Осознание происходящего обрушилось на него, как тонна свинца, лишая воздуха. Он был готов к войне с флотами. Он был готов к политическим интригам и войнам за трон. Но он оказался совершенно не готов сражаться с последствиями собственных решений, ударивших по самому дорогому человеку в его жизни.

– Выйди, – тихо, почти шёпотом, приказал он технику.

Тот, не смея задавать вопросов, пулей вылетел из зала, радуясь, что унёс ноги.

Кайден остался один посреди замершего командного центра. Буря бушевала внутри него. Острый страх за неё ощущался физически. И вина. Жгучая, отравляющая вина, которая была страшнее любого оружия. Он проиграл. Не битву и не войну. Он проиграл что-то гораздо более важное и подвёл её.

Но отчаяние – это роскошь, которую он не мог себе позволить. Боль, страх, вина – всё это нужно было переплавить в действие. Прямо сейчас.

Он резко выпрямился, его лицо снова стало жёстким и решительным. Он нажал на кнопку общего вызова, и его усиленный голос прогремел над всем дворцом, заставив вздрогнуть каждого солдата и офицера. Казалась, что даже находящиеся на отдыхе офицеры и рядовые забегали, от призыва к действию их командира.

– Внимание всем постам! Объявляю код «Алый». Полная боевая готовность! Мобилизовать все поисковые группы, включая резервные. Поднять в воздух каждый истребитель и челнок, каждый разведывательный дрон! Мне нужен отчёт за каждый кубический сантиметр пространства между Эргентой и «Неукротимым», просканированный всеми возможными спектрами! Я хочу знать, где сейчас находится каждая молекула космической пыли! Найти инженера Аску Редфорд. Выполнять!

Приказ был брошен в эфир. Он найдёт её. Даже если для этого придётся перевернуть всю галактику.

* * *

– Есть контакт! Сектор Гамма-Семь, квадрат девять! Сигнатура совпадает с искомым судном.

Голос оператора диспетчерской штаба прозвучал как выстрел, разорвав гнетущую тишину, которая давила на всех последние несколько часов. Кайден, до этого стоявший у панорамного экрана и что-то судорожно листал на инфо-планшете, резко обернулся.

– Вывести на главный экран! Увеличение максимальное! – приказал он, не оставляя сомнений в серьёзности момента.

Огромное пространство перед ним, до этого бывшее лишь картой звёздного неба, мерцающей тактическими значками поисковых групп, сменилось изображением с камеры дальнего видения. Вот он, её корабль. «Стриж». Он не горел, не разваливался на части. Он просто дрейфовал в абсолютной пустоте, как забытая игрушка. Все его системы молчали. Ни единого огонька, ни слабого сигнала, словно мёртвый.

– Статус? – коротко бросил Кайден, обращаясь к офицеру связи.

– Нулевой энергетический след, лорд Викант, – доложил тот, не отрываясь от своего пульта. – Реактор заглушен, системы жизнеобеспечения оффлайн. Дрейфует по инерции. Тепловой фон минимальный, корабль остывает. Похоже, его просто выключили.

– Готовьте абордажную группу. Тесак, ты со мной, – Кайден развернулся и, не глядя на подчинённых, направился к выходу. – Остальным – держать периметр. Ни одна консервная банка не входит в этот сектор и не покидает его без моего ведома.

Уже через сорок минут их штурмовой челнок состыковался с мёртвым «Стрижом». Скрежет стыковочных захватов прозвучал в тишине оглушительно громко. Кайден первым шагнул в переходной шлюз. Воздух внутри корабля был холодным и неподвижным. Аварийное освещение, работающее от автономных батарей, заливало узкий коридор тусклым, мертвенно-красным светом.

За ним, тяжело ступая по металлической палубе, вошёл Тесак. Его массивный дробовик, наверное, с которым тот даже в душе не расставался, выглядел в тесном пространстве неуместно огромным. Он огляделся, по-звериному принюхиваясь к застывшему воздуху.

– Тихо, как в налоговой инспекции в день проверки, – пробасил он. – Либо все крепко спят, либо… вышли подышать свежим воздухом.

