Переделывать, конечно, не хотелось. И вновь в лаборатории звучали короткие команды, перемигивались индикаторы оборудования, ИИ деловито вычеркивал из списка пробы. Андрею было до одури скучно, хотя он давил в себе это чувство – наука требует повторов, методичности и терпения, спешить нельзя. Настя удостоилась пары незначительных замечаний, но действительно справлялась отлично, учитывая, что подобным раньше не занималась. Андрей посматривал в ее сторону, подмечал сосредоточенную морщинку между бровей и упрямо сжатые губы. Ему хотелось изучать помощницу, а не образец почвы.

– Ты громко думаешь … – начала Настя.

– А как так вышло… – одновременно с ней заговорил Андрей.

Оба запнулись.

– Спрашивай, – хмыкнула девушка.

– Как так вышло, что генерал, предотвративший вторжение ствелларов, не обладает привилегиями? По моим понятиям он должен ковырять в зубах бриллиантовой зубочисткой.

– Это по твоим понятиям, – Настя занесла в базу новый образец. – А для всех остальных Черномор – кость в горле. Он честный до невыносимости: никогда не врет, взяток не берет, живет скромно. Его любят солдаты, но не любят высшие чины. И после победы они не могут его убрать. В их силах – мелкая пакость вроде обойти премией, не увеличивать зарплату, лишить доступа к новым разработкам под предлогом того, что он уже герой и больше ему ничего не нужно. Но он все равно сам работает и над улучшением отношений со ствелларами, довольно тесно с ними общается.

– Да, слухи ходят, что он слишком близок с иномирцами.

– Держи друзей близко, а врагов еще ближе. Так он считает, – Настя подмигнула, но не улыбнулась. – Да и многие говорят, что победа фальшивая: несколько разбитых кораблей и много переговоров. Говорят, что Черномор только трепаться умеет.

Андрей крепко в этом сомневался. Дипломатический талант – элегантное оружие, им владеют единицы.

– Ты с рогатыми общалась ведь, какие они в обычной жизни?

– Такие же как все знают. Агрессивные, коварные, совершенно другие. Понимают только язык силы, – Настя задумчиво постучала пальцем по подбородку и ничего больше не добавила.

Андрей неплохо знал о вторжении, тем более что прошло лишь четверть века – по меркам истории свежее событие.

Инопланетный флот пришел из галактики в созвездии Дракона и будь событие на тысячу лет раньше, от человечества вряд ли осталось бы даже воспоминание на бескрайних просторах космоса. Однако ствеллары явились в то время, когда вся солнечная система уже являлась задним двориком Земли. На спутниках Юпитера жили люди, на Марсе, Луне, спутниках Урана и Нептуна велась работа. И абсолютно везде были военные базы, потому как человечество стойко верило, что они не одни во вселенной, но гости могут быть разные.

Ствеллары рассредоточились за поясом астероидов у Марса, вошли в контакт. Лингвисты Земли не могли быстро расшифровать их какофонию, пришельцы поработали быстрее. Они освоили несколько земных языков менее, чем за сутки и вышли на связь.

Не известно, о чем велись разговоры, однако это был отвлекающий маневр, и ствеллары атаковали базы на Фобосе и Луне, перебрасывали свои невероятно быстрые корабли к Земле. Часть космофлота под командованием Черномора встретила первую волну и разбила несколько больших кораблей, не считая роя юрких истребителей. Остальные базы снялись по тревоге и завязались локальные стычки.

Все это время Черномор говорил с агрессорами и они в итоге взяли паузу, а затем предложили познакомиться.

Так встретились за столом переговоров люди и высокие, похожие на демонов пришельцы с красно-черной кожей, лысыми головами увенчанными небольшими рогами. Они тоже дышали кислородом, хоть он и требовался им в меньшей концентрации.

Переговоры, мирный договор, сотрудничество. Казалось бы, все хорошо. И между строк: недоверие обеих сторон друг к другу длилось уже двадцать пять лет. На вопросы, за каким чертом им Земля они в ответ шутили, что их достали наши сигналы в космосе, весь эфир забивали. Теперь же стало тихо.

