1

Трактир в самом сердце «Кишок» был настоящим заповедником грязи и убожества. Здесь всегда воняло прокисшим пивом, потом и безнадегой. За липкими, никогда не протиравшимися столами сидели его обычные обитатели: пьяные орки-грузчики, мелкие воришки с бегающими глазками и уставшие девки. Подходящее место для балабола с улиц.

Я заметил его в самом дальнем и темном углу. Сидел, обняв пустую кружку, и с ужасом смотрит в стену. Почти сразу Гриша заметил и меня. Он сразу вздрогнул, расплывшись в улыбке.

– Господин Стержнев! Какими судьбами? – пролепетал он, стоило подойти.

Я решил не тратить время на пустые разговоры. Молча кинул трактирщику серебряную монету и вернулся с двумя полными кружками. Одну с грохотом поставил перед Гришей. Он посмотрел на нее так, будто я подарил ему мешок золота.

– Рассказывай, – коротко приказал, сев напротив.

– О чем, господин? Все и так все видели. Небеса на нас падают! – запричитал он. Руки вцепились в пойло.

Я, конечно, знал, что для многих в нижнем города купол является не просто магией, а настоящим благословением, но чтобы настолько…

– Меня не интересуют вопли пьяниц. Что происходит в магическом совете?

Гриша сделал огромный, жадный глоток. Его глаза немного прояснились. Он наклонился ко мне через стол.

– Паника, господин, – зашептал он. – Самая настоящая паника. Мой племянник там полы моет, так он подслушал. Они там носятся, как ошпаренные. Главный маг орал с утра так, что в окнах стекла дрожали.

– Ну и в чем дело?

– Они ничего не понимают. Их магические приборы показывают, что с куполом все хорошо. Энергия течет, трещин нет, все как обычно. Но он мигает. И никто не знает, почему. Они, конечно, всем врут. Пустили слух, что это просто «небольшие помехи из-за активности солнца», – нервно хихикнул Гриша. – Какое, к черту, солнце, так ведь?

Вот это было уже интересно. Маги не видят проблемы. Значит, проблема не в магии. Или не только в ней. Мой сломанный анализатор это подтвердил.

– А что насчет мест, где сбои сильнее всего? – надавил я. – Старые кварталы.

– Да-да, – Гриша снова присосался к кружке. – Точно! Старый промышленный район. И еще район заводских коллекторов, под землей. Там вообще жуть! Бедняки, что там иногда ошиваются, такое шепчут.

– Говори прямо.

– Я слышал, что один из бездомных клялся, что на пару секунд камни стали прозрачными. Он видели под землей… огромные шестерни! Бред, конечно, пьяный…

Он продолжил что-то бормотать про конец света и проклятия, но я его уже не слушал. В моей голове разрозненные кусочки мозаики наконец-то начали складываться в одну, очень неприятную картину.

Купол не ослаб. Он в норме. Маги это подтверждают.

Но он дает сбои. Причем такие, что влияют не только на магию, но и на обычную механику.

Эпицентр этих сбоев – старые промышленные зоны, напичканные древними, давно сдохшими машинами.

Люди видят под землей гигантские шестерни…

И тут в голову пришла интересная мысль. Снобы из шпиля смотрят наверх. А нужно вниз. Под ноги.

Проблема не в куполе. Проблема в его фундаменте. В том, что питает его энергией.

Я читал о куполе довольно много. Он состоит из магии, которую, по большей части, контролирует мой дом. Однако есть и основа. Простыми словами, купол представляет из себя платформу с плотной крышкой. И эта самая платформа как раз под землей. Древняя машина, построенная еще до катаклизма машинерии, о которой пишут в исторических книжках. Случилась она много сотен лет назад. С тех пор люди и прочие расы так и не вернулись к былому уровню развития.

Эта гигантская машина, спрятанная в самых недрах города, начала ломаться. И что-то мне подсказывает, что сбои – только начало.

Я резко встал из-за стола, оставив Гришу наедине с его пивом и страхами. Мне срочно нужно было найти одного маленького, эксцентричного и совершенно безумного специалиста. Единственного во всем Домозерске, кто разбирался в древних и сумасшедших механизмах лучше, чем кто-либо другой.

