– Не переживай, Адалия, люди Сюань-Таня разберутся с дриадами. Ни Пион, ни кто-либо ещё не помешает тебе. Делай своё дело, а потом, – дракон посмотрел мне в глаза. – Потом ты вернёшься ко мне, Адалия.

Шень исчез так же внезапно, как появился.

А я осталась в смятении. Неужели моя свобода лишь иллюзия?

Глава тайной канцелярии следил за нами? Наивно было бы предполагать, что нет. А значит… мне предстоит дальше плести свою интригу, если я хочу избавиться от них всех и обрести настоящую свободу.

Глава 8. Среди собственных строк

Но самое важное на данный момент – это разгадать вторую загадку Кипариса Древнего: «Дева пришла, когда луна была полна. В свете её не видно дорог, ищи их среди собственных строк.»

Что же значат эти слова? Даже если вернёмся на то место под звёздами в новолуние, не факт, что мы поймём, куда идти и как искать.

«Среди собственных строк…» – последняя фраза вертелась у меня в голове, как навязчивая мелодия, но идей не было. Ну ничего, если держать на этом внимание, то что-то да возникнет. До нужного нам времени остаётся три дня. За этот срок мне нужно продержаться в Изумрудном лесу и найти ответ, желательно верный.

Царя Шеня наутро уже не было, зато князь дриад никуда не делся, только усилил свой напор на меня. Уж не знаю, что тут делала тайная канцелярия и как, но, по моему мнению, приход дракона только больше раззадорил дриада. Цветущий умён и наверняка сопоставив события, догадался, что я шпионка его закадычного соседа.

В результате Пион Белый бросил все свои усилия на моё соблазнение.

Меня заваливали подарками, заливали комплиментами и окутывали чарами разных мастей. Эти три дня выдались непростыми. И если для подарков я нашла применение: в хозяйстве всё пригодится, а Фан их проверил на наличие чар, повыкидывав всё со следящими, очаровывающими и одурманивающими заклятиями, то от самого князя отбиться не всегда получалось.

– Ах, милая Адалия! – Пион Белый провёл по моей обнажённой руке. – Вы такая предприимчивая особа, так старательно избегаете своего счастья…

Я лежала прямо в княжеских объятиях, задыхаясь от запаха цветов. В этот раз князь самолично принёс новый наряд для меня и заставил служанок (тонких нежных дриад) обрядить меня в него.

Платье, сотканное из нежнейших лепестков насыщенного цвета сиреневых лилий, было восхитительно прекрасно. Этот подарок вначале не вызвал подозрений даже у Фана. Дракончик заявил, что никаких чар на нём нет и разрешил мне надеть его.

Однако лилии есть лилии: пока я прохаживалась в новом наряде, запах цветов постепенно усиливался.

И вот, в результате, я, ослабевшая и очарованная, судя по всему, их естественным ароматом (чар действительно не было) лежу в объятиях дриада и с блаженным трепетом принимаю его ласки.

Ласки Пиона не были ни наглыми, ни грубыми. Но его нежные касания вызывали во мне такую бурю желания, что даже не будь у меня в своё время любовного опыта с Супругом, я бы никогда больше не заикнулась о своей фригидности.

Я трепетала, сладкая нега растекалась по всему моему телу, и мне хотелось большего. Умом я всё понимала, но ничего не могла поделать с собственным телом. Казалось, ещё немного, и я сама предложу себя князю. А этот коварный соблазнитель улыбался и ждал. Никакого физического насилия. Только соблазн.

«Вот же гад цветущий!» – эта мысль – единственное, что удерживало меня от того, чтобы не накинуться на прекрасного дриада.

Вырваться из этого сладкого плена не представлялось возможным. А очень надо, иначе я в какой-то момент просто сдамся.

– Ваша светлость, вы… так… – Пион коснулся лёгким поцелуем моей шеи. – Так…

– Да? – понимающая улыбка расцвела на его лице.

– Вы так устанете! – вскричала я и, делая над собой невероятное усилие, поднялась с колен дриада.

– Устану? О нет, моя милая торговка, мы же только начали. – Князь улыбался, а его руки вновь потянулись ко мне.