Никто в это не верил.

А еще Андрей подозревал, что его отец работал со ствелларами плотнее, чем кто-либо, недаром “Морок” был уникальным. Да и многие исследования отца удивляли.

Работа шла до самого вечера с перерывом на обед. Большинство дронов вернулось в недра “Морока” на дозарядку.

– Нам разрешено выходить за периметр базы? – с ноткой грусти спросила Настя.

– Да, но под охраной дронов и не поодиночке. Сегодня я не планировал выход, давай завтра, – ответил Андрей и устало повертел головой, разминая шею. – Зато сейчас тебя ждет закат, вчерашний ты почему-то пропустила.

– Точно, заработалась.

– Вас ждет не закат, а ливень, – встрял в разговор ИИ. – А также видеописьмо из научного корпуса.

Письмо смотрели вдвоем под шипение купола защиты – капли с неба испарялись над лагерем, непогода набирала силу.

– Андрей Артемьевич, последние данные с исследовательских спутников подтвердили источник аномалии, – вещал Иван Сыроедов, руководитель отдела исследования Рионады. У него было красноватое лицо и длинный крючковатый нос, глубоко посаженные глаза всегда казались уставшими. Этот тип никогда не нравился Андрею.

По словам руководителя, все данные сошлись в одной точке планеты – это была огромная одиночная гора без названия, с условным обозначением О-34. Предполагалось, что это спящий вулкан. И он испускал импульсы.

– На планете только вы, под рукой неоспоримое преимущество в виде “Морока”, вы двое и отправляетесь первопроходцами, – Сыроедов помялся. – Андрей Артемьевич, с вами дочь генерала Черномора, и это, мягко говоря, неожиданно. Надеемся, обойдется без эксцессов. Связь каждые сутки, доклады мне.

Письмо закончилось, стоп-кадр вышел не из удачных, Сыроедов застыл с каким-то гадким выражением на лице, будто говорил не то, что думал на самом деле.

– Да! – помощница азартно ударила кулаком по ладони, ей было плевать на руководство.

Дай ей волю – побежит на борт корабля в этот же миг.

– Удачно складывается, – заметил Андрей и притормозил помощницу: – Котика поищем заодно. Но завтра. Нужен план действий, я подумаю до утра.

Ночь казалась дополнительной сменой. Вместе с ИИ они прикидывали варианты на ближайшее время, спорили и играли в быстрые шахматы. Иногда Андрей выигрывал у компьютера, а может Морок поддавался.

Спал Андрей плохо, ему снились потоки воды, заливающие лабораторию.

Дождь снаружи силился смыть “Фронтир”.

Глава 6. За изгородью

Утром Андрей пригласил в грузовой отсек “Морока”, где скрывался еще один отсек о котором Настя не догадалась во время осмотра. В нем находились коптеры, дроны, оружие, и собственный выход наружу.

– Я же говорил, что полон загадок, как булочка с изюмом, – самодовольно громыхнул ИИ в ответ на возглас удивления.

– Когда это он так говорил? – не сдержал улыбку обычно серьезный Андрей.

– Это была приватная беседа, – отозвалась Настя.

Вскоре они разошлись по каютам, утвердив план на несколько дней экспедиции. Андрей будет собирать данные по приборам, ее задача – глазеть по сторонам.

Непыльная работенка!

Настя от нетерпения дрыгала ногой лежа в каюте и пыталась отвлечься, скоротать время до вылета чтением, но мысли возвращались к начальнику, будь он неладен! За последние несколько дней удалось рассмотреть его достаточно внимательно, чтобы точно воспроизвести образ с закрытыми глазами. Отец тренировал замечать детали и собирать из них чёткую картинку. Так радужка глаз Кощеева имела темную окантовку, а ближе к зрачку становилась серо-голубой. На носу небольшая горбинка, растительность на лице отсутствовала – сведена медицински. Ямочка на подбородке – наследственный фактор, единственное внешнее, что досталось ему от Кощеева-старшего.

