– Вася, Танечка тебя уела и правильно сделала! – выглянула из окна Ванина мама. – Илья, возьми, пожалуйста, остальные сумки, которые Ваня привёз, и неси в кухню!

– И всё-таки Ванька – слабак! – выдал Василий Иванович.

– Вот уж нет! – покачала головой Таня. – Просто он разумно подходит к делу – зачем тратить силы, время и здоровье на то, что можно сделать проще и легче?

– Ааа, понятно! – выдала Галина Ивановна. – Вы, девушка, небось из таких же как Иван – белоручка, которая только и умеет по кнопочкам выстукивать?

– Я? Ну что вы! – улыбка Тани стала лучезарной. – Я – ветеринар!

– Чего? Ветери… – протянула тётка, а потом, решив, что наконец-то верно определила вид Таниных занятий, фыркнула: – Небось, только с кошками да мелкими собаками работаете?

– Нет, – Татьяна пожала плечами. – Работаю с разными животными. Очень разными. Недавно вообще к верблюду вызывали.

– Чего? Да кто ж в городе верблюдов держит?

– Зачем в городе? В Подмосковье держат кое-где. Меня туда и вызывали, – Таня прихватила остаток сумок – там ничего тяжёлого не было, так что ей было проще отнести, чем ждать, пока тётушка опять соберётся с мыслями и начнёт новые расспросы.

На кухне суетилась Ванина мама, выкладывая из сумок привезённые Иваном деликатесы, и одновременно занимаясь приготовлением завтрака.

– Давайте я вам помогу, – предложила Татьяна. – Что нужно сделать?

– Что вы, ничего не нужно, если хотите – можете с Ванечкой пойти прогуляться или в беседке посидеть. Отдыхайте! Я сама всё сделаю.

– Вижу я, как ты сама! – проворчал Иван, покосившись на Татьяну и отнимая у матери нож. – Тань, может, правда, в беседке посидишь… А я пока мясо сделаю.

– Если я к вам присоединюсь, мы же все быстрее это сделаем, – резонно заметила Татьяна, ловко перехватывая у замотанной женщины миску с овощами. – Давайте я почищу и порежу.

– Так, значит… – прокомментировал Василий Иванович, когда заглянул в кухню. – Так-так…

Что уж там… девушка, приехавшая с Ванькой, ему с ходу… нахамить не нахамила, конечно, но согласия с его словами не выразила. С одной стороны, это раздражало, а с другой – как ни странно, вызвало некое даже уважение – он ценил людей с характером, хоть и в упор не замечал наличие такового у сына.

– За Ваньку горой стоит. Это хорошо! А ещё – вон, пошла помогать, а не в гамаке валяться, как Алина.

Опять же, у них в доме гости вовсе не были обязаны что-то делать – это непорядок – гостей работой навьючивать. Но если приехавший в гости человек брал и по своей воле помогал хозяевам, то это опять же замечалось и очень ценилось.

Результатом этих рассуждений было высказывание Василия Ивановича:

– Хм… вот Ванька-то хлюпик и слабак, а какую девушку привёз!

Конечно, с этим не могла согласиться его сестра – она вообще редко с кем-то соглашалась, потому что единственно верным было её мнение.

– Ой, да что там «какую». Обычная ветеринарша, да ещё с претензиями! Тебе сразу надерзила, мне нахамила, а теперь пошла подлизываться к Нинке! Небось, зарабатывает копейки, вот и прилипла к Ваньке! Аааай! – взвизгнула она, схватившись за голову, на которую почему-то прилетела гнилая кочерыжка.

Любой человек, имевший дело с крестоцветными, знает, что при всех бесчисленных достоинствах у этих растений есть одна пакостная черта – если уж они подгнивают, то воняют абсолютно омерзительно!

Именно так и думал Вран, очищая лапой клюв.

– Мееерзость какая! Фррр… надеюсь, тётка оценила, как я подобрал ароматы – ровно под то, что вылетает из её клюва!

Галина «оценила» однозначно – вереща и отбрасывая от себя склизкие сгустки, она пыталась стряхнуть с волос непонятно откуда прилетевшую гадость. И тем «радостнее» было ей услышать:

– Люш, а чего это твоя тётя так прикольно прыгает? – вышедшая на шум девушка поражала личиком, на котором выделялись широковатые брови, идеальной фигуркой, экстремально короткими шортиками и топиком, изо всех сил пытающимся казаться не верхом от купальника, а чем-то посолиднее. Вообще-то в таком прикиде ей было холодно, поэтому в гамаке она куталась в тёплый плед, выданный ей добродушной мамой Ильи.