2

Не так давно, выискивая лабораторию побольше моей штаб-квартиры, Физзл перебрался в район гномов. Там ему быстро подобрали место, где можно экспериментировать до посинения. Заодно и подзаработать, помогая местным. Я ходил с ним, а потому знал, где найти психованного гения.

Мастерская располагалась в здании старой котельной, и ее новый хозяин, очевидно, чувствовал себя здесь лучше, чем дома. Он быстро обжился. У входа уже толпились другие гномы, которые притащили ему на починку свои сломанные механизмы: остановившиеся часы со сбежавшими кукушками, заклинившие музыкальные шкатулки, и даже самоходные тачки, у которых отвалились колеса. Физзл порхал между ними, как колибри под действием боевых стимуляторов, и умудрялся уделить внимание всем.

«Улучшить» – вот его любимое слово. Прямо на моих глазах он с восторженным кряхтением прикрутил к обычному медному чайнику паровой гудок размером с мою голову.

– Теперь ты точно не пропустишь время пить чай! – радостно заявил гном клиенту, который с сомнением разглядывал получившегося монстра.

Я осторожно протиснулся внутрь, стараясь не раздавить снующих под ногами маленьких механических паучков, которые деловито подметали пол своими щеточками-лапками.

Внутри мастерской царит хаос, но, как ни странно, в нем есть своя система. На стенах висят огромные листы с чертежами. На столах громоздятся полуразобранные механизмы, а с потолка свисают целые гирлянды из шестеренок и мотки разноцветной проволоки.

Сам Физзл в своих фирменных огромных очках стоит на шаткой стремянке и уже пытается приладить к потолочной балке какой-то вращающийся диск.

– Физзл! – крикнул я, пытаясь перекрыть шум. – Мне нужна твоя помощь!

Гном вздрогнул от неожиданности и чуть не свалился со своей жердочки. Он обернулся. Глаза за толстыми линзами очков загорелись безумным любопытством.

– Кирилл! Ты как раз вовремя! Смотри! – он с гордостью ткнул пальцем в искрящийся диск. – Я почти закончил! Это ретранслятор позитивных вибраций! Теоретически, если его включить на полную мощность, у всех гномов в радиусе ста метров должно резко улучшиться настроение! Правда, есть небольшой побочный эффект… некоторых может затошнить. Но это ведь мелочи, правда? Жертва во имя науки!

И правда псих. Но какой гений не псих.

– Очаровательно, – сухо ответил ему. – Но у меня проблема поважнее, чем счастливые гномы. Кажется, наш город решил сломаться. Купол мигает.

Я коротко, отбрасывая ненужные аристократические экивоки, обрисовал ему ситуацию. Необъяснимые сбои в работе всех механизмов, от городских часов до лифтов в поместьях шпиля. Паника среди жителей. Странные скачущие показания моего самодельного анализатора, который реагирует на какую-то аномалию. Причем эпицентр, судя по всему, находится где-то в старых промышленных районах.

Пока я говорил, лицо Физзла менялось на глазах. Восторженная улыбка по поводу гномов сменилась глубокой задумчивостью. Он спрыгнул со стремянки с ловкостью, которой я от него не ожидал, подбежал ко мне и вцепился в рукав плаща.

– Невероятно! Просто невероятно интересная поломка! – затараторил гном так быстро, что слова начали сливаться в один сплошной поток. – Сбои в механике и магии одновременно! Это же пульсирующие затухания! Резонансный каскад по всей энергосети! Я же говорил! Я всем говорил, что старая система рано или поздно даст сбой! Но меня никто не слушал!

Не дав и слова вставить, он потащил меня в самый дальний и темный угол мастерской. Там, на огромном столе, были раскатаны пожелтевшие от времени свитки. Древние чертежи Домозерска. Гораздо более старые и подробные, чем те, что я видел в городских архивах. От них пахло пылью и вековой тайной. Они прямиком из подземного района.

– И сколько ты уже наш город изучаешь? – усмехнулся я, не сдержавшись.

