Прости, я женат (страница 6)
Иначе она никогда меня не простит.
Бросаю взгляд на яркий проспект с морем и пальмами, лежащий на столе.
– Тайланд, говоришь? Хм? – мозг работает на полную – из этого тоже может кое-что получиться.
Я беру в руки мобильный и набираю номер тещи.
– Сусанна Аркадьевна, здравствуйте. Можно Наиру? – говорю очень вежливо и важно, а сам представляю, как теща расплывается в улыбке. Любит она, когда с ней вот так, с почтением разговаривают.
– Каренчик, дорогой, – мурлыкает Сусанна Аркадьевна в трубку – А она уехала, буквально минут пятнадцать назад. Ей подружка позвонила, и они в салон пошли красоту наводить.
– Отлично – подыгрываю теще ее же тоном – Я сегодня пораньше с работы ушел, хотел ее забрать и поужинать где-нибудь, но раз так…
– Ой, как это мудро с твоей стороны, Карен. А то, молодые, горячие… Деток вам надо – напирает она – я Наире давно говорю, а она… Ай, ладно, пиши адрес, сделай сюрприз нашей девочке: салон «Грааль» Перчевская пятнадцать.
Адрес я запомнил, а заодно и слова про внуков.
Как там Наира говорила? Не просят? Не наседают? Не давят! Вот!
– Благодарю, Сусанна Аркадьевна. Сюрприз сделаю – рапортую теще и завершаю звонок.
Салон нахожу быстро.
Яркая кричащая надпись «Грааль» светится аж за два квартала. Минуты три кручусь на парковке, чтобы найти место для своей ауди, минут десять рассматриваю витрину салона, а потом решаю зайти и обозначиться.
Я мало что смыслю во всех этих женских процедурах, но то, что они могут занимать чертову тучу времени, знаю точно.
– Добрый день, а Наира Багранян у вас? – интересуюсь у девушки на ресепшене – Где ее можно найти?
– А вы? – она томно поднимает взгляд и смотрит на меня поверх очков.
– Муж – отвечаю тут же, и во взгляде администратора моментально отражаются сто оттенков разочарования.
– Сейчас посмотрим – девушка быстро щелкает мышкой и внимательно смотрит в монитор – Хм… А она не записана на сегодня.
– Как не записана? – теряюсь я – Проверьте еще раз, Наира Багранян. Она сказала, что с подругой к вам поехала.
– Нет, я абсолютно уверена. Сегодня ни у одного мастера окон нет, ее не приняли бы без записи, а записи точно нет.
Выхожу на улицу и останавливаюсь на крыльце салона.
Жарко… и непонятно тоже.
Расстегиваю верхние пуговицы рубашки, снимаю пиджак и вдыхаю теплый майский воздух.
«Что происходит?» – спрашиваю у себя и морщусь, когда очередной порыв ветра приносит запах какой-то ядреной химии из салона.
Достаю из кармана мобильный и, пока иду к машине, звоню жене. Наира отвечает не сразу. Считаю гудки, сбрасываю, перезваниваю еще и только тогда слышу сдавленное: «Алло?»
– Наир, ты где? – спрашиваю так спокойно, как получается.
– Я? На ноготочки с подружкой поехала, а что? – без запинки отвечает жена, и я даже начинаю сомневаться в тещиных способностях. Неужели, адрес перепутала?
– Хорошо, я вот что подумал, – делаю паузу и прислушиваюсь к шуму на том конце провода – может, поужинаем сегодня? Я уже освободился, могу приехать и забрать тебя.
Тишина. Шепот, в котором я не могу разобрать ни слова, а потом в меня выстреливают скороговоркой, словно связь вот-вот оборвется: «Через час, салон «Грааль» на Перчевской пятнадцать».
«А вот это уже интереснее» – я ничего не отвечаю. Просто обрываю звонок и смотрю на мигающие, как новогодние гирлянды буквы.
– «Грааль» – читаю еще раз и сверяю часы – подождем.
Глава 9
Москва
Лиля Кудрина
– Ну, что, Лилия Семеновна, анализы готовы – доктор наконец-то заходит в маленькую палату, куда меня привела медсестра. Здесь чисто, тихо и в принципе, можно даже поспать, но какой там сон…
– И? – жадно втягиваю воздух сквозь сжатые зубы и замираю.
– То, что вы приняли за недомогание, на самом деле самая обычная, здоровая беременность – с улыбкой сообщает врач и, подхватив стоящий у двери стул, ставит его рядом с кроватью.
– Беременность? – еле выговариваю севшим голосом и, цепляюсь пальцами за жесткую больничную простынь.
Перед глазами все плывет: серые стены, пол, окно, все сливается в единое пятно, и я слышу, как врач зовет медсестру.
– Ниночка, неси-ка сюда аптечку, тут мамочка нежная попалась, в обморок падать собирается – шутит она, а мне сейчас не до шуток.
«Беременна – щемит в груди, шумит в ушах и взрывается барабанной дробью – беременна, беременна, беременна!»
Чувствую, как по спине сначала пробегает холодок, а после меня словно в чан с кипятком окунает.
– Это… это точно? – спрашиваю, вздрогнув от резкого запаха нашатыря.
– Точнее не бывает – кивает врач – как себя чувствуете? Головокружение прошло?
– Да, – выговариваю с трудом – Сколько? Срок какой?
– По уровню ХГЧ – женщина еще раз изучает анализы – примерно два с половиной месяца. Ребенок незапланированный?