– Осмотреть всё, – приказал Кайден, игнорируя его чёрный юмор. – Каждый отсек. Ищите следы борьбы, что угодно.

Они разделились. Кайден двинулся вперёд, к рубке, его сердце стучало где-то в горле. Он был готов к любому раскладу событий: следов от бластеров на стенах, крови на полу, перевёрнутой мебели. Но он не был готов к тому, что увидел.

Корабль был в идеальном порядке. В каюте её вещи были аккуратно сложены, на маленькой кухне не было ни одной грязной тарелки. Ничего не сломано, всё было на своих местах. От этой картины внутри всё похолодело от ужаса.

Он толкнул дверь в рубку. Кресло пилота было пустым. На приборной панели, которую она с такой гордостью модифицировала, не горел ни один индикатор. Всё было выключено. Кайден провёл рукой по спинке кресла, всё ещё хранящего едва уловимый запах её волос. Здесь, в этом маленьком пространстве, он почти физически ощущал её присутствие.

– Кэп, иди сюда, – раздался голос Тесака из инженерного отсека.

Кайден нашёл его стоящим посреди хитросплетения проводов и кабелей, которые Аска проложила для интеграции стелс-модуля. Тесак светил фонариком на открытую панель.

– Ничего, – коротко сказал он. – Ни единого повреждения. Ни следов ЭМИ-удара, ни короткого замыкания. Похоже, эту посудину просто остановили на ходу. Профессионально, тихо и без затей.

Они вернулись в рубку. Кайден опустился перед главной консолью и попытался получить доступ к бортовому журналу. Экран оставался мёртвым.

– Надо проверить резервное питание, – пробормотал он, подключая свой личный терминал к аварийному порту.

После нескольких секунд на экране терминала появилась короткая надпись: «Все данные удалены. Форматирование системного диска завершено».

Кайден откинулся назад, глядя на тёмный экран. Всё. Это был конец. Ни записей с камер, ни траектории полёта, ни последних сообщений. Пустота.

– Ну что, шеф, – нарушил тишину Тесак, прислонившись к дверному косяку. – Похоже на работу очень дорогой «клининговой компании» по зачистки данных и свидетелей тоже. Похитили девчонку ещё и прибрались за собой. Вычистили бортовик так, будто его и не было. Такое делают только спецы высшего класса. Или правительственные агенты, что, по сути, одно и то же.

Кайден молчал, с силой сжимая подлокотники кресла. Бессильная, удушающая ярость поднималась из глубины души. Он снова стал лордом Викантом. Он командовал флотом. Он мог испепелять города и двигать армии. Но сейчас он был абсолютно беспомощен. У него не было ничего. Ни единой зацепки. Только этот пустой, холодный корабль, ставший памятником его собственной эгоизма.

– Значит, так, – Тесак говорил будничным тоном, будто обсуждал прогноз погоды. – Девчонку забрали. Тихо, быстро и без шума. Кто бы это ни был, они знали, когда и где она будет. Знали, что она будет одна и невидима для наших. Это не случайность. И теперь она у них. Живая, скорее всего. Мёртвый инженер им ни к чему.

Он сделал паузу, а затем добавил с ноткой своего фирменного цинизма:

– Плохая новость в том, что мы понятия не имеем, где её искать. Хорошая новость – у нас освободилась вакансия главного инженера флота и место первой леди. Можем объявить конкурс.

Кайден медленно поднялся. Его лицо было бледным и непроницаемым, как лёд на Криосе. Он подошёл к иллюминатору и посмотрел на свой флагман, висящий неподалёку – огромный, могущественный и абсолютно бесполезная груда металла. Вся эта мощь, весь этот флот… и он не смог защитить одного-единственного человека.

Он сжал кулаки так, что костяшки побелели.

– Тесак, – тихо произнёс он, не оборачиваясь.

– Слушаю, кэп.

– Свяжись с «Неукротимым». Мне нужен капитан Валериус. И передай в ангар… пусть готовят мой личный истребитель. Пора навестить эту «тихую поляну с лебедями» и пощипать пёрышки.

Тесак нахмурился, отлепившись от косяка.

