– Да, отдал, вот, передал тебе. – протянул розу и рубашку.

Эмбер схватила их, как голодная собака крошку хлеба. Если бы могла, оторвала бы с руками вместе. Взяв корзину, молча поднялся наверх. Стоило мне открыть дверь, как в проёме застыла Изабелла. Впервые я вижу её в этом облике, и не могу не подчеркнуть, что он и вправду великолепен.

– Любовь моя, ты пришёл, ты правда пришёл, – она вцепилась в меня мёртвой хваткой и закричала на весь дом.

– Бел, тише, не сходи с ума!

– Я так испугалась, тебя так долго не было, я так боялась.

Подхватив её на руки, спросил:

– Чего ты так боялась? И какого лешего ты ходишь голая? – взмах руки, и на ней тут же появилось нижнее белье в тон ситцевого фиолетового платья. – Что ты меня оставишь, что ты больше не придёшь. Контер, я умру без тебя, я не смогу жить там, где нет тебя. Я дышать без тебя не могу!

– Все, тише, Бель, тише, я здесь с тобой. – усадив её на диван, что стоял у окна, стал вытирать слезы с лица, то и дело проводя ладонями по горящим щекам.

– Изабель…

– Не говори этих слов, я не выдержу…

– Изабелла, – рявкнул на неё я, она тут же присмирела, подняв на меня взор голубых глаз, наполненных слезами.

– Ты сейчас посидишь смирно, потом будешь внимательно слушать всё, что я тебе скажу, это ясно?

Она кивнула. Отпустив её, начал колдовать, я спрятал все нити ауры, заменив их на нити Роуэна. Теперь любой, кто будет пытаться считать её ауру, будет думать, что она белая благородная лисица. Ни одного следа от божественной материи я не оставил. На божественной силе надо поставить печать, сюрпризы мне сейчас не к чему. Самое главное – скрыть её ото всех, пока всё не уляжется. Взяв её запястье, начертил на нём знак, он воссиял и стал татуировкой. Верно и преданно Бель наблюдала за моими действиями. – Малышка, послушай, то, что я скажу, очень важно.

Взяв мою руку, она прислонила к своим губам.

– Я соскучилась, очень соскучилась. В этом теле младенца я не могла даже поцеловать тебя, сказать тебе, как сильно люблю тебя.

– Изабель, это тело, впрочем, не важно. Я должен на какое-то время спрятать тебя здесь. Никто не должен знать, кто ты на самом деле, для всех отныне ты – лиса. Поняла?

– А кто я на самом деле, Конрад, кто я? Кто ты? Что происходит? Ещё несколько дней назад я была Королевой Бевейла. Радовалась свадьбе сына. Дастиан? Дастиан, он же мой, мой сын, тогда почему… Но…

– Тише, не накручивай себя. Я не хотел, чтобы ты всё это пережила, но, увы, так вышло. Поэтому… – не успел я продолжить, как она ударила меня кулачками в грудь.

– В один прекрасный день ты хотел меня просто бросить, забрать Дастиана и уйти в свой мир! Да, Конрад, да! Избавиться за ненадобностью!

Её истерика начала набирать новые обороты. Моё терпение всё быстрее заканчивалось.

– Замолчи, – не выдержал я и схватил её за подбородок, – Как ты смеешь так со мной разговаривать, ты забыла своё место, Белла?

Опустив взгляд вниз, замолчала, я же продолжил медленно и с расстановкой рассказывать всю нашу историю с самого начала.

– Дастиан не мой сын, – её руки, губы забились в неконтролируемом треморе.

– Правильнее будет сказать, он ваш сын. Ты и Кайла вы обе для него родные. Скажу даже больше, тебя он всегда ставил на первое место. Ты для него особенная.

– Значит…

– Да, то, что у него душа, созданная богами, не отменяет тот факт, что ты родила ему тело и вырастила.

Моя королевна наконец успокоилась, медленно перебирая мои пальцы, то и дело таская их к своим губам.

– Получается, что я теперь то, что не должно существовать в природе, зло, которое нужно уничтожить…

Не выдержав, засмеялся, прижав её к своей груди:

– Ну какое ты зло, Белла, наоборот, можно сказать, что ты отныне Богиня. – В шкуре лисы, прям божественный оборотень, – улыбнулась.

