если моя собственная жизнь защищена таинственным предназначением, то жизни других землян, в том числе моих близких, – совсем нет!

Предтечи неприкосновенны? Все или только отдельные личности? Смерть Тадеуша да и рассказы о разорении других земных поселений в послании Авроры ярко демонстрировали – отнюдь не всех создателей Истока защищает будущее предназначение.

Черт возьми, отправляя нас в Вечность, Белый Дьявол поставил под угрозу не только себя, но и всех, кто с ним так или иначе связан. Прав, тысячу раз прав был Кассиди, предлагая наш союз сделать тайным.

Я не понимал одного. Эта троица уже одолела Одного из Тысячи, причем на пике его могущества. На что Белый Дьявол надеется теперь, даже не достигнув золотого ранга? На помощь Ледяного Кузнеца и других Братьев? Или ситуация изменилась настолько, что пришлось вызывать огонь на себя? Ведь он прекрасно знал, чем все кончится, когда посылал нас с Морвейн в Вечность…

В одном я был уверен точно – у экс-вселенца есть план. Он дьявольски расчетлив, в чем мне пришлось неоднократно убедиться на собственной шкуре. И если Псы здесь – значит, осколку Забытого есть о чем с ними потолковать…

В любом случае я попытался вызвать его через Говорящий Камень, как только смог вырваться из лап руководства. Не предупредить Белого Дьявола об опасности стало бы предательством, к тому же нужно было вернуть ему Руну Морвейн.

И… ничего! Молчание. Полный игнор – вселенец, по своему обыкновению, не мог или не желал со мной разговаривать. Такое случалось частенько – он отвечал, только когда считал нужным. Но сейчас ситуация казалась критической. Псы Вечности уже охотились в Круге, и каждая минута могла стать для осколка Забытого последней.

Варианты были следующие – он слишком занят, чтобы ответить, сражается с Псами, например, либо уже… пойман или мертв. При мысли об этом по спине пробежал холодок – нет, вряд ли, Пламени Подобный слишком хитер, чтобы так быстро сдохнуть. Скорее всего, он игнорирует мои вызовы не потому, что не может. Он просто не хочет – ведь я живец, приманка, и Псы уже могут стоять за моей спиной.

Ярость вновь вспыхнула в груди, но я унял ее усилием воли. Нет, маловероятно. Как он мог узнать об их появлении так быстро? Нет, я должен найти способ связаться с ним!

Говорящий Камень не заработал ни ночью, ни утром, ни в полдень следующего древодня. Зато мы увидели нечто новое в стороне, где за Змеиным Каньоном находились фригольды Народа Гор. Там обитали недружелюбные соседи – несколько небольших враждующих между собой кланов Людей Гор.

Из самой колонии мало что было видно, однако летающие патрули и Поющая-с-Ветром, да и мы, поднявшись в воздух на винтокрыле, могли наблюдать впечатляющее зрелище. Горизонт за изломами гор пульсировал чем-то неестественным, пылающим – с неба били вспышки, и каждая озаряла облака белым и фиолетовым, а следом докатывалось что-то вроде отдаленного грома, улавливаемого только на пределе Суперслуха. Вспышки шли неравными сериями, с затишьем, а потом небо в той стороне заволокло дымом, таким густым и черным, будто горели сами горы.

Датчики фригольда засекли колебания до трех баллов по земной шкале тектонической активности. Несомненно, это была не природная катастрофа. Я уже видел подобное – в самой первой осанне вселенца. Точно такие же бьющие с неба исполинские молнии. Это была Руна, Аспект или Навык золотого, а может, небесного ранга. И ей сокрушили что-то во владениях наших соседей. Что именно, зачем, а главное, кто – мы не знали, хотя догадаться было нетрудно.

Дозорные Руны туда не дотягивались, посылать Существа Кассиди строго запретил. Волей-неволей пришлось протестировать новое золото – Руну Окулуса. И, надо сказать, сперва я сильно недооценил приобретение…

Окулус представлял собой свободно левитирующую золотую сферу размером с кулак, испещренную тончайшими рунными узорами. При активации она раскрывалась подобно механическому цветку, обнажая прозрачную, мерцающую Звездной Кровью сердцевину. Принцип работы был гениально прост и одновременно невероятно сложен, потому что, как и большинство кел-механизмов, для управления требовал навыка Мыслеформ. Для обитателей Вечности – само собой разумеется, а вот в Единстве далеко не каждый Восходящий смог бы воспользоваться этой Руной.

Но для тех, кто умел, Окулус создавал точку наблюдения – невидимый зрачок, который можно было отправить в любое место в пределах видимости, а потом продолжать двигать, увеличивая дистанцию. Ограничений по расстоянию как будто вообще не существовало!

Через проекцию Окулуса я видел мир так, будто парил в небе, причем мог отдалять и приближать его, чтобы рассмотреть мельчайшие детали. Черт возьми, я мог разглядеть каждое деревце на плато, лица Восходящих на третьем посту или ползущего по склону камнежука. Невероятно мощная игрушка для наблюдения или шпионажа, не уступающая земным спутникам или автономным разведывательным дронам, но не имеющая их ограничений.

Именно Окулус показал мне картину бедствия. Невидимый глаз пронесся над Змеиным Каньоном, над горами и дикими ущельями – в земли Народа Гор. Я примерно предполагал (в вокс-справочниках были карты), где находились их фригольды: наши разведчики иногда контактировали с кланами Ящериц и Камнеедов.

