С этими топтунами, сейчас остывающими рядом, тоже все просто и без угрызений совести. Я их не просил ходить за мной, и вообще, они же знали, на кого работают и чем занимается хозяин. А в подобных делах всегда есть фактор риска и шанс получить пулю в затылок или нож в печень.

Да, с этими и теми все было просто и понятно… А вот с Максом… Ну да, он занимался всякими темными делами, и даже попытался меня ударить. Или не пытался… Вот сейчас пробую восстановить в памяти наш злополучный разговор, и никак не получается. Будто помутнение какое-то.

В конце концов, ведь не обязательно же он бы меня сдал? Черт… Стоит закрыть глаза, и тут же грезится отпечатавшаяся в памяти картина – Макс лежит на полу, раскинув руки, а во лбу у него аккуратное входное отверстие от пули. И лужа крови вокруг головы, словно нимб…

Раз за разом прокручиваю картинку в голове, но легче не становится. Не чувствую я своей правоты в данном случае, хоть убей. Ведь можно было все по-другому… Похоже, догнало меня посттравматическое стрессовое расстройство. Угу… Умные слова знаю, а что толку?

Не знаю, сколько бы я так еще сидел, коря и виня себя, если бы не замерз. Все же, окон в заброшке нет, и дверей тоже. Вовсю гуляют сквозняки. А я мало того, что промочил обувь, бегая по лужам, так еще и вспотел за время перестрелки. Вот, в какой-то момент, холод взял свое и тем самым привел меня в чувство.

Тяжело поднявшись на ноги, мышцы из-за неподвижного сидения на холоде занемели, и сейчас начали покалывать. Огляделся по сторонам – ничего не изменилось с момента окончания перестрелки. Вообще-то, стройка хоть и заброшенная, но не значит, что пустая. Тут вполне могли оказаться и разные компании шпаны, и просто бездомные. Да и сторож, нет-нет, да заглянет.

Я выщелкнул магазин из пистолета. М-да, с патронами не густо. Всего два осталось. И разжиться безрантовымиу зачищенных мною топтунов не получится. У них револьверы. Да, кстати, надо бы гильзы подобрать. Может и пули повыковыривать?

Нет, пожалуй, это уже будет перебор. Да и, маркиз ведь в любом случае знает, чем занимались его люди. Так что, особого смысла чистить следы нет. Лучше просто спрятать тела. Вдруг повезет и их не сразу найдут.

Сунув пистолет в кобуру, я подошел к тому из топтунов, который был на моем этаже. Кажется, я начинаю привыкать к виду трупов с простреленной головой. Немного постоял, сомневаясь, но все же решил обыскать карманы убитого.

Улов был не особо большим. Портмоне с парой сотен фунтов, патроны к револьверу в специальных кармашках на кобуре скрытого ношения, да и все. Никаких документов жертва моих стрелковых умений при себе не имела.

Портмоне, кобуру и револьвер я забрал. Пригодится, учитывая, что с патронами для пистолета у меня проблемы. Скинув куртку, я быстро приладил под вторую подмышку. Теперь у меня два ствола. И оба с глушителями.

А ветерок то холодный… Решив вопрос с размещением оружия, накидываю курточку. С сомнением поглядев на размеры тела, тяжело вздыхаю и хватаю его за ноги… Вес у него приличный, килограмм под сто. Упарился, пока дотащил до лестничного проема. Столкнуть вниз было уже делом техники. Как еще не нанизал его на тот же самый штырь, на который напоролся второй из преследователей непонятно. Вытерев испарину со лба, начал спускаться вниз.

Темновато… Как бы не навернуться. Я остановился возле тела, нанизанного на штырь. Не повезло ему, определенно. Пуля не смогла пробить бронежилет, который на нем все же имелся. Ну да, тупая пистолетная пуля, да еще и мягкая свинцовая… Такую остановит на расстоянии в двадцать метров и три или четыре миллиметра стали. Я стрелял конечно не с двадцати, а метров с десяти, но по касательной. Вон, длинная царапина вдоль пластины и порванная одежда.

На первом, кстати, бронника не было. Да и этому он не особо помог – пулю удержал, но импульса хватило, чтобы сбросить с этажа. Штырь же прошел сквозь броню насквозь, будто и не было защиты. Сколько тут? Я поднял голову вверх, прикидывая с какой высоты упал топтун. Метра три. Любят в Току высокие потолки, да.