– Именно так.

– Конрад, или мне называть тебя Контер? – подняв глаза, спросила.

– Господин.

– Ну я серьёзно.

– Называй так, как тебе больше нравится, я не против быть твоим Конрадом.

– Правда, – шепнула она и словно маленькая змейка запустила свой прыткий язычок в мои губы. Сладко лаская в лёгком невинном поцелуе, по привычке её ручонки потянулись к моему мужскому достоинству. Но тут я её остановил.

– Не время сейчас, да и твоё тело ещё не полностью развито. Подождём следующего этапа взросления, хорошо?

– Нет, я сейчас хочу!

– Белла! Я что сказал!

Надув губы, отвернулась.

– Ведёшь себя как ребёнок!

– Имею право, – воспротивилась.

– Ладно, ещё кое-что. Там корзина с бутылками эфира, каждый день стакан утром, стакан вечером. Не забывай, в этом мире тебе нужно спать и кушать. – Только эфир?

– В идеале да, но по желанию можешь кушать всё, что захочешь, главное пей эфир, поняла?

– Да, любовь моя.

– А теперь…

– Нет, – рявкнула она и вцепилась в меня.

– Бель, послушай, я буду приходить так часто, как только смогу. Всё уляжется, и я заберу тебя к себе обратно. Хорошо?

– Нет, я не останусь без тебя!

– О чём мы целый час говорили, что я тебе объяснял! Что начинается опять! – Я боюсь, Конрад, пожалуйста, я боюсь, я не смогу.

– Послушай, когда я уйду, придёт Дастиан и будет рядом, пока я всё не решу. К тому же, у тебя есть ушастая блоха. Кстати, а где он? – покрутив головой, не найдя собаку на месте.

– Они поругались с Эмбер, и он куда-то ушёл.

– Понял, с этим разберусь. А теперь пойдём, отнесу тебя в кроватку.

– Мне здесь не нравится! – заявила она.

– Хорошо, хочешь спальню как в Бевейле и шкаф с новыми платьями.

– И туфли!

– Хорошо, сладкая, и туфли. Держа её одной рукой, второй принялся колдовать, то и дело меняя интерьер комнаты. В итоге любимая двухспальная кровать с резными колоннами и балдахином появилась на своём месте. Даже шёлковые белые простыни с запахом жасмина. Аккуратно положил на них Беллу.

– А моё ночное платье?

Нежно проведя кончиками пальцев по её руке, изменил наряд на ночную сорочку с лёгким разрезом на ноге. Удобно разместившись на мягких подушках, уложил её к себе на грудь, нежно поглаживая волосы.

– Я люблю тебя больше жизни, люблю.

– Засыпай, моя сладкая. Душе нужно окрепнуть в новом теле.

Через несколько минут она заснула, я же аккуратно испарился. Поиски ушастого не заняли у меня много времени, этот нытик страдал на скамейке у дома. Объяснил ему его обязанности, после чего, вытерев кровь с рукава, отправился в обитель богов.

Глава 7

Эмбер:

Я держала в руках розу и рубашку моего принца. На губах появилась глупая улыбка, сердце забилось со скоростью света. Не раздумывая, я тут же надела её на себя, на минуту мне показалось, что сейчас его сильные руки обнимают меня, а алый взгляд прожигает душу изнутри. По телу побежали мурашки, приложив розу к губам, коснулась бархатных лепестков. Ещё несколько дней назад я не могла и предположить, что разлука с тобой будет невыносимой для меня. Я всё думала о доме, о Роуэне, о маме. Совсем недавно у меня был этот самый выбор, все они были рядом, казалось бы, вот то, чего я хотела, моя прошлая жизнь, моя семья. Всё то, о чём я грезила, находясь в Бевейле, но вернувшись домой, все мои мысли, все мои чувства были только о тебе, Дастиан. Лишь о тебе, никто и ничто в этой жизни меня больше не интересовало. С каждой минутой я всё отчётливее понимаю, что на самом деле я безумно люблю тебя. Вопреки всему здравому смыслу, вопреки всему.

