Иван, облокотившись на рукоять культиватора, наслаждался редчайшим зрелищем – тёткой Галиной, которая не знала, что ей сказать, а потом решил, что грех не поучаствовать в такой забаве.

– Действительно, тётенька, я и не знал, что вы нас так любите, что прямо самое лучшее советуете, да ещё так… не побоюсь этого слова, настырно!

– Да как ты смеешь? Привёз какую-то нищую голодранку, которая мне хамит тут, а сам… ааааайййй!

Вран не зря выжидал и внимательно следил за вредной тёткой:

– Я ж знал, что эта курица ещё раскудахчется! Ну, раз так, лови и ни в чём себе не отказывай!

Он прицельно метнул на свежевымытую голову тётки несколько самых жирных, самых склизских и самых длинных слизняков, ради добычи которых специально слетал в соседний огород, где никого не было, принял там людской облик, перевернул старые доски, сваленные в углу у высокого забора, отыскал там нужный для тёткоусмирения реквизит, а потом увязал находку в пакетик так, что, если отпустить один уголок пакета, то его содержимое вывалится.

Следующий вопль тётки, не только почуявшей что-то холодное и мерзкое на макушке, но ещё и нащупавшей там нечто абсолютно омерзительное, мог бы сбивать самолёты в стратосфере…

По крайней мере, её младшего брата этот звук потряс до основания, Василий Иванович отшатнулся от сестры, охнул, схватился за поясницу, а потом изумлённо выдохнул:

– Кажись, в позвоночнике что-то щёлкнуло и на место встало… Илья! Илюха, иди сюда! Тут Галочка сеансы моментального исцеления производит!

– Снииииимииии! Снииимииитииии! – взвизгнула тётка.

– Слышь, Галь, ты ж ори потише, а то вон… птичка аж еду уронила на тебя! А если ещё чего уронит? – Василий Иванович, как человек простой и незатейливый, в обыденной констатации фактов ничего дурного не видел, а кроме того, до него медленно, но верно доходила высказанная Татьяной истина:

– Сама-то она всей техникой пользуется только так, а чего ж у меня на ушах сидит, да погоняет? А? – думал он, глядя вслед Галине, с неотвратимостью лавины несущейся в баню. – Прально, иди ты, Галочка… именно туда! И чего я сам-то её всё слушал и слушал, да ещё и слушался? Нет, оно понятно, можно и лопатой помахать, кто ж спорит, но так и Галке можно её льняные простыни да пододеяльники ручками в корыте стирать… Мылом хозяйственным! Да ещё в речке полоскать! А чё? Все наши предки так жили, небось, от этого не померли! Нет, померли, конечно… но, если бы меньше ломались на таких работах, может, и пожили бы подольше! – он словно наяву вспомнил руки своей деревенской бабушки и сердито нахмурился – бабушкины пальцы были похожи на узловатые корни.

Нет, если бы не успешная демонстрация культиватора и Танины доводы, весьма вовремя и очень правильно высказанные, то ничего бы до него не дошло, а сейчас он хмуро покосился в сторону бани, от которой спешно расползались возмущённые слизняки, и повернулся к Ивану.

– И чего ты стоишь? Паши уже, раз такую штукенцию приволок! – хмыкнул Василий Иванович, подмигнув примчавшемуся Илье. – А потом и брату дай попахать – нагрузка-то вполне себе допустимая. Хотя… сначала дай я попробую, вроде и правда со спиной полегче стало! Да не жилься ты, вцепился в свою фиговину…

Иван вполне охотно уступил «фиговину» отцу и брату, которые, впечатлившись возможностью больше не махать лопатами почём зря, быстро вскопали, а потом ещё разок перекопали картофельную делянку – чисто на всякий случай!

– А оказывается, это шикарная штука! – простодушный Илья уже даже матери сходил похвастался. – И отец за спину не хватался, и мне даже сейчас можно – мышцу не тянет…

Галина, вышедшая из бани и разобиженная на весь белый свет, увидела отлично перекопанные картофельные гряды, уже с бороздами, в первой из которых лежал шланг и старательно наполнял её водой, а рядом стояла мерзкая девица-ветеринарша, ожидая, когда же можно будет переложить шланг в следующую борозду.