Илья, подскочивший к тётке, ничего толкового ответить Алине не мог, потому что и сам ничего не понял:

– ТётьГаль, да что у тебя с головой? И это… фууу какое оно!

– Баран! Уйди с дороги! – рявкнула тётка, одним движением руки сметая с дороги крепкого Илью и устремляясь в летний душ.

– А я думала скучно будет! – хихикнула Алина. – А у тебя тётка прям кууул – мощная такая! Я только не поняла, зачем она волосы укрепляла такой вонючей штукой!

– Так-так… – пробормотал Василий Иванович, отправившись в дом за полотенцем для Галины. – Вот тебе и раз…

Когда полотенце под гневное бормотание его сестры втянулось в душевую кабинку, а Алина отправилась обратно в гамак и укрылась пледом, Василий Иванович негромко спросил у Ильи:

– Где ж ты нашёл-то такую… незамутнённую?

– В спортзале у нас, – честно ответил Илья.

– А ты с ней разговаривать пробовал? Нет, я понимаю, что она тебе явно не для того, но тут же прямо стрёмно! Хорошо, что Галка не поняла, что твоя спросила, она ж и ответить могла… И потом, разве можно такую деваху привозить как невесту?

– А что такого? Вон, предыдущая – Маринка, эта была из умных. Такая уж умная, что прямо чересчур! – набычился Илья. – А Алинка, конечно, дурочка, но хоть нерасчётливая.

– Это хорошо, конечно, что нерасчётливая, но для жизни-то маловато! Вон, даже хлюпик-Ванька и то привёз девушку получше, а ты? Ты что, не мог кого-то приличнее найти? Если бы я такую выбрал, прикинь, какая бы у тебя была мать?

Илья покосился на дом и аж вздрогнул – нет никак он не мог представить на месте мамы глупую, пусть и очень красивую Алину.

– Что, пробрало? То-то же! – нравоучительно выдал Василий Иванович. – Короче, выводы ты сделал, да? И учти, раз твой никчемушный брат сумел такую девушку найти, то и ты сможешь, и даже гораздо лучше!

***

Завтракали в беседке. Алина накинула на плечики спортивную курточку и всё пыталась натянуть её на ноги, Галина накрутила на голову тюрбан из розового в жёлтые ромашки полотенца, Илья почему-то был мрачен, зато Иван пребывал в неожиданно хорошем настроении, что не могло укрыться от его родственников.

– Что, Вань, предвкушаешь, как будешь телепаться за своим культиватором? – съязвил Илья. – Лучше сразу лопату бери!

– Да я уж как-нибудь без тебя разберусь, что мне брать, – парировал Иван, автоматически пододвигая к Тане поближе блюдо с нарезками.

– Таня, а как вы с Иваном познакомились? – внезапно заинтересовалась Галина, припомнив свою теорию о том, что эта нищая ветеринарша вешается на шею неудавшемуся, но незаслуженно хорошо зашибающему племяннику.

– Да это не она со мной, а я с ней познакомился, – вмешался Иван, тётку прекрасно знавший и что-то такое вредненькое от неё ожидавший. – Её брат у меня учится.

– А! Небось, двоечник, да? – Галина настырно подгоняла реальный мир под свою точку зрения.

Мир упорно сопротивлялся и уворачивался.

– Почему это? – изумился Иван. – Один из самых сильных студентов курса.

Один из самых сильных студентов в это время, прищурясь, примерялся к тёткиному тюрбану – он ему мешал продолжить «укрепление волос» этой особы.

– Для такого дела я даже не пожалею червяков накопать… или слизни лучше? – засомневался Вран. – Вот же пакостница. Сидишь себе за едой и ешь молча, но нет! Она так и ищет, как бы Таню зацепить!

После завтрака Иван приволок культиватор, установил его в начале «картофельного пути» и покосился на Татьяну, которая пришла к нему и устроилась неподалёку, прислонившись к яблоньке.

– Тебе, может, гамак повесить? У нас несколько в гараже. Давай, я сделаю, и ты отдохнёшь, – ему было неловко из-за того, что Таня теряет свой законный выходной.