– Почти с того же дня, как здесь оказался. Не важно. Смотри! – он ткнул маленьким грязным пальцем в центр карты, где сходятся все линии. – Вот! Главные магические генераторы. Три штуки. Большие, красивые, светятся. Все их знают, все их видят. Они питают купол, это основа основ. Так думают все эти ваши напыщенные маги. Но они видят лишь верхушку айсберга! Они даже не догадываются, что под фундаментом!

С этими словами он резко смахнул верхний чертеж. Под ним лежит другой. На нем, помимо трех знакомых генераторов, по всему городу разбросаны еще с десяток небольших значков, помеченных руной, похожей на шестеренку, и надписью «Опорные Башни».

– Это…

– Вспомогательная инфраструктура. Стабилизаторы. Их построили еще до катаклизма, представляешь! Они работают на совершенно других принципах! Не на чистой магии, а на техно-магическом резонансе! Большинство из них давно законсервированы и заброшены, все думают, что это просто груды старого ржавого мусора. Но они все еще подключены к общей сети! Как старые, забытые вены в теле города!

Физзл на мгновение замолчал, его мозг, казалось, раскалился от бешеной скорости мышления.

– Твоя теория верна, Кирилл, – наконец заключил он, глядя на меня с уважением. – Это не поломка. Вернее, не случайная поломка. Кто-то сумел запустить одну из этих башен. И теперь использует ее, чтобы пустить по всей энергосети «грязный» сигнал, шумовой резонанс! Это как… как кричать в ухо человеку, который пытается слушать тихую скрипку! Система не ломается, она просто сходит с ума от этих помех! Гениально! Просто и гениально! И до ужаса опасно!

– Значит, нужно его снова выключить?

Он схватил со стола странный прибор, похожий на медного паука с множеством тонких проволочных ножек, и осторожно водрузил его на карту. Несколько ножек паука задрожали и, издав тихий звон, указали на один конкретный район на окраине города.

– Так я и думал! – воскликнул гном. – Все самые сильные всплески идут отсюда! Башня номер семь. В «Ржавом поясе». Это запретный сектор на границе нижнего города и промышленных пустошей. Его много лет назад оцепили после крупной техногенной аварии. Говорят, там до сих пор металл рассыпается в труху.

«Ржавый пояс». Я слышал об этом месте. Дыра, куда не рискуют соваться даже самые отчаянные банды из «Кишок». Говорят, там даже крысы не живут. Чересчур загаженный испорченной магией воздух.

– Магический совет будет разбираться в этом целую вечность, – сказал я скорее самому себе, чем гному. – Они соберут комиссию, комиссия назначит подкомиссию, они будут совещаться, спорить… А купол тем временем может и погаснуть окончательно. Нужно идти туда. И немедленно.

Физзл посмотрел с блеском в глазах.

– Идти туда? В одиночку? В самое сердце нестабильной древней башни, которую какой-то гений-злодей превратил в генератор хаоса? Великолепно! Это же отличная возможность для полевых испытаний моих новых разработок!

Он тут же засуетился, бросился к своим ящикам и начал вытаскивать на стол свои последние, самые безумные творения.

– Погоди, ты что задумал?

Но Физзл уже не слышал.

– Так, это тебе точно понадобится! – он протянул мне небольшой наручный прибор с круглым экраном, на котором хаотично прыгает зеленая точка. – Анализатор энергетических потоков, модель вторая, улучшенная и дополненная! Он покажет тебе, где в башне самый сильный «шум». Иди на сигнал, не ошибешься. Правда, он иногда бьется током, но не сильно. Почти. Просто легкое покалывание.

Затем он протянул мне небольшой металлический цилиндр с решеткой на одном конце и несколькими тумблерами.

– А это моя гордость. Прототип звукового манка «Гоблин-3». Он издает ультразвуковой сигнал, который имитирует команды для древних ремонтных дронов. Если там остались рабочие автоматоны, он может их либо привлечь, либо, если повернуть вот этот рычажок, наоборот, отпугнуть. Но я, если честно, еще не до конца разобрался, какой режим за что отвечает. Так что используй на свой страх и риск. Будет интересно посмотреть, что получится!

Я взял в руки эти крайне сомнительные, но потенциально очень полезные игрушки. Анализатор тут же ощутимо тряхнул меня разрядом статического электричества. Не так уж и «почти».