Тётушка открыла было рот, чтобы сказать очередную колкость, но услышала:

– Тёть, если ты скажешь, что это не такая вода, не так льётся, и предки наши так не делали, то можешь сама сходить к колодцу с вёдрами… раз этак двести. Я, честное слово, возражать не буду!

Ухмыляющийся Иван торжественно вручил Тане мороженое, за которым и ходил в дом.

– И моё подержи, ладно? – попросил он, перетаскивая шланг на следующую борозду.

Они больше не обращали на тётку никакого внимания – ели мороженое и негромко разговаривали о чём-то, не подозревая, что Галина уже готова кипятком плеваться, как трудолюбивый камчатский гейзер.

Может, чего-то она и выдала бы, но Вран, подозревая грядущее выступление, решил действовать превентивно, и, как только тётка открыла рот, метнул на неё очередную находку – пучок водорослей из ближайшего пруда.

– Слушай, я даже не знал, что Чернокрылов такой изобретательный, – шепнул Татьяне Иван. – Я его прямо зауважал! Честное слово, это первый раз, когда мне нравится находиться на даче вместе с тёткой – она почти ничего, если не считать воплей, не сказала, а обычно не закрывает рот, и мне хочется притопить её в бочке с водой! Нет, не фатально, конечно, но так, чтобы было потише… А Ромка это обеспечил гораздо более простыми методами!

– Галка, да чем ты так досадила птице, что она тебя всякой всячиной бомбардирует? А? – недоумевал Василий Иванович, доставляя сестрице очередное полотенце.

Впрочем, её ответ был настолько энергичным, что он счёл нужным удалиться побыстрее, хотя бы для того чтобы подумать, а чего это она не на своей даче бесчинствует, а у них?

В следующий раз Галина вышла в люди с полотенцем на голове и… кирпичом, который она подобрала у бани. Вран только мрачно хмыкнул, спикировав на даму, а потом заложив вираж и красиво воспарив над…

– Галка, ты чего, совсем ку-ку? – возмутился Василий Иванович. – Ты ж меня чуть каменюкой своей не зашибла!

– Да я не в тебя, а в ворону кидалась! – в том же тоне ответила Галина младшему брату.

– А если бы попала в меня?

– Может, ума бы в пустой башке прибавилось! – огрызнулась она, не привыкнув к замечаниям… да от кого? От пустоголового Васьки!

– Тааак… – Василий Иванович обычно с сестрой не ссорился – она приезжала и начинала критиковать всех и каждого, разумно не трогая хозяина дома, но сейчас она была в гневе, сдержанностью так и вообще никогда не отличалась, короче, полезло шило из мешка.

– И не такай мне тут! – разъярилась Галина. – Сам ничего не достиг, жену на место поставить не можешь, один сын – бездельник и лодырь, а другой – ещё тупее тебя!

Из окна выглянула мама Ивана, которой Таня от души посочувствовала, сам Иван покосился на неё, потом – на окно, и предложил:

– Не хочешь на озеро съездить?

– Да, хорошо было бы. А может… маму твою возьмём? – предложила Таня. – По-моему, твоему папе с его сестрой лучше выяснить отношения наедине.

– Однозначно! Илью звать не стану – он сам взрослый, разберётся, пожалуй, а нам и правда лучше пока смотаться. И… спасибо тебе!

– За что? – удивилась Таня.

– А за всё! – Иван заспешил к дому и через пару минут вывел оттуда немного упирающуюся мать.

– Да не надо… Вы с Танечкой и погуляйте, зачем я вам мешать буду? Вань, езжайте сами! Таня же не поймёт…

– Нина Андреевна, я сама предложила Ивану вас позвать. – Таня шла к калитке, прихватив ветровку. – Давайте, правда, съездим?

– Танечка, ой… Спасибо! – мама Ивана начала тереть глаза, а потом решительно заявила:

– Я сейчас переоденусь и побегу к соседке – она помидоры высаживает, просила меня ей помочь, так что вы езжайте, а я – пока вон в том доме буду.

Нина Андреевна обернулась на мужа, который только что не подпрыгивал от возмущения из-за ядовитых слов сестры, потом покосилась на беседку, где скрывались Илья и Алина, и усмехнулась:

– Им и правда надо поговорить, а то Галина окружающих сильно допекала, а Васю как-то особо не трогала…

– Вот пусть и послушает, что его сестра всем остальным устраивает! – решительно кивнул Иван. – Тань, пойдём!