Лучше вернуться к насущным вопросам.

– А почему на такой большой планете притяжение низкое?

– Хотелось бы ответить с уверенностью, но мы не знаем структуру ядра, как до него далеко, как распределены массы внутри планеты, – Морок вздохнул. – Углеродный анализ показал ее возраст: около девяти миллиардов лет. Все остальное – загадка. Здесь нужны умы землян не в количестве нескольких человек, а масштабно. Муравьиная возня…

– И парочку таких как ты… – польстила Настя.

– Увы, я одинок словно нейтрино, – тоскливо-поэтично вздохнул ИИ. – Сдерживание компьютеров людьми не дает мне достойной компании.

– Как же позволили тебя, такого умного?

– Артемий Кощеев ни у кого не спрашивал разрешения и держал за причиндалы правительство, – самодовольно ответил Морок.

Настя смотрела из прозрачной кабины коптера на расстилающийся нетронутый пейзаж Рионады. Управлял полетом ИИ, но Настя быстро разобралась что к чему, принять командование шарообразным аппаратом при случае не составит проблемы.

Утро после ненастной ночи выдалось ярким. Густой лес, щедро умытый продолжительным ливнем казалось переливался – сочные зеленые листья на самых вершинах крон сияли самоцветами. Нетронутые леса напоминали фракталы. Изредка стволы расступались, формируя в своей непроходимой чаще причудливые изгибы, следовали руслам рек.

– Морок, почему листья на вершинах совсем зеленые, а чем ниже, тем темнее? – не унималась с вопросами Настя.

– Это связано с микроэлементами, питающими растительность. Точных данных пока нет. Трава тоже зеленая, старая листва почти коричневая. Мы обязательно узнаем почему, если планета позволит.

– Думаешь, может не получиться?

– Все возможно. Этот мир сам себя охраняет, – ИИ чуть помолчал и совсем по-человечески вздохнул: – Вероятность того, что меня может временно вывести из строя импульс планеты равен 97%. Остается минимум возможности добраться до О-34 без последствий. Не волнуйся, аварийные протоколы Кощеев знает, пилот он отменный.

– Импульс расходится вверх, в атмосферу и вырывается в открытый космос, насколько я поняла. Теоретически, ближе к поверхности он практически бессилен.

– Кто-то сделал домашнюю работу, – хмыкнул ИИ. – Верно, но есть нюанс: предсказать его невозможно, на каком расстоянии до поверхности он меня застанет – соответственно тоже.

Настя посмотрела вперед, где на горизонте едва виднелась вершина загадочной горы. Она утопала в облаках, точно скрывая за зеленоватой вуалью истинное лицо, возвышалась стражем, охраняющим красоту нетронутой человеком природы. До О-34 можно было добраться быстро, но Андрей настоял на обзорном полете и сейчас в соседнем коптере чуть правее от нее снимал лидаром “Морока” местность.

– Сложно поверить, что здесь нет разумных существ, – вздохнула Настя.

– Разумность относительна. Человечество до сих пор хочет найти себе подобных, но нашло лишь ствелларов и конец парадокса Ферми. Принесло ли это счастье вам? – философски заметил ИИ.

Настя смотрела, как лучи прорезают облака, широкими полосами спускаются с небес и теряются в лесах, создавая световое шоу. Бесконечная красота расслабляла до клевания носом. Пришлось потереть глаза и сморгнуть сонную пелену.

– Счастья – точно нет, но новые горизонты открылись, – зевнула она. – Все животные, которых мы видели были небольшие, а водится что-то крупное?

– В морях и океане точно есть. Спутники фиксировали формы жизни длиной в двадцать пять метров. На поверхности и под поверхностью мы не имеем данных. Для этого научный корпус и отправляет экспедиции.

– Что-то не хочется купаться, – вздрогнула Настя, представив огромное морское что-бы-там-ни-было.

– И не советую, вода недостаточно изучена. Статистическая вероятность…