Увы, мы были одни в маленьком дворцовом садике, куда меня заманили чарующими ароматами. Сунь-Ань опять исчезла (видимо, проводить воспитательную «беседу» с Георгином), а Фан просто вырубился (оказалось, на него цветочные запахи действовали сильнее, чем на людей).

– Подождите, мой сиятельный князь! – я вытянула руки в защитном жесте, а Пион не посмел применять силу.

Благодаря этому мне удалось отскочить от моего соблазнителя на приличное расстояние.

И я начала раздеваться – медленно, плавно избавляясь от злополучного платья. Заворожённый этим зрелищем, князь не сразу понял, что я делаю.

А я, оставшись в одной тонкой нижней рубашке, кинула в Пиона платье с коварным ароматом и выбежала из сада.

Рубашка была совсем коротенькой, но на смущение времени не оставалось: надо было спасаться. И я под изумлёнными взорами придворных пронеслась по цветущему дворцу прямо к своим покоям.

Фана нашла мирно посапывающим у себя на подушках. Растормошив своего хранителя, я велела ему собираться.

– А как же Сунь-Ань? – спросил дракончик, недовольно таская наши вещи в дорожный мешок. Вообще, как я заметила, характер у него в цветущем дворце стал портиться, а ответственность – понижаться. Видимо, цветочные чары его меняли.

– Нам нужно срочно уходить отсюда. Эта наша последняя ночь. Князь становится всё агрессивнее и наглее в своих попытках меня удержать. Так что нам пора!

– Но как же?!

– Вперёд, милый! Прыгай в рукав и полетели!

– Полетели? – удивлённо встопорщил он свой гребень.

– Да, именно полетели.

И ничего не объясняя, и не напоминая (с памятью у него тоже совсем плохо стало: ещё немного – и мы сами в этом дворце превратимся в безмозглые цветы), я запихнула сопротивляющегося дракончика в свой рукав.

Выскочив на поляну перед цветущим дворцом, я немного притормозила. Моей кареты не было.

Очень надеюсь, что просто ещё не было.

А позади из дворца уже слышался топот (точнее, шелест) ног придворных и пронзительно-напевные и от этого ещё более громкие слова князя Пиона.

– Адалия, драгоценная моя, не стоит так смущаться, нам же будет хорошо вместе…

Ага, как же! Особенно если меня посадить в горшок и заставить цвести там.

Порыв ветра едва не заставил меня упасть на колени. Прямо над моей головой пронеслась карета, запряжённая журавлями – и правила ею Сунь-Ань.

Едва она притормозила, я ловко запрыгнула в цветущую колесницу. А Сунь-Ань при взлёте выкинула из неё ошеломлённого и немного связанного Георгина Великолепного. Немного – так как связан он был не верёвками и даже не традиционными здесь лианами, а рукавами своего собственного роскошного халата.

Журавли заголосили и поднялись в небо. Мы сбежали. Очередной раз из очередного дворца. Ох и везёт мне на них, на дворцы эти.

Оглянувшись, я увидела, как Пион Белый бегает по поляне, размахивая руками, а часть воинов дриад спешно поднимается в небо на незапряжённых журавлях: некоторые, взлетев уже на приличное расстояние, красиво падают с этих больших птиц вниз. Без достойной упряжи трудно удержаться в воздухе, и хорошо, что изнеженные придворные совсем не похожи на пограничных воинов с их цепкими лианами.

Какое-то время мы себе выиграли, но теперь всё зависит от скорости нашей кареты.

Мы летели на Запад, прочь от хитрых прелестей Изумрудного леса.

На опушке Сунь-Ань приземлила карету, распрягла её и отправила журавлей восвояси.

А нас уже ждали. Тар Ар Хен вышел из-под кроны огромного клёна, как всегда, со своей блудливой улыбочкой на устах.

– Вас, девушки, можно поздравить с успешным побегом от столь гостеприимного князя?

Сунь-Ань проигнорировала рыжего, как и всегда.

– Можно. Надеюсь, – вздохнула я.

– Выглядишь… очень… свободной, – заметил Тар Хен, так ненавязчиво намекая на мой вид.

Под его пристальным насмешливым взглядом моя нижняя рубаха показалась мне ещё более тонкой и короткой. Я, приняв независимый вид, извлекла из дорожного мешка своё дорожное платье.

– Готова, – пояснила я, завязывая пояс.