Быстрый обыск и я разжился еще одним револьвером с кобурой и портмоне. Патроны тоже имелись в наличии, а вот с деньгами не очень. Около тридцати фунтов всего. Ну да, в моем положении, любая копейка сгодится. Мелочь из кошелька и вытащил, сунув в карман, а вот сам кошелек собирался оставить тут. Зачем мне два?

Мое внимание привлек небольшой карманчик на внешней стороне кошелька, который я сразу не приметил. Сунул пальцы – какая-то бумажка. Цепляю и вытягиваю небольшое фото. Черно-белое, ну да, тут с цветной фотографией проблемы. Точнее, ее пока просто не существует в принципе.

Я посмотрел на запечатленную на фотке семью. Конечно, изображение мелкое, но все же различимо. Мужчина, нежно держащий за талия хрупкую женщину, видимо жену, и рядом с ними, жмется к родителям девчушка лет семи-восьми, судя по росту.

Я аккуратно вернул фотку на место, и сунул портмоне в карман убитому главе семейства. Настроение окончательно испортилось. Желание прятать тела растворилось, как дым на ветру. Вот у этого мужчины, есть жена и дочь, а он… Я посмотрел на капельку слезинки, застывшую в навечно открытых глазах нанизанного на штырь мужчины. Интересно, о чем он думал, когда выбрал себе такую работу?

О том, что сможет обеспечить свою жену и дочь, прикрывая садистские и педофильские забавы хозяина? Неужели его не корежило от того, чем приходится заниматься? У него же самого дочь… Теперь она станет сиротой.

– Стоило оно того? – Почему-то вслух задал я вопрос. – Стоило?

Само собой, трупы не могут ответить. Я сплюнул под ноги тягучую слюну и пошел к выходу. Прятать тела я не стал. Конечно, стоило бы… Но, чем быстрее их обнаружат, тем быстрее жена и дочь смогут попрощаться с убитым мной главой семьи. На душе было паскудно. Понимаю, что он скорее всего, сам выбрал свою судьбу, но вот… А, к черту…

Я выбрался на улицу и вдохнул полной грудью прохладный воздух. Каждый выбирает по себе… И у него был выбор, и у меня. Каждый из нас сделал свой выбор. Может правильный, может нет. Я не бог, чтоб быть судьей другим. Да и, по сути, не особо отличаюсь в методах от этих… Оставшихся в заброшке. Сойдись звезды иначе, и на холодном бетонном полу остался бы лежать я. Единственное мое отличие от этих двоих – есть вещи, которые для меня неприемлемы. Например, то, чем занимается маркиз Сад.

* * *

С территории заброшенной стройки я решил на всякий случай выбраться через другой проход. Точнее, пролом в заборе. Конечно, вряд ли кто-то страховал эту парочку, иначе бы за пятнадцать минут меня точно скрутили, пока откисал и приходил в себя. Но лишняя осторожность не повредит.

Так, на улицу я выбрался, но куда дальше? Я покрутил головой и зацепился взглядом за вывеску какой-то кафешки через дорогу. Скептически осмотрел свою грязнущую одежду. Если есть вышибала, то меня в таком виде точно не пустят.

Хотя… Район тут рабочий в основном, хотя уже и встречаются частные домишки разных служащих и прочего люда, относящегося к среднему классу. Не откровенно бандитский, как портовые кварталы, или тем более трущобы, но все же и не особо респектабельный. По-хорошему бы и не помешает сменить форму на какую-нибудь цивильную одежду, а то слишком уж бросается в глаза.

Затеряться в городе, одетым в курсантскую форму, получится сильно вряд ли. Так что, да – первым делом стоит переодеться. Хотя желудок все же склоняется к тому, что стоит перекусить. Чем-нибудь поплотнее. Стейком там, например. Хорошим таким, на полкило веса и прожаренным. Без крови… Последнее время, с кровью у меня перебор. Недолго и до кровавых мальчиков в глазах дойти.

Где-то слышал это выражение, как характеризующее крайнюю степень психоза. Или невроза? Да плевать, не помню. В общем, жрать я хочу. Учитывая, что нормально отоспаться мне не дала Роза, а к Марго я слишком рано завалился для нормального завтрака.

