От тысячи мелочей шла кругом голова, не говоря уже о том, что для меня расстаться с любимыми книгами было бы все равно что бросить ребенка. Магазин я любила безоговорочно, как живое существо, как лучшего друга, который всегда был рядом. Кроме того, я никогда не отваживалась уезжать далеко от Ашфорда, не говоря уже о том, чтобы летать на самолете – это было просто невозможно.

– Пожалуйста, подумайте, – с болью попросила Софи. – Мы подробно обговорим детали, и я в долгу не останусь. Кроме того, вы знаете, что с цифрами я в ладах и смогу увеличить ваши продажи. – Ее глаза наполнились слезами. – Сара, мне нужно отсюда уехать. Вы – мой единственный шанс. Вы же мечтали увидеть Рождество в Париже…

Мой список желаний. Клочок бумаги, наспех заполненный желаниями, которые никогда не сбудутся. Рождество в Париже: на левом берегу над голыми деревьями кружатся снежинки, вдоль бульвара Сен-Жермен сверкают волшебные огни. В Латинском квартале деревня французского Санты. Многочисленные рождественские базары, по которым хочется прогуляться, замотавшись толстыми шарфами, надев перчатки, рядом со мной Ридж, я ищу сокровища. Я провела много дней, свернувшись калачиком в своем магазинчике, листая мемуары или путеводители по Парижу, мечтая о невозможном… которое однажды сбудется.

– Если бы вы знали, как я страдаю, дорогая, – продолжила Софи. – И дело не только в Ману, все идет не так. Я вдруг ничего не могу делать. Словно кто-то выдернул вилку из розетки и батарейка села.

Она закрыла глаза, борясь с подступившими слезами.

Хотя беда Софи отличалась от моей, мы обе паниковали. Может, новая перспектива, новое место помогут нам обеим разобраться в жизни. Ее мысли о поднятии уровня продаж меня рассмешили, она не представляла, какой Ашфорд крохотный.

– Поменяться магазинами… – повторила я.

Идея начала вырисовываться. Можно ли просто встать и уехать? А как же друзья, моя жизнь, книги? Мой страх перемен? Что скажет Ридж? Но моя жизнь… в ней чего-то не хватает. Не ответ ли это?

Париж. Город любви. С богатой литературной историей.

Магазинчик на берегу Сены. Что может быть милее?

Прямо передо мной на пол с громким стуком шлепнулась книга, над ней блестками закружились пылинки. Что это было? Я вытянула шею.

«Париж. Литературный путеводитель».

Неужто знак? Неужели мои книги хотят, чтобы я ехала?

– Согласна, – больше не раздумывая, ответила я. – Решено.

Глава вторая

– Что? – вскрикнула Мисси, и ее брови взметнулись так высоко, что мне показалось: она вот-вот упадет навзничь.

Несколько посетителей кафе «Имбирный пряник» обернулись, чтобы посмотреть, в чем дело. Я покраснела до корней волос и съежилась. Мисси сурово взглянула на любопытных: не лезьте куда не просят.

Я прикусила губу и подняла руки.

– Ну просто так получилось, и я ответила да. Да. Ответила, и все!

Я, извиняясь, пожала плечами. Что с меня взять, с застенчивой до невозможности Сары Смит, интроверта и книголюба. Противницы перемен, живущей в ровном ритме повседневности. Я находила утешение в привычной жизни. Девчонки меня поддерживали, и я оставалась самой собой, но мой необъяснимо решительный план поверг их в шок: так это было на меня непохоже.

– Я бы в жизни не поверила, что ты мгновенно соглашаешься на такое, но, знаешь… – Мисси помолчала и взбила рыжие кудри. – Милая, я считаю, что это прекрасная идея. В последнее время ты бьешься как рыба об лед и обычный блеск в глазах куда-то делся. – Она скрестила ноги и одернула подол мини-юбки с леопардовым рисунком. – Но ведь с ума сойти, это совершенно неожиданно… ты улетаешь?

До Мисси дошла идея обмена книжными магазинами, и ее лицо исказилось. Она всегда была хранительницей секретов и помощницей в трудную минуту, и ей было тяжело смириться с тем, что я на что-то согласилась, не посоветовавшись с ней.