Спрашивает, попадая точно в цель, догадывается, а я в ответ могу лишь кивнуть. Не представляю, как сейчас выгляжу, но точно не как счастливая мамочка.
– Ну ничего, так тоже бывает – врач улыбается и, закрыв карточку, кладет ее на прикроватную тумбу – сейчас поедете домой, поговорите с отцом ребенка и…
– Могу идти? – спохватываюсь я и вскакиваю с кровати.
– Да. Выписку возьмите – протягивает мне желтоватую бумажку доктор – в ближайшее время нужно встать на учет в консультации по месту жительства или…
– Хорошо, я… я подумаю! – выдаю первое, что приходит в голову, лишь бы сбежать из этих стен, от этого изучающего взгляда врача и вопросов.
Спохватываюсь только на улице. Останавливаюсь на крыльце и понимаю, что район незнакомый и я не знаю, куда идти. Надо было не сбегать сломя голову, а заранее вызвать такси, дождаться его и только потом уходить.
Что сделано, то сделано. Возвращаться в приемный покой глупо и, окинув взглядом больничный двор, я спускаюсь по старенькой лестнице, чтобы спрятаться под раскидистым кустом сирени.
Такси приезжает через десять минут, а через полчаса я уже закрываю дверь своей квартиры и медленно сползаю по стене, оседая прямо на коврик в прихожей.
«Беременна» – повторяю про себя, и болезненный удушливый комок застревает в горле.
Обхватив голову руками, я задаю этому миру один-единственный вопрос: «За что?»
***
Саша пригнал мою машину на следующий день к обеду.
Поставил во дворе, в углу парковочной площадки, как я и просила, и, вскинув голову, рассматривал высотку, пытаясь угадать, где мое окно.
Махнула ему рукой, так, на всякий случай. Это я не вижу ничего дальше пяти метров, а он молодой, глазастый.
Махнула и, не дожидаясь ответа, отправилась в прихожую встречать коллегу.
Стою, прислонившись спиной к холодной стене, и прокручиваю в голове вчерашний день: слова врача, выписку…
«Еще же в консультацию надо» – напоминает заботливо внутренний голос, но я отмахиваюсь от него.
Потом, все потом.
Я стану мамой, и эта мысль настолько непривычна и чужеродна, что я чувствую себя персонажем какой-то мыльной оперы. Идеальный сюжет получается: героиню бросил богатый любовник, и теперь она вынуждена прозябать в нищете, и растить ребенка одна.
«Ну, не бросил, а сама выгнала, и прозябать в нищете ни мне, ни ребенку не придется» – вступаю в диалог со своим внутренним голосом, и кто знает, до чего бы мы с ним еще договорились, если бы не звонок в дверь.
Тянусь к замку и, невольно ловлю свое отражение в зеркале. Ничего хорошего там нет: опухшие, раскрасневшиеся от ночных рыданий глаза и бледная кожа.
«Как вампир из молодежной саги» – издевается внутренний голос, но ответить ему я не успеваю.
– Здравствуйте, Лилия Семеновна! – звонко разносится по подъезду, едва я открываю дверь.
Саша стоит на лестничной клетке с самой доброжелательной улыбкой на лице и протягивает мне ключи от машины.
– Зайди, не через порог – я распахиваю дверь пошире и впускаю парня.
– Да, ой! – тушуется он, но в квартиру заходит – у вас все хорошо? Чувствуете себя лучше? – интересуется Саша и вроде бы ничего такого не спрашивает, а у меня глаза снова на мокром месте.
Что отвечать? И не выгнать ведь уже, сама пригласила.
Мотаю головой, отворачиваюсь, но Сашка все замечает. Внимательный он парень, и очень отзывчивый, хоть и молоденький совсем. За это и взяла его на работу практически без опыта.
– Что-то плохое? Лилия Семеновна? Да? – начинает суетиться он – вы не волнуйтесь, сейчас… сейчас все лечат и… у меня вон тетка…
Машу рукой, чтобы он прекратил скороговорку, от которой я готова разрыдаться, как малолетка и киваю в сторону кухни.
– Пойдем, чаю тебе сделаю – выдыхаю, едва сдержав всхлип.
Не знаю, что происходит. Может, одиночество и усталость беру свое, или те самые гормоны беременных, о которых не слышал разве что ленивый, но я рассказываю Сашке все: про беременность, про то, что отец моего ребенка оказался женатым мужчиной, и я узнала об этом слишком поздно, а теперь....
– Не знаю я, что делать – заканчиваю свою невеселую историю.
– Рожать, Лилия Семеновна, – невозмутимо пресекает мои сомнения Сашка – Дети – это хорошо. Нас трое в семье было, я с братом и сеструха-вредина. В детстве мы плохо ладили, зато сейчас… Так что не сомневайтесь даже.
– Думаешь? – растерянно переспрашиваю я, а Сашка улыбается так искренне, словно и не видит никакой проблемы в беременности. Мне кажется, мы местами поменялись: простой мальчишка в огромной футболке и растрепанной челкой и я, взрослая тетя.
– Уверен – в доказательство своей правоты, парень с грохотом ставит чашку на стол – с отцом или без, это уже вам решать, тут я не советчик, опыта маловато.
Он ушел.
Не сразу, мы, наверное, еще целый час сидели и болтали о жизни. Рассказывали о детстве, сложностях, разбитых сердцах… каждый говорил о своем, а когда все интересные темы закончились, Сашка ушел.