На месте первого поселения, высеченного в скале, остался огромный дымящийся кратер, окруженный оплавленными скалами. Множество таких же воронок поменьше виднелись поблизости, будто с небес обрушился метеоритный удар. Я вдруг вспомнил, что нечто подобное мы находили в Эстэ, правда, давно заросшее и потому не очень страшное, но здесь… это выглядело ужасно. От фригольда аборигенов не осталось ничего – вообще ничего, его стерли с лица Единства.

Тела, останки, строения – все будто испарилось. Даже окрестные скалы выглядели как куски воска, долго стоявшие на солнце.

Второй фригольд горел. Странным синим пламенем, что глодало даже камень и не хотело тухнуть. Постройки из копейника, очень стойкого к огню, пылали чадящими факелами, и здесь я наконец увидел людей.

Десятки, может – сотни. Они беспорядочно бежали прочь, неся раненых, детей, свой нехитрый скарб. Первые беглецы уже прилично отдалились от поселения. Паника, полный хаос царил повсюду, я не заметил ни малейшего признака управления, но зато обнаружил множество обугленных тел среди горящих руин. Даже не тел – костяков, потому что плоть была сожжена напрочь… как у тех, что я когда-то нашел в склепе Белого Дьявола. Некоторые явно были Восходящими – над ними сияли глифы Рун и Звездной Крови, которые никто не спешил забирать.

Поселение третьего клана… я не знал, каким оно было раньше, но теперь превратилось в дымящуюся нору в отвесном склоне обвалившейся горы. Исполинский утес выглядел так, будто его разрубили великанским клинком. Людей в окрестностях не было, а дым, валивший из пещеры, был настолько густым, что в выживших внутри верилось с трудом. Может, они успели уйти куда-то в глубинные тоннели, если их пещерное поселение имело пути отступления? Я не знал, но надеялся…

И тут же выяснил одно из ограничений Окулуса – он не мог проникать в закрытые помещения, в том числе пещеры. Заглянуть внутрь можно, загнать в дымящееся устье невидимый зрачок – не получается.

И еще я наконец-то увидел Псов. Своими глазами, хоть и издали. Три парящие над вершиной фигуры, окутанные небесно-голубым свечением. Даже сквозь проекцию Окулуса их аура была ощутима. Вокруг каждого кружила призрачная свора – то ли Аспекты, то ли странные сущности, сотканные из эфира и жесткого света.

Да, они. Те самые! Золотоволосый предводитель, рядом с которым Эриний показался бы щенком, Восходящий в драконьей шкуре и третья, она, прекрасная Тэйлис кел Эмисс, чья рунная проекция едва не сожгла меня в склепе. С этой кел у Белого Дьявола были особые счеты…

Зачем они разрушили горные поселения? Это было настолько мелкое, несовместимое с их рангом злодеяние, что я даже ощутил некое гадливое отвращение. Восходящие Народа Гор не смогли или не захотели дать им ответы, и небесные господа решили не церемониться? Быть может… А может – просто захотели поразвлечься и выпустить пар. В любом случае – твари!

Я не стал разглядывать их – небо вполне может ощутить касание золотой Руны – и сразу отключил Окулус, когда они вдруг приблизились. Руки, сжимающие золотой шар, слегка дрожали – не от страха, от напряжения и злости. Наш фригольд, Травинка, все мои друзья легко могли превратиться в такое же дымящееся пепелище – и, самое главное, я совсем ничем не смог бы помочь, скорее наоборот…

Псы Вечности начали охоту. И Люди Гор уже заплатили за то, что оказались на пути.

После моего доклада мрачный Кассиди собрал срочное совещание. Как противостоять Псам, никто не понимал, люди были напуганы и растеряны. Речь больше шла о Людях Гор – предлагалось снарядить спасательную экспедицию в их земли, чтобы помочь выжившим. Аборигенам же нужны медикаменты, провизия, прочее снабжение… Я бы и сам охотно отправился туда на винтокрыле, чтобы вытащить хотя бы детей. Спор вышел ожесточенным – у наших Народов не было ни дружбы, ни союза, сами Люди Гор не пришли бы к нам на помощь, но, черт побери, мы, земляне, тем и отличаемся от остальных, что должны думать и действовать по-другому!

Но Кассиди запретил. Единственный компромисс, на который он пошел, – отправить несколько копий в Змеиный Каньон, чтобы встретить, направить и предупредить беженцев, а также разрешил организовать временный лагерь возле заставы.

– Мы примем только тех, кто захочет присоединиться к нашему фригольду, – сказал он. – Остальные, если нуждаются в помощи, должны дать Клятвы. Я буду говорить с их Восходящими…

Что ж, рикса можно было понять – он не хотел рисковать людьми и ресурсами и провоцировать Псов, которые все еще находились чрезвычайно близко. Тем более подворачивался шанс подгрести под свое влияние разгромленные горные кланы. Мне было сказано так:

«Винтокрыл у нас один, буря, и ты, муж моей дочери, тоже! Даже не думай высовываться, доннерветтер!»

Рикс был совершенно прав – мне категорически не стоило попадаться Псам на глаза. Но и сидеть на месте я не мог и не хотел, пусть даже Кассиди и запретил.