Все это я обдумывал, уже подходя к двери кафешки. Жрать хочу, определенно… И Джимми денег за позавчерашний визит должен. Когда теперь попаду к нему, не знаю… А ничего так заведение. Симпатичное.

Небольшой зал, столики, накрытые скатертями. У барной стойки две официантки в однообразной форме. Передничек, платье. Чисто, посетителей видимо в силу раннего времени немного. Пара человек, в твидовых костюмах, типичных для клерков, что-то обсуждают, поглощая завтрак за дальним столиком у окна.

Я окинул зал взглядом, выбирая место. Мне у окна не нужно. Желательно так, чтобы можно было контролировать весь зал, вход и возможных визитеров. Официантки заметили мое появление и начали тихо обсуждать, изредка бросая в мою сторону странные взгляды. Недовольные и какие-то обреченные что ль… Видимо обсуждают, кто из них будет меня обслуживать. Вы, бля, еще на суефа разыграйте, а проигравшая подойдет к столику тогда.

Начало подниматься раздражение, на этих двух куриц, хотя я еще даже не успел сесть за столик. Бывает такое, что вроде человек тебе не успел и слова сказать, а уже раздражает. Вот эти две мамзельки, неопределенного возраста, со следами косметики на далеко не юных лицах именно это чувство и вызывали.

Подавив в себе агрессию, я уверенно прошел сквозь весь зал и уселся за столик у двери, ведущей, то ли на кухню, то ли в туалет. Не самый престижный, понятное дело, но зато с него все хорошо просматривается и вряд ли кто-то решит составить мне компанию.

– Доброе утро, что желаете? – Не успел я толком усесться за столик, а одна из официанток уже нарисовалась рядом.

Надо же, стоит улыбается вполне дружелюбно, будто и не было этих их перешептываний у стойки. Хотя, может они и вовсе не меня обсуждали, а свои какие-то дела. Да и в целом, вряд ли вот эта дама, лет за тридцать, с мешками под глазами, мечтала стать официанткой и всю жизнь обслуживать клиентов, среди которых бывают разные люди. И обхамят, и облапают.

– Утро доброе. – Я почти искренне улыбнулся, поднимая взгляд на официантку. – Покушать желаю. Что у вас имеется? Горячее и сегодняшнее. – поспешил я уточнить свои пожелания.

– Жаркое с говядиной, рис с отбивной из мясного. – Официантка чуть закатила глаза и начала перечислять на память. – Если не сильно спешите, повар сделает яичницу с беконом или овсянку.

– Пожалуй, давайте порцию жаркого, риса с отбивной и… – Конечно, не до конца уверен, что она честно назвала именно свежие блюда, но задерживаться тут слишком долго явно не стоит. – Чай и что-нибудь сладкое.

– Оладьи с джемом или медом? – Вопросительно приподняла брови официантка.

– Джем. – Не стал особо мучаться с выбором.

– Ждите, скоро принесу ваш заказ. – Вновь улыбнулась мило женщина, и быстро направилась в сторону барной стойки. Лишь отворачиваясь, как-то так странно окинула меня взглядом, но я особо не обратил внимания.

Вот что значит, вежливость – вроде как зашел был негативно настроен к официанткам, а тут пара улыбок, ровное отношение и раздражение исчезло. У каждого свои заморочки, главное, чтоб они на окружающих не выплескивались. Откинувшись на спинку стула, я простом смотрел перед собой, стараясь вообще ни о чем не думать. Вот поем, а потом уже буду решать, кто виноват и что делать, ха-ха.

Официантка, Ронда, как подсказал мне ее бейдж, появилась минут через десять, молча начав сервировать на стол. Жаркое в керамическом горшке, пахнущее какими-то незнакомыми специями, рис на плоской тарелке с отбивной, политой горчичным соусом с парой листиков петрушки, оладьи и плошка с джемом. Судя по цвету – черничный. Не очень люблю чернику, но да ладно.

– Чай будет немного позже. – Ронда замерла рядом, держа в руках пустой поднос. – Может еще что-то?

– Нет, спасибо. – Я отрицательно покачал головой. – Принесете счет вместе с чаем, хорошо? – Улыбнулся я.

– Как скажете. – Ронда улыбнулась в ответ, но что-то улыбка в этот раз какая-то натянутая.