– Нет, спасибо! Меня Тишинор попросил посмотреть, как работает эта модель культиватора. Если ты не против, я понаблюдаю, ладно?

Имя норуша звучало тут так… необычно и почему-то радостно для Ивана – словно у них есть нечто общее, тайное от всех.

Иван кивнул, молча отправился в дом, принёс оттуда скамейку, установил её под цветущей яблоней – чтобы Тане наблюдать было удобнее, и включил «устройство для слабаков, которые лопату ленятся в руках держать».

Культиватор в руках Ивана дёрнулся, а потом неожиданно шустро устремился вперёд.

– Да эта фигня, небось, ничего не прокапывает! – заявил Василий Иванович, явившись с лопатой и копнув уже готовую борозду.

Он тут же схватился за спину, удивлённо уставившись на очень даже хорошо перекопанную землю, в которую его лопата вошла без малейших усилий.

Глава 53. Участие в забаве

– Ты ж смотри… – изумился Василий Иванович.

Разумеется, изумился про себя – нельзя же с ходу признавать, что эта дурацкая штука реально что-то делает! Он покосился на девушку старшего сына, которая сидела под яблоней, а она… понимающе ему улыбнулась, мол, всё вижу, всё понимаю, пока молчу.

Иван, понятия не имея об отцовских раздумьях, вспахивал будущие картофельные гряды, первый раз в жизни наслаждаясь этим процессом. Нет, разумеется, ему бы приятнее было этим и вовсе не заниматься, но если уж пришлось, то лучше так, чем копать лопатой, утирая пот со лба и чувствуя, как начинает ныть спина.

– И что в этом хорошего? – голос тётки долетел до Ивана, словно камень по затылку. – Тащится за этой фигнёй, рыхлит только верхний слой! Это же некачественно!

Иван как раз дошёл до конца гряды, развернулся, выключил культиватор:

– Здесь земля мягкая, всё отлично перекапывается! – пояснил он.

– Отлично – это ручками и лопатой, а не этой ерундовиной! Все наш предки так делали, и ничего, от этого не померли! Вот молодёжь, всё ищут, как бы попроще, как бы полегче, а нормально работать не могут! Иван, да как же тебе не стыдно-то?! Родителям не помогаешь, бездельничаешь на своей работе… да и вообще, занимаешься ерундой какой-то!

И тут Таня, которая преотлично знала, КАК работает Иван, окончательно рассердилась! Так, что с любезнейшей улыбкой сказала:

– Какая же вы молодец! Всегда уважала таких людей! – она краем глаза увидела, как удивился Иван, но продолжила:

– Знаете, люди, которые всё-всё делают самостоятельно – это сейчас просто уникальное явление! Я вот стирать руками не успеваю, увы… А вы, конечно только так и стираете, да?

Устремив на Галину взгляд, сияющий «восхищением», под которое было замаскировано изрядное раздражение, Таня добавила:

– И хлеб сами печёте в духовке? Я вот только пироги делаю, а для хлеба хочу хлебопечку купить, совсем не хватает ни времени, ни сил. Но как же я уважаю таких людей как вы! Всё-всё сама! Наверное, вы и газ ставить на даче не будете, да? Дровяная печка – это же так хорошо!

– Да нет же! У Галки и стиралка есть, и посудомойка, и хлебопечка, правда, она ею не пользуется! – ляпнул Василий Иванович, не подумавши. – И газ на даче есть. Печка-то – это, конечно, приятно, но лучше, когда газ есть! Когда надо ночью вставать и печь протапливать – это ж забодаться можно, да и дрова рубить то ещё удовольствие! А, по-моему, и культиватор тебе сын купил… что-то такое он мне говорил…

– Ой, да что вы? – живенько повернулась к нему Татьяна. – И даже посудомойка? А может, и робот-пылесос?

– Есть, как не быть, – кивнул отец Ивана. – Я ж ей сам дарил!

– То есть полы можно доверить роботу-пылесосу, бельё – стиральной машине, посуду – посудомойке, выпечку – хлебопечке, свой огород – культиватору, а на вашем огороде – только лопатой? Хм… надо же, как вы брата и племянников-то любите – чтобы не расслаблялись и максимально хорошо обрабатывали землю! – очень сердитая Таня лучезарно улыбалась тётке Гале, которая силилась что-то сказать, но не успевала за аргументами противницы.