Эй, дьяволица! (страница 11)
Потом я отправляю сообщение отцу и говорю, что у меня все в порядке, – не считая, конечно, того, что мой член может отвалиться в ближайшие сутки, – и теперь действительно отправляюсь в приют для животных. Я записываюсь в качестве волонтера в утреннюю смену, и меня вводят в курс дела. Как обычно, я влюбляюсь в каждую собаку, которая выходит меня поприветствовать, проклинаю про себя всех тех уродов, из-за которых животные оказались здесь, и относительно хорошо лажу с кошками. Я помогаю мыть и вычесывать, меняю повязки, если нужно, и играю со всеми вместе с Постре, которая привыкла заводить новые знакомства и всюду объявлять себя главной звездой, как только мы приезжаем.
Среди волонтеров я замечаю официантку из паба. Ей не стоит знать, что я полностью о ней забыл. Она напоминает, что я должен ей танец (к счастью, она была так занята в подсобке, что не увидела всего случившегося той ночью в пабе). И еще раз говорит, как ее зовут. И я за это ей ужасно благодарен, хотя и делаю вид, что сам прекрасно помню ее имя. Флирт с этой девушкой, ее благосклонность и общение с пушистыми друзьями помогают мне отвлечься, и я возвращаюсь домой с улыбкой на лице. Ну ладно, я радуюсь еще и потому, что потрахался. Как только беспокойство отпускает меня, я разрешаю себе отдаться приятным мурашкам на коже.
Все это улетучивается, когда я вижу их лица. Лица моих родных.
У Доме получилось добыть доступ к базе данных полиции. В лесу был найден труп девушки как раз в ту самую ночь, когда мы позволили голодной и разъяренной вампирше сбежать.
Поправка: я позволил сбежать.
«Я умираю от жажды».
Чувство вины обрушивается на меня со всей силы, сжимает легкие. Внутри все холодеет.
А потом на меня накатывает тошнота. Потому что я трахнул ее, а в это время по ее венам еще текла кровь невинной девушки. И я ничего не сделал. Ничего. Только бросил пару пустых угроз.
А вдруг ее кожа излучала тепло той несчастной? И именно его я и почувствовал? Могу поспорить, именно так она и поддерживает свой образ. Тот самый, который обманывает меня и сбивает с толку.
Меня накрывает ярость. Клянусь, я разорву ее на части.
Убей или умри
Подростки не особо умны. И это говорю вам я. Скажем прямо, они ужасно глупые. До такой степени, что я даже не понимаю, как человечество до сих пор не вымерло до достижения совершеннолетия.
Доме подписался в соцсетях на всех жителей городка, а также на официальные аккаунты разных организаций и СМИ. Информацию о найденном трупе еще не предали огласке, так что девушки Мейтауна ничего не знают. Их подруга, чье имя я уже и не вспомню, два дня не выходит с ними на связь, а раз они считают себя ужасно взрослыми (ну конечно, им же уже по пятнадцать-шестнадцать лет), они принимают офигенное решение: отправиться на ее поиски в лес.
Они организовались в соцсетях, использовав убогий хештег. И под «организовались» я имею в виду, что они просто подбадривали друг друга без какого-либо плана действия. Единственное, о чем они договорились, – точное время, чтобы встретиться и затеряться ночью в лесной чаще.
Вы только подумайте: они живут в месте, которое служит чертовым магнитом для всякой нечисти. Нужно быть умнее. Ну или, по крайней мере, менее безрассудными. Хотя чья бы корова мычала, конечно.
Думаю, они просто не понимают, с чем имеют дело. Для них это всего лишь игра, прогулка по ночному лесу. Они хотят попугать друг друга и продемонстрировать храбрость.
И упрощают ей задачу.
Я знаю, пропадет кто-то еще. Она всадит ему клыки в шею, присосется, словно паразит, выпьет всю кровь до последней капли. А затем просто выбросит его. Без жалости. И уйдет, не оглядываясь. За другой жертвой. Так монстры и действуют. А я на них охочусь.
Подростки собираются на закате. Приветствуют друг друга. Нервно смеются. Кто-то принес выпивку, как же без этого. А затем они уходят в лес.
Мы ждем какое-то время, чтобы не спугнуть их сразу же, а потом идем следом. Мы расходимся, как и они, предварительно включив локализаторы и гарнитуры. Так мы сможем оставаться на связи.
Наш план? Постараться, чтобы этой ночью никто из смертных не умер. Для этого мы и существуем – чтобы защищать их.
Доме остается в машине, дожидаясь нужного сигнала, чтобы быстро оказаться там, где потребуется подкрепление и тяжелое оружие. На его месте должен быть я, потому что он не так хорошо водит машину. Но я должен найти ее первым. Мне нужно прикончить ее. Избавиться от чувства вины и наконец поступить правильно.
Я обмениваюсь последним взглядом с отцом перед тем, как мы потеряемся из виду. Мы желаем друг другу удачи.
«Aut neca aut necare», – шепчем мы. Это наш воинственный клич. «Убей или умри». Эта фраза вытатуирована у меня на правом трицепсе. Чуть ниже, на локте, есть змея, которая обвивает его. Она словно открывает пасть, обнажая клыки, готовая сожрать тебя.
Так я и собираюсь поступить сегодняшней ночью с моей добычей, хотя у меня острых клыков и нет.
Верная Постре бежит за мной. Проверяю оружие и выключаю фонарик; я готов раствориться в зелени и темноте. Закрываю глаза и вдыхаю воздух. Я знаю, что мои шаги приведут к ней. Две стороны одной монеты. Потеряться, чтобы найти друг друга. Жидкий металл, из которого отлили нас обоих, ищет свою противоположность, словно магнит.