– Один горячий шоколад и имбирное латте. Ну-ка, расскажите, по поводу чего сыр-бор? – спросила Сиси и плюхнулась на старый диван напротив нас, закинув ноги на пуфик. – Лил! – закричала она. – Иди присядь, тут что-то затевается.

Она сложила руки на животе и, наморщив милый смуглый лоб, уставилась на меня.

– Ну…

Я заправила прядь волос за ухо, ожидая, когда к нам присоединится Лил.

Вразвалочку подошла Лил, прислонив к большому животу поднос с шоколадными трюфелями и имбирными пряничными человечками. Расставив тарелки, она села рядом с Сиси.

– Так о чем речь? – спросила она, с любопытством глядя на меня большими голубыми глазами. – Выкладывай.

Я потерла лоб и глубоко вздохнула.

– Я согласилась обменяться книжными магазинами с Софи из Парижа. Все произошло так быстро… вчера она позвонила по Скайпу, и я не раздумывая сказала да.

Девчонки тихонько ахнули. Они впервые потеряли дар речи. Обычно они болтают без умолку, перебивая друг друга. Я откинулась на спинку стула и засмеялась.

– Девчонки, я же не в Антарктиду собралась и не в экспедицию на Эверест. Я лечу в Париж.

Первой пришла в себя и откашлялась Лил.

– Блеск, Сара, просто… блеск! Мне бы никогда в жизни не пришло в голову, что ты бросишь свой магазин. Ты его так любишь. Книги для тебя как дети малые. – От удивления Лил широко раскрыла ярко-голубые глаза и чеканила каждое слово. Беременность ей невероятно шла, лицо порозовело, светлые волосы росли как на дрожжах, небрежно ниспадая по спине блестящими волнами. Хотя, услышав новость, она побледнела. Неужели не одобряла мой выбор? Лил поспешно продолжила: – Не подумайте, что я против поездки. Я просто…

Она снова замолчала.

– Здесь-то ничего не изменится. А юность уходит, я вам откровенно скажу. Наступает время, когда приходится сделать выбор, не откладывая в долгий ящик, цветение вишни недолговечно… такими предложениями не разбрасываются, – заключила Сиси, добросердечная опекунша нашей компании.

У прилавка столпились покупатели, желающие сделать заказы, но девчонки еще не совсем пришли в себя от шока. Я напомнила Лил о работе.

– Минуточку, – улыбнувшись покупателям и раскрасневшись от неожиданного события, сказала она.

– А тот невероятный красавчик?.. – Глаза Сиси стали стеклянными, она потеряла ход мысли. – М-м, мистер Шикарный пресс, будь я лет на сорок моложе…

Она замолкла, а мы подавили смешок.

– Си! – притворно возмутившись, воскликнула Лил. – Спустись на землю!

Мы прыснули со смеху, прикрыв рот руками. У Сиси были ласковые прозвища для всех наших парней и коронная фраза «будь я на сорок лет моложе». Ей было почти семьдесят, но в полноватой фигуре сохранилась душа подростка.

Сиси смотрела мимо нас, погрузившись в мечты. Она резко повернула голову.

– Что? Если я старая, это не значит, что не замечаю красоты! Я же не слепая! А когда я вижу на улице того парня, который шагает так уверенно, будто все вокруг принадлежит ему, этот горящий взгляд, волевой подбородок – да просто глаз не отвести. А точеная фигура! Тут я себе и говорю: «Слушай, Си, будешь вечером молиться – поблагодари Всевышнего за такой образец мужчины: это самое меньшее, что ты можешь сделать».

Я чуть не поперхнулась кофе и изо всех сил постаралась его проглотить. Мисси захихикала как чумовая, а Лил изумленно уставилась на Си.

– Послушай, – сказала мне Лил, пытаясь сдержать смех, от которого у нее начинало сводить живот, – наверное, стоит уменьшить количество любовных романов, которыми ты снабжаешь Си. Они сказываются на ее здоровье.

Мы потеряли остатки самообладания и расхохотались.

– Не знаю, Лил, – ответила я. – Си ведь права. Он же не урод.

Лил кивнула.

– Кто ж спорит?