– Люблю, – прошептали мои губы.

– Эмбер, – позвал меня дядя.

Обернулась.

– Садись, покушай, я соберу остальных. Не став спорить, пребывая в своих мыслях, села за стол. Взяв кусочек сыра, аккуратно надкусила. Как давно я ничего не ела. Сверху слышались крики Изабеллы. Никогда бы не подумала, что спокойная, утончённая, изысканная леди Изабелла, матушка Дастиана, такая эмоциональная и капризная.

Время шло, никто не возвращался, я же трапезничала в одиночестве, греясь в тепле, что дарила мне его рубашка.

– Поскорей бы ты вернулся, любимый, – бормотала я, поставив розу в вазу. Спустя немного времени послышался хлопок двери, и в кухню вошёл дядя и слегка потрёпанный Роуэн.

– Контер случился, – констатировал дядя.

Роуэн молча сел за стол и стал кушать.

– На самом деле, ребята, я к вам не надолго. Хотел сообщить, что каждое утро по моему приказу вам будут приносить корзину с едой. В стаю в ближайшее время вам пока лучше не возвращаться. Идут волнения, небольшие стычки. Твоя мама хочет сместить меня с места вожака, собирает единомышленников, считавших меня предателем.

– Неужели до них дошло, что ты трус, продал наш мир тёмным богам? Хотя какая разница, тёмные, светлые – что для тех, что для других, мы всего лишь прислужники, шкуры, что не жалко пустить на убой, – безэмоционально и сухо произнес Роуэн, выпив стакан молока.

– Как видишь, твой план, великий лисий освободитель, тоже с треском провалился. По крайней мере, Контер не призвал ни одну лису и не заставил никому служить.

– Подожди, пройдет пара лет, все к нему на ковер пойдем.

– Не говори глупости, Роуэн – вмешалась я, – он, конечно, психопат, но опускаться до такого не будет.

– Вы только посмотрите на нее, вырядилась в рубашку своего ненаглядного убийцы и верно и преданно защищает его братца. Что сказать, верная и преданная слуга из тебя получилась, – едко усмехнулся Роу.

– Перестаньте, – вмешался дядя, – не время сейчас грызться между собой. Извинись!

– Прошу меня простить, леди, – едко произнес он и встал из-за стола. Положив на тарелку немного сыра и фруктов, пошел в сторону второго этажа, даже не обернувшись.

– Не злись на него, Эмбер, он разбит. Ты же знаешь, как он сильно любит тебя, ему нужно время, чтобы принять то, что ты выбрала другого. Понимаешь?

– Да, дядя.

– Ну, раз так, будьте осторожны, я зайду завтра, расскажу об обстановке и новостях.

– Спасибо, – погладила я его по руке, после чего он подмигнул мне и спокойно ушел через входную дверь.

Я же, знатно устав за все это время, решила пойти найти себе спальню и попробовать выспаться. Комната напротив Изабеллы была свободна, хоть она и не большая, но очень уютная. Двухспальная кровать, прикроватные тумбочки и небольшое трюмо. Все, что было здесь из мебели, но зато был красивый уютный балкончик, выходящий в хвойный лес. Открыв окно, впустив свежий воздух, я легла в мягкую кровать и обхватив себя руками, попыталась обнять. То и дело поглаживая ладонью метку прислужницы, попыталась заснуть.

Глава 8

Роуэн:

Медленно шагая по лестнице, я все больше осознавал, что вся моя жизнь катится в пропасть. Аккуратно отперев дверцу, вошёл в комнату, что раньше была нашей с Эмбер спальней. По крайней мере, Бартоломей так планировал, строя этот дом. К счастью, этот психопат полностью изменил ее, сделав, видимо, прототипом комнаты этой земной истерички. Удобно разместился на диване, поставив на прикроватный столик тарелку с едой, что принес для Изабеллы. Она мирно и тихо спала. Отклонив голову назад, посмотрел на потолок. Как моя жизнь докатилась до такого? Разве я многого хотел от нее? Жениться на любимой лисе, быть помощником вожака. Помочь уберечь лис от участи слуг избалованных божков. Сделать наш народ свободным. Разве это плохо?