– И славненько, – потёр руками он. – Тогда прошу вас, дамы, на тайные тропы.

И мы сделали первый шаг.

В этот раз мы не сразу оказались под звёздным небом. Вначале нам пришлось побывать в кленовой роще, где царила осень. Жаль, что торопились: зрелище было очень красивым. Клёны разных сортов в эту пору приобретают изумительные оттенки – от красно-бордовых до медных и бледно-золотых. Казалось, что их специально высадили тут и чарами заставили застыть во времени.

Побывали мы и на топком болоте, и в мангровых зарослях, и лишь спустя несколько переходов наконец-то оказались там, куда я стремилась. Под звёздами ночного неба.

Идеально. Луны не было. Чёрный бархат неба стал гуще, а сами звёзды ярче. Путь, что они собой представляли, чётко показывал нужное направление.

Я улыбнулась. Князь дриад не зря старался меня задержать, без моих подсказок ему ни за что не догадаться, где искать жемчужину пространства.

Впрочем, и никому другому это не грозит. Вряд ли Кипарис Древний в ближайшее время откроет свою лавку.

– Теперь нам пора в путь.

– Что, и всё? – возмутился рыжий. – Мгновение посмотрела на небо – и уже уходим?

– Не вижу смысла оставаться. Ещё дриады сюда нагрянут. Зачем нам это?

– Ну… я буду героически вас спасать и похищать! – Тар Хен принял пафосную воинственную позу.

– Убереги нас, Великая Мать, от такого зрелища, – в тон ему со смехом ответила я.

Обречённо пожав плечами, Тар Ар Хен вывел нас в обычный мир. В этот раз, как я и попросила, на восток Изумрудного леса.

– Следы путаешь, красавица? – уточнил он, когда солнечный свет вновь засиял нам.

– Скорее, сокращаю путь.

– А вам на восток? Так можете присоединяться ко мне. Мой караван уходит завтра с утра в этом направлении. Вместе веселее. И безопаснее. Помнишь, я говорил о бедах, что одиноких дев подстерегают? Оно тебе надо? Снова плен, похищение.

– Наоборот, – не удержалась я от шпильки. – Сначала похищение, плен потом.

– Ну тебе, как опытной в этих делах, виднее, – усмехнулся рыжий. – Так что? Поедем вместе?

Я задумалась. Предложение и вправду было хорошее. Так можно многих бед избежать. Но было одно «но». И это «но» радостно скалило зубы, а ветер трепал его рыжие кудри.

– Нет. Всё-таки нам лучше идти прямо сейчас.

– Да не переживай, красавица! Спрячу я тебя до утра! У меня в караване дриады тебя не найдут.

– Спасибо, Тар Хен, но, боюсь, оплата за проезд, что ты назначишь, будет слишком высока для меня.

Рыжий погрустнел.

– Ну хочешь, я поклянусь, что не буду приставать?

Так искренне сказал, что я, может быть, и поверила бы, если бы не весёлые демонята в его зелёных глазах.

– Благодарю тебя за помощь, но нет. Мне свободнее одной, – и, увидев, как рыжий погрустнел ещё больше прежнего, добавила. – Маленькому отряду легче затеряться на просторах этого мира.

Тар Хен не стал меня больше уговаривать, лишь подошёл ближе. Я ожидала, что он снова потребует, точнее, беззастенчиво возьмёт с меня свою обычную плату за помощь. Но он лишь нежно поцеловал меня в лоб, и с какой-то щемящей тоской попрощался.

– Береги себя, Адалия. Надеюсь, Пути Великой Матери вновь сведут нас.

И наш маленький отряд снова отправился в путь.

По мере того как мы удалялись от Изумрудного леса, Фан оживал всё больше.

– А еды-то мы взяли? – задал он главный вопрос.

– Безусловно, милый.

Цветочные чары покидали дракончика, возвращая тому не только бодрость, но и ясность сознания.

– Это хорошо, – и довольный Фан даже перебрался на моё плечо, чтобы осматривать окрестности. – А как ты поняла, куда нам идти?

– Честно говоря, я не была уверена до конца, пока мы не побывали на тайном пути под звёздами, – призналась я.

– Ты поняла, что «среди собственных строк» означает намёк на хризантемы, которые ты растила в своём саду в гареме?