– И зачем тебе это надо? В космосе много направлений, и ни на одном из них нет таблички «Сюда увезли твою рыжую» и на кой-тебе сдался капитан имперцев? Он что оракул?

– Я не знаю, – голос Кайдена был едва слышен, но в нём звенела такая смертельная решимость, что даже Тесак почувствовал себя неуютно. – Но я должен что-то делать. Я переверну каждый астероид в этом секторе. Я сожгу каждую пиратскую базу и выпотрошу каждый транспортный корабль. И я найду её. Или умру, пытаясь.

– Осадись с «умиранием», надо как следует подумать, – Тесак сделал драматическую паузу, подняв палец вверх. – Кого в своём штабе ты можешь напрячь? Пусть порасканут мозгами: Кому? Нафига? И как искать?

Тесак подошёл к другу и положил руку на плечо.

– У тебя спецов сейчас – из окон высыпаются, а ты мозг взрываешь. Так что возьми себя в руки и командуй, как всегда умел, а мы будем выполнять, без затей. Погнали обратно в штаб, пока тебя совсем тоска не размотала.

Они стояли в пустой рубке её корабля и смотрели в безразличную черноту космоса. И в этот момент пират Рейвен и лорд Викант слились в одно – в безжалостного хищника, у которого отняли самое ценное. И который теперь готов был сжечь всю галактику, чтобы вернуть это обратно.

Глава 5

Лаборатория, в которую меня привели, была похожа на сбывшуюся мечту и худший кошмар любого инженера. Огромное, залитое ровным, бестеневым светом пространство. Вдоль стен тянулись ряды рабочих станций, каждая из которых сверкала новейшими голографическими проекторами, квантовыми анализаторами и терминалами с прямой нейросетевой связью. Это был технологический рай, храм чистого разума, где можно было бы провести остаток жизни, не зная скуки. И именно это делало его идеальной тюрьмой.

Мне выдали форму, соответствующую атмосфере зала. Белая роба с кучей карманов и массивный пояс. Мой молчаливый эскорт, похожий на пару одинаковых шкафов в силовой броне, подвёл меня к одной из свободных станций и так же бесшумно удалился, оставив одну посреди этого царства науки. Я огляделась. За соседними терминалами работали другие. Их было около дюжины – настоящий межрасовый винегрет. Сухопарый к’тхаррианец, чьи шесть тонких рук порхали над консолью с грацией пианиста-виртуоза. Старый, сгорбленный человек с потухшим взглядом, который механически перебирал данные, не поднимая головы – казалось, он занимается этим со времён Большого взрыва.

Никто даже не дёрнулся в мою сторону. Никаких «добро пожаловать в команду», никаких косых взглядов. Они были не коллегами, а соседними процессорами в одной вычислительной сети. Атмосфера была пропитана тихим, методичным отчаянием. Или, что было ещё страшнее, – фанатичной преданностью. Молодая люминианка за терминалом напротив на мгновение подняла на меня взгляд. Её биолюминесцентные веснушки на скулах сияли ровным, спокойным сапфировым светом. В её глазах не было ни страха, ни сочувствия. Только холодный, чистый восторг новообращённого адепта. Она явно нашла в ледяной философии Лорика свою религию и, похоже, уже записалась в очередь на лоботомию во имя великой цели. Я увидела в ней своё возможное будущее и содрогнулась.

Внезапно голографический проектор на моей станции ожил. Передо мной возникло трёхмерное изображение Лорика, точнее, лишь его головы – спокойное, бесстрастное лицо, парящее в воздухе, словно экспонат в музее восковых фигур.

– Добро пожаловать в вашу новую рабочую среду, инженер Редфорд, – произнёс его ровный, как кардиограмма покойника, голос. – Надеюсь, вы найдёте её удовлетворительной. Мы ценим комфорт наших… сотрудников.

– Я бы предпочла каюту с видом на открытый космос. И, желательно, с большой красной кнопкой «катапультироваться к чертям», – съязвила я, хотя голос прозвучал не так уверенно, как хотелось бы.

Голограмма никак не отреагировала на мой юмор. Видимо, у него в прошивке модуль сарказма отсутствовал.