Стоило им только отъехать, как за машиной поспешила крупная чёрная птица.

– Ррразумно, конечно. Нечего сестрре слушать всяких скандалисток! – рассуждал Вран. – Но прроконтрролировать всё-таки не мешает!

Иван хорошо знал окрестности, так что без труда нашёл место, где не было ни отдыхающих компаний, ни любителей шашлыков – никого, кроме небольшой стаи диких уток, метущих по воде ивовых ветвей и парочки жаб, торопливо плюхнувшихся в воду, когда к берегу подъехала машина.

– Тут приятнее, – констатировал он, выбираясь из автомобиля. – И тише на порядок!

– Врряд ли это надолго… – голос Романа заставил его усмехнуться:

– Почему ты так решил?

– Да потому что за вами старртовала машина твоего брратца! – объяснил Вран. – И в ней тоже всё как-то шумно. Да вон она.

Вран кивнул направо, а сам отступил в заросли ивы, возвращая себе истинный вид.

– Ёлки-палки… вот чего ему тут надо, а? – сердито выдохнул Иван, который вообще-то собирался пообщаться с Татьяной.

В машине Ильи были широко открыты окна и грохотала музыка, а сам великий спортсмен развалился на водительском месте в позе «хозяина жизни»:

– Салют! – жизнерадостно окликнул их Илья. – А вы лихо смылись!

– Мы-то да, а вот что ты тут делаешь? И где забыл Алину? – довольно нелюбезным тоном поинтересовался Иван.

– Алька в дом пошла, сказала, что замёрзла и хочет согреться, – пожал плечами Илья, – а я увидел, что ты стартанул, ну и поехал за тобой!

– Зачем? – сердито спросил Иван, который внезапно обратил внимание на то, как младший брат рассматривает Татьяну.

– Да соскучился по тебе! Чего ты такой весь… ощетинившийся? – хохотнул Илья. – Тань, скажи, что он на ежа похож?

– Нет, на ежа точно не похож! – серьёзно отозвалась Татьяна, внимательно осмотрев Ивана. – Ни малейшего сходства, – она улыбнулась, и Иван ощутил внезапное и весьма сильное желание закинуть наглого братца в центр утиной стайки!

– Ой, да лааадно! Натуральный ёж! Колючий, вредный. Знаешь, как он меня в детстве изводил? Прямо близко не подпускал к своему драгоценному компу! – Илья покосился на старшего брата, мрачневшего с каждой секундой. – Вон, глянь, какой хмурый! Прям не подойди! Тань, вот скажи честно, неужели же тебе такой нравится?

– Неужели же я похожа на женщину, которая поедет куда-то с мужчиной, который ей НЕ нравится? – парировала Татьяна, легонько пожав плечами.

Илья, видимо, чем-то пошёл в тётку – простые вопросы ставили его в тупик и заставляли подзависнуть, переводя взгляд с Татьяны на брата.

Он честно не видел в том ни малейших признаков привлекательности! Правда, да разве может понравиться симпатичной девушке этот худощавый, скучный, неспортивный тип?

Глава 54. Оценка мужчин

– Нет, неужели ж он тебе ПРАВДА приглянулся? – хмыкнул Илья, недоверчиво переводя взгляд с брата на девушку. – Он же хилый совсем!

Иван скрипнул зубами, старательно не глядя на Татьяну – как ещё она на это ответит, при учёте того, что на самом-то деле он ей вовсе не нравится…

– Илья, а вы всерьёз думаете, что все женщины оценивают мужчин только по… гм… обильной мускулатуре? – с явным сочувствием спросила Таня. – Знаете, многим нравятся не только сильные, а ещё и умные мужчины.

– И Ванька типа умный? – фыркнул Илья.

– Очень! – с выражением ответила Татьяна. – А вы никогда не интересовались, чем ваш брат занимается? Да ладно… – она смотрела на накачанного, подтянутого, спортивного типа с таким изумлением, что Вран чуть не зааплодировал, вовремя вспомнив, что в истинном виде это сложновато.

– Да чем он таким занимается-то? Пааадумешь, по кнопкам стучать! А вот так он точно не может!