– Кстати, посмотри на себя, – сказала Мисси, заглядывая мне в лицо. – Ты даже похожа на француженку, Сара, – как французская инженю, с красивыми черными коротко подстриженными волосами и бездонными глазами. – Мисси умела подбодрить друзей, в людях она замечала только хорошее и разбрасывалась комплиментами, как конфетти. Даже если бы она считала, что ехать в Париж безумие, все равно бы меня поддержала, это было в ее натуре. – Представь, как вы бродите по парижским улицам, пара милых голубков. Он настолько в тебя влюблен, что, бьюсь об заклад, сделает тебе предложение… От дождя промокнут волосы, а он будет смотреть на тебя завороженными глазами…

Мисси дала волю воображению.

– Признайся, что начиталась книжек, которые я дала Си? – засмеялась я.

– Да кто ж знал, что это заразно? – захохотала она. – Но если честно, я думаю, что, несмотря на твое внешнее спокойствие, внутри тебя шутиха, которая рвется на свободу. Когда ты окажешься в романтичном Париже, тебя ждет много хорошего. И твой парень подходит тебе идеально.

Я улыбнулась Мисси, не зная, что ответить. О замужестве думать было слишком рано, но я, конечно, размышляла о будущем. Ридж с его сверхделовитостью и стремлением к успеху не соответствовал моему более легкомысленному отношению к жизни. Мне нравилось плыть по течению с книгой в руке, погружаясь в выдуманный мир. Не в этом ли мои проблемы? Причина, по которой я иногда не могла заснуть? Меня частенько беспокоило, что я не стремлюсь жить в реальном мире. У всех моих знакомых была цель: иметь детей, расширить бизнес. А тут я с путаницей в голове, боявшаяся, что если брошу все знакомое, то не смогу с этим справиться. Я жила словно во сне, зато в безопасности, а теперь пора проснуться и вдохнуть запах… круассанов.

– Ридж занимается любимым делом – пора и мне выяснить, чего я хочу от жизни, кроме чтения, хоть я очень люблю книги.

Я не была уверена, что Риджу в Ашфорде нравится. Он был нью-йоркцем до мозга костей и наслаждался шумом и суматохой жизни в большом городе. Целеустремленный и амбициозный, он гонялся по миру то за одной новостью, то за другой. Здесь, если куда-то помчишься, люди решат, что за тобой гонятся вооруженные до зубов зомби или что-то в этом роде.

– Ты давно уже не та девушка, которая всеми силами старалась стать невидимкой, – тихо сказала Мисси, вспомнив прежнюю меня, от которой я пыталась избавиться.

У меня было много проблем, пока я росла, и все были связаны с неприятным происшествием, которое будто перекати-поле набирало обороты, пока я не замкнулась в себе окончательно. Последствия долго отдавались эхом. Но именно эти девушки вытащили меня из безопасного уголка с книгами в реальный мир, несмотря на мои протесты.

– И правда. Мы тобой очень гордимся. – Сиси поднялась с дивана. – Пойду обслужу покупателей, пока не взбунтовались.

– Рада за тебя. Если ты этого хочешь, мы поддерживаем на все сто процентов. – Как только Сиси ушла, Лил пересела в мягкий уголок дивана. Она выпрямилась и положила подушку себе на колени, рассеянно поглаживая свой большой беременный живот. Она задумчиво произнесла: – Прикинь, странно будет заглянуть в книжный магазин и увидеть там кого-то другого.

У нее перехватило горло.

Мисси схватила со стола салфетку и промокнула сильно подведенные глаза.

– Давненько я не рыдала, и нечего начинать снова. Послушай, я скажу очень быстро… После твоего отъезда мы будем очень скучать, потому что любим тебя. Мы уверены: там у тебя все получится. Только не уезжай навсегда, ладно?

Я благодарно улыбнулась в ответ и обняла ее.

– Черт возьми! Передай мне салфетку! – воскликнула Лил, блеснув заплаканными глазами.

Вернулась Сиси.

– Елки-палки, стоит на минуту отойти, как тут уже слезные потопы!

Мы уселись поудобнее и, посмотрев друг на друга, засмеялись.

– Итак, когда ты отчаливаешь? – заговорила Мисси.

Я отвела взгляд.

– Через два дня.

Это было очень скоро, а возможно, и к лучшему. Не успею поругать себя за то, что, может быть, ошиблась.

– Два дня? – переспросила Мисси, и у нее отпала челюсть.

Последние десять лет мы были закадычными подругами. Я буду скучать по ней и маленькому Энджелу, которому на